Станислав Григорцевич об интервенции на Дальнем Востоке. Часть II
Из книги Станислава Силиверстовича Григорцевича «Американская и японская интервенция на Советском Дальнем Востоке и её разгром (1918—1922 гг.)».
В лагере интервентов сразу же после высадки их войск начались разногласия. Об этом свидетельствовала, например, неудачная попытка создать единое командование интервенционистскими войсками на Дальнем Востоке. Англия и Франция выдвигали в качестве главнокомандующего союзными войсками японского генерала Отани. 18 августа 1918 г. Отани издал приказ о подчинении ему экспедиционных войск всех других держав. Однако против этого приказа выступили представители США, поддержанные Италией, и единое командование установить не удалось.
В январе 1919 г. представители Англии, Франции, Чехословакии и США заключили соглашение, по которому французский генерал Жанен назначался главнокомандующим союзными войсками, действовавшими в Сибири к западу от Байкала. В связи с этим Япония поставила вопрос о том, чтобы союзные и белогвардейские отряды, действующие к востоку от Байкала, были подчинены японскому генералу Отани. Но и в этот раз японские интервенты не имели успеха, прежде всего из-за противодействия США.
[Читать далее]В борьбе против Советской России империалисты на Дальнем Востоке, как и всюду, использовали все враждебные Советской власти элементы, стремившиеся к восстановлению власти помещиков и капиталистов в России. Монархисты, кадеты, меньшевики и эсеры, кулачество и казачья верхушка сотрудничали с интервентами и при их активной поддержке развязали гражданскую войну против революционных рабочих и крестьян.
…есаул Забайкальского казачьего войска Семенов, став японским агентом, при большой материальной помощи Японии и некоторой помощи Франции сформировал к январю 1918 г. четырехтысячный контрреволюционный отряд, базировавшийся на станции Маньчжурия Китайско-Восточной железной дороги. Перед отрядом Семенова, начавшим кровавые набеги на Забайкалье, империалисты поставили задачу занять Читу и тем самым отрезать Дальний Восток от Советской России.
На другом конце Китайско-Восточной железной дороги, около станции Пограничная (т. е. недалеко от Владивостока), при поддержке Японии формировался из офицерства и уссурийского казачества бандитский отряд есаула Калмыкова.
В Харбине был создан при поддержке англичан отряд полковника Орлова, в котором к весне 1918 г. было до 2 тыс. человек.
В Харбине же находилось связанное с американцами «правительство Автономной Сибири», созданное в конце января 1918 г. в городе Томске сибирскими областниками в основном из эсеров во главе с П. Дербером. Лидеры областников, добивавшиеся отделения Сибири от Советской России, установили связь с послом США в Петрограде Френсисом и заручились поддержкой американского правительства.
8 февраля 1918 г. Френсис в телеграмме на имя государственного секретаря писал: «Сибирь с населением в 18 млн. человек и площадью в 2 раза больше нашей, с плодородными почвами, богатая минералами и лесами, собирается создать отдельное управление...» Затем Френсис сообщал, что «представители» Сибири выразили желание установить тесные торговые связи с Соединенными Штатами и «приветствуют американский капитал». Посол США обещал сибирскому правительству устроить американский заем, «если правительство будет создано на соответствующей основе», и послать своего представителя на совещание, созываемое сибирскими областниками.
Эсеровское временное «правительство Автономной Сибири» поддерживало регулярную связь с государственным департаментом США через командующего азиатской эскадрой США адмирала Найта.
24 марта 1918 г. Л. А. Устругов — «министр» путей сообщения «правительства Автономной Сибири» и «главноуполномоченный» для переговоров с представителями иностранных держав — писал адмиралу Найту: правительство Автономной Сибири делегировало из Харбина трех своих членов и поручило им «сообщить вам, адмирал, все просимые вами сведения относительно условий в Сибири, а равно относительно сформированного Сибирского правительства».
Эсеры связывали все свои расчеты на захват власти с интервенцией США. Об этом красноречиво свидетельствовала телеграмма лидеров «правительства Автономной Сибири» Дербера и Морарского Устругову от 28 марта 1918 г. В случае «разоружения большевиков (во) Владивостоке полагаем немедленно занять Никольск, предложить союзникам поставить заслон против Хабаровска». Далее в телеграмме говорилось: «Американский консул настаивает (на) обращении (за) помощью (к) Штатам».
Это обращение нужно было правительству США для того, чтобы скрыть от общественного мнения империалистический характер интервенции и оправдать в глазах американского народа посылку американских войск в Сибирь.
«Правительство Автономной Сибири» не замедлило направить телеграмму президенту США…
Стремясь объединить силы русской контрреволюции, представители США одобрили попытку эсера Дербера включить в состав своего «правительства» монархистов Хорвата и Колчака. Адмирал Колчак прямо заявил, что «правительство Автономной Сибири» имеет «право рассчитывать на поддержку Америки, так как по ее инициативе и создалось это правительство».
До осени 1918 г. на территории Дальнего Востока и Сибири, кроме «правительства Автономной Сибири», существовало несколько белогвардейско-эсеровских правительств, которые враждовали друг с другом. Каждое из этих правительств поддерживала обычно какая-либо одна империалистическая держава. Противоречия между контрреволюционными правительствами Дальнего Востока и Сибири отражали противоречия между их империалистическими хозяевами...
Весной и летом 1918 г., для того чтобы дезорганизовать народные массы, отколоть от большевиков крестьян-середняков, интервенты и белогвардейцы вели борьбу против Советской власти под фальшивым лозунгом восстановления «демократии», защиты Учредительного собрания. Но после того как Советская власть на территории Дальнего Востока и Сибири была свергнута, интервенты перестали маскироваться и в союзе с самыми реакционными кругами белогвардейщины активно готовили установление военной диктатуры и подбирали соответствующую кандидатуру.
Когда в результате военного переворота в Омске в ночь с 18 на 19 ноября 1918 г. правительство директории было свергнуто, а адмирал Колчак при поддержке представителей империалистических держав, прежде всего Англии и США, был провозглашен «верховным правителем России», генеральный консул Соединенных Штатов Америки в Сибири Гаррис приветствовал установление колчаковской диктатуры.
Власть колчаковской администрации формально распространялась и на Дальний Восток, хотя здесь фактически хозяйничали ставленники Японии Семенов и Калмыков. На Дальнем Востоке, как и во всей Сибири, был установлен террористический режим буржуазно-помещичьей диктатуры.
Несмотря на наличие соглашения о совместной интервенции, в лагере империалистов имелись серьезные противоречия. Они ослабляли натиск империалистических государств на Советскую Россию в годы интервенции.
Японские империалисты, начав интервенцию в больших масштабах, строили далеко идущие планы территориальных захватов и установления своего господства на Советском Дальнем Востоке. Это, по их мнению, также должно было облегчить для Японии захват Маньчжурии и Монголии.
В 1919 г. особый дипломатический уполномоченный Японии при армии Колчака — Като поставил в известность ставленника японского империализма Семенова о том, «что Япония добивается отторжения северной части Сахалина, а затем и захвата советской территории вплоть до Урала». Япония, по заявлению Като, намечала расширение своей территории за счет создания так называемого «буферного государства». Причем пост главы правительства «буферного государства» был обещан Семенову.
В августе 1918 г. японские войска заняли Николаевск-на-Амуре и Де-Кастри. На наиболее крупные станции Уссурийской и Амурской железных дорог были введены японские гарнизоны. Японское командование стремилось сохранить в своих руках контроль над железными дорогами Дальнего Востока. Японские представители вели переговоры с правительством Директории относительно занятия железнодорожной магистрали до Урала. «...Соглашение между Японией и Директорией, отдававшее первой всю железную дорогу до Урала, было только что подписано или было накануне подписания, когда Директория пала».
В сентябре 1918 г. начался ввод японских войск в Забайкалье, численность которых вскоре достигла 40 тыс. Вводом войск в Забайкалье Япония поставила под свой контроль Сибирскую железнодорожную магистраль, заняв ее центральный участок. Белогвардейские части атамана Семенова при содействии Японии заняли Читу. Это в значительной мере укрепило позиции Японии на Дальнем Востоке.
После колчаковского переворота атаман Семенов по указке Японии отказался признать власть «верховного правителя» России. Впоследствии Семенов внешне подчинился Колчаку, но выполнял лишь те распоряжения колчаковского правительства, против которых не возражали представители Японии. Опираясь на своих агентов — Семенова, Калмыкова, Гамова и др., Япония упорно проводила политику обособления Дальнего Востока от России. Япония стремилась не допустить создания любого, даже белогвардейского, правительства, власть которого распространялась бы на всю Сибирь. Она поощряла борьбу между белогвардейскими атаманами, считая, что при таких условиях они будут более покорными.
Империалисты Японии не жалели сил и средств для организации интервенции и гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке. Японское осведомительное бюро сообщило следующие данные о «помощи», оказанной Японией России. «За время августа 1918 г. по октябрь 1919 г. в Сибирь прибыло всего 120 тыс. японских офицеров и нижних чинов...» За это же время 1919 г. Япония затратила на вооружение белогвардейских армий Семенова и др. 160 млн. иен. Японское военное министерство передало русским белогвардейским армиям 30 орудий, 50 тыс. снарядов, 20 тыс. винтовок, 40 млн. патронов, 100 пулеметов и 1 млн. патронов к ним; было передано обмундирование для 30 тыс. солдат. Одновременно с этим японское осведомительное бюро сообщало о том, что на дело «благотворительной помощи было израсходовано около 1 млн. иен и затрачены значительные суммы на оказание помощи чехословацкой армии».
В отличие от государств Антанты империалистическая Япония в своей борьбе против Советской власти ограничивала свои действия лишь территорией Сибири и Дальнего Востока. В октябре 1918 г. британское правительство предложило Японии послать дополнительные войска для отправки их на волжский фронт. Однако японское правительство отклонило это предложение; оно стремилось обеспечить в первую очередь свои империалистические интересы на Дальнем Востоке и считало, что отправка японских войск на Запад ослабит позиции Японии в Приморье и Забайкалье и приведет к усилению позиций Америки. По этой же причине Япония неизменно оказывала поддержку Семенову в противовес Колчаку.
В ноте от 21 декабря 1918 г. представителям держав Антанты в Сибири управляющий колчаковским министерством иностранных дел Сукин писал, что вследствие резких выступлений командира 5-го корпуса атамана Семенова против Колчака было отдано распоряжение о его смещении с занимаемой должности, но японцы не дали возможности осуществить это распоряжение.
Империалисты Антанты, обещавшие Японии компенсацию за участие в интервенции, не могли этого сделать, да и не имели здесь достаточно сил, чтобы оказать соответствующее давление на Японию. Атаман Семенов продолжал хозяйничать в Забайкалье, действуя всецело в интересах Японии.
2 апреля 1919 г. Сукин писал в Париж Сазонову, что Семенов по-прежнему действует в интересах Японии. «Имеются свидетельские показания о соглашении, заключенном Семеновым с Японией, представляющем в распоряжение последней все золотые прииски Забайкалья... факт его (Семенова. — С. Г.) связанности с Японией не подлежит сомнению и открыто признан ею самой. Какая бы то ни было уступка с нашей стороны в этом вопросе достигла бы целей только при полном уходе Семенова из Забайкалья. Однако Япония, по-видимому, настаивает на сохранении его на Востоке, в новой, легализованной форме. С другой стороны, зависимость, в которой мы находимся от помощи Японии на Дальнем Востоке при выступлении там большевиков не позволяет нам обострять на почве семеновского вопроса отношения с Японией. Сделанная нами еще в декабре прошлого года попытка перенести этот вопрос в область международных отношений и заручиться содействием союзников показала нежелание последних делать какие бы то ни было категорические представления Японии по этому вопросу».
Противоречия, имевшие место между японскими и американскими интервентами в 1918 г., временами в отдельных пунктах достигали такой остроты, что происходили вооруженные стычки между японскими и американскими солдатами, а также между семеновцами и американцами. Полковник Морроу, один из командиров американской экспедиционной армии на Дальнем Востоке, позднее указывал на такие факты в печати.
В ноябре 1918 г. государственный секретарь США Лансинг направил японскому правительству протест против попыток Японии захватить в свои руки экономические ресурсы Восточной Сибири и Северной Маньчжурии и большой концентрации японских войск на данных территориях.
С этого времени Япония вынуждена была больше считаться с требованиями США и Англии, военные силы которых высвободились после победы над Германией. Под нажимом США японское правительство вынуждено было пойти на временные уступки. 3 января 1919 г. начальник штаба японской армии во Владивостоке опубликовал «Объявление» о том, что «Япония в скором времени предполагает отозвать из края почти половину войск»...
Японское правительство не пошло на значительное уменьшение количества своих оккупационных войск на Советском Дальнем Востоке, однако вынуждено было согласовать свои важнейшие действия с правительством США...
Что же касается империалистов США, то их роль в борьбе против Советской власти и в организации интервенции в Сибири продолжала возрастать. Это объяснялось все усиливавшейся экономической зависимостью стран Антанты от Соединенных Штатов, которые взяли на себя финансирование антисоветской интервенции. В феврале 1919 г. Ллойд Джордж, излагая планы продолжения борьбы против Советской России с использованием белогвардейцев, поставил вопрос о том, чтобы расходы на помощь белогвардейцам и интервенцию покрывали США. Он говорил: «Франция, безусловно, не может платить, мы (англичане), я уверен, тоже не можем. Возьмет ли Америка эти расходы на себя?». По соглашению с Англией и Францией США обязались снабжать вооружением колчаковскую армию.
США все более и более усиливали свое влияние на колчаковское правительство. Рост этого влияния был пропорционален увеличению их военной и иной помощи Колчаку.
Поставляя оружие, снаряжение и другие материалы Колчаку, правительство США использовало для этого целый ряд организаций, и прежде всего Военно-торговый совет, созданный во время войны. В начале августа 1918 г. президент Вильсон одобрил план оказания экономической помощи контрреволюции в России, выполнение которого было поручено Военно-торговому совету. По этому плану разрешались поставки американских товаров во Владивосток для распределения и продажи в России под контролем Военно-торгового совета... Для стимулирования торговли с Соединенными Штатами был разрешен экспорт товаров с территории, занятой интервентами и белогвардейцами.
В качестве одного из каналов снабжения колчаковцев использовался американский Красный крест. Генерал Грэвс писал: «Я не имею возможности установить, какого размера достигла помощь Красного креста военным силам Колчака, но я слышал во время моего пребывания в Сибири, что общая сумма выразилась в нескольких миллионах долларов»... «Американский Красный крест в Сибири действовал как агент по снабжению Колчака».
Поставками различного характера в больших масштабах занималось «Экспортно-импортное общество американской комиссии Всероссийского земского союза», главное правление которого находилось в Нью-Йорке, а отделения — в Иокогаме и Владивостоке.
Например, 6 июля 1919 г. «Экспортно-импортным обществом» был принят заказ на поставку из США для колчаковской армии 50 аэропланов-истребителей, 100 аэропланов-разведчиков, 100 авиамоторов, 100 броневых автомобилей, 588 легковых автомобилей, 1400 грузовых автомобилей, 320 тыс. пудов бензина и т. д. Владивостокское отделение американского «Нэйшнл сити бэнк» открыло кредиты для закупки нужного колчаковцам вооружения и снабжения...
Со своей стороны колчаковское правительство также проявляло активность в деле закупки различного рода продукции в США. Так, представитель русского «добровольного флота» в Сан-Франциско писал в октябре 1919 г. о том, что специальная комиссия из Омска прибыла в Сан-Франциско и Нью-Йорк и закупила массу товаров для России.
В июле 1919 г. в Омск был направлен посол США в Японии Моррис.
Моррис прибыл в Омск с генералом Грэвсом и провел ряд совещаний с руководителями колчаковского правительства и представителями иностранных держав. 18 августа 1919 г. в беседе с министрами правительства Колчака Моррис заявил, что «главные затруднения правительства (колчаковского. — С. Г.) в экономике, а не в военных неудачах. Никакое другое правительство не справится с задачами, пока не будет разрешен экономический вопрос, а он не может быть разрешен без помощи извне. План помощи разработан здесь представителями всех держав и сообщен их правительствам. Всего Сибири нужен кредит в 200 млн. долл., из коих 90 млн. — на армию».
Министр внутренних дел колчаковского правительства В. Н. Пепеляев записал в своем дневнике: «...пребывание здесь Морриса — это, может быть, завершение периода в наших отношениях с союзниками и начало нового». Один из деятелей колчаковской администрации на Дальнем Востоке в августе 1919 г. писал: «Америке придется нас обувать и одевать. Это заставляет нас задуматься и надо обратить взоры именно туда».
Таким оборотом дел не были довольны английские империалисты.
22 сентября 1919 г. английский уполномоченный в Сибири генерал Нокс заявил Пепеляеву, что он получил от У. Черчилля инструкцию «поддерживать исключительно» верховного правителя и выразил крайнее недовольство американской политикой в Сибири.
Добившись усиления своего влияния на колчаковское правительство, правящие круги США активизируют свою контрреволюционную деятельность в Сибири...
В связи с отступлением белогвардейцев союзные представители в Омске посоветовали Колчаку отправить золотой запас России, захваченный колчаковцами, во Владивосток, но Колчак отказался.
Получив сообщение об этом, государственный секретарь США Лансинг потребовал, чтобы американский представитель при Колчаке Гаррис срочно поговорил с Колчаком, не согласится ли последний вывезти золотой запас под защитой дипломатической миссии США в Китай, под гарантию американского правительства вернуть золото «политически устойчивому правительству России». Лансинг указывал, что если колчаковцы потеряют золото, то державы не будут заинтересованы в оказании помощи Колчаку, и его власть над Россией падет...
Осенью 1919 г., выступая с речами в пользу ратификации Версальского мирного договора, президент США Вильсон неизменно подчеркивал свое враждебное отношение к Советской России, о чем специально были информированы государственным департаментом американские представители в Сибири.
Надеясь приостановить наступление Красной Армии, правительство США осенью 1919 г. усилило поставки оружия, обмундирования и боеприпасов колчаковцам. Колчак выразил благодарность правительству США за энергичную и решительную поддержку.
О большой помощи колчаковским армиям со стороны США свидетельствует телеграмма государственного секретаря США Лансинга от 21 октября 1919 г. американскому представителю в межсоюзном железнодорожном комитете Стивенсу, в которой Лансинг выражает надежду на падение Советской власти в связи с наступлением Деникина в Европейской России и пишет, что в связи с этим «чрезвычайно важно поддержать Колчака. С этой целью в Вашингтоне сделано все возможное».
Правительство США до самого последнего момента оказывало помощь Колчаку. 12 декабря 1919 г. во Владивосток прибыл американский офицер, прикомандированный к генеральному консулу Гаррису. Этот офицер имел в своем распоряжении документ, в котором говорилось: «Американские войска находятся в Сибири, прежде всего, для оказания поддержки Колчаку…» «Государственный секретарь Соединенных Штатов 17 декабря 1919 г. выразил пожелание, чтобы адмирал Колчак продолжал оставаться во главе правительства в Сибири»...
В лагере интервентов сразу же после высадки их войск начались разногласия. Об этом свидетельствовала, например, неудачная попытка создать единое командование интервенционистскими войсками на Дальнем Востоке. Англия и Франция выдвигали в качестве главнокомандующего союзными войсками японского генерала Отани. 18 августа 1918 г. Отани издал приказ о подчинении ему экспедиционных войск всех других держав. Однако против этого приказа выступили представители США, поддержанные Италией, и единое командование установить не удалось.
В январе 1919 г. представители Англии, Франции, Чехословакии и США заключили соглашение, по которому французский генерал Жанен назначался главнокомандующим союзными войсками, действовавшими в Сибири к западу от Байкала. В связи с этим Япония поставила вопрос о том, чтобы союзные и белогвардейские отряды, действующие к востоку от Байкала, были подчинены японскому генералу Отани. Но и в этот раз японские интервенты не имели успеха, прежде всего из-за противодействия США.
[Читать далее]В борьбе против Советской России империалисты на Дальнем Востоке, как и всюду, использовали все враждебные Советской власти элементы, стремившиеся к восстановлению власти помещиков и капиталистов в России. Монархисты, кадеты, меньшевики и эсеры, кулачество и казачья верхушка сотрудничали с интервентами и при их активной поддержке развязали гражданскую войну против революционных рабочих и крестьян.
…есаул Забайкальского казачьего войска Семенов, став японским агентом, при большой материальной помощи Японии и некоторой помощи Франции сформировал к январю 1918 г. четырехтысячный контрреволюционный отряд, базировавшийся на станции Маньчжурия Китайско-Восточной железной дороги. Перед отрядом Семенова, начавшим кровавые набеги на Забайкалье, империалисты поставили задачу занять Читу и тем самым отрезать Дальний Восток от Советской России.
На другом конце Китайско-Восточной железной дороги, около станции Пограничная (т. е. недалеко от Владивостока), при поддержке Японии формировался из офицерства и уссурийского казачества бандитский отряд есаула Калмыкова.
В Харбине был создан при поддержке англичан отряд полковника Орлова, в котором к весне 1918 г. было до 2 тыс. человек.
В Харбине же находилось связанное с американцами «правительство Автономной Сибири», созданное в конце января 1918 г. в городе Томске сибирскими областниками в основном из эсеров во главе с П. Дербером. Лидеры областников, добивавшиеся отделения Сибири от Советской России, установили связь с послом США в Петрограде Френсисом и заручились поддержкой американского правительства.
8 февраля 1918 г. Френсис в телеграмме на имя государственного секретаря писал: «Сибирь с населением в 18 млн. человек и площадью в 2 раза больше нашей, с плодородными почвами, богатая минералами и лесами, собирается создать отдельное управление...» Затем Френсис сообщал, что «представители» Сибири выразили желание установить тесные торговые связи с Соединенными Штатами и «приветствуют американский капитал». Посол США обещал сибирскому правительству устроить американский заем, «если правительство будет создано на соответствующей основе», и послать своего представителя на совещание, созываемое сибирскими областниками.
Эсеровское временное «правительство Автономной Сибири» поддерживало регулярную связь с государственным департаментом США через командующего азиатской эскадрой США адмирала Найта.
24 марта 1918 г. Л. А. Устругов — «министр» путей сообщения «правительства Автономной Сибири» и «главноуполномоченный» для переговоров с представителями иностранных держав — писал адмиралу Найту: правительство Автономной Сибири делегировало из Харбина трех своих членов и поручило им «сообщить вам, адмирал, все просимые вами сведения относительно условий в Сибири, а равно относительно сформированного Сибирского правительства».
Эсеры связывали все свои расчеты на захват власти с интервенцией США. Об этом красноречиво свидетельствовала телеграмма лидеров «правительства Автономной Сибири» Дербера и Морарского Устругову от 28 марта 1918 г. В случае «разоружения большевиков (во) Владивостоке полагаем немедленно занять Никольск, предложить союзникам поставить заслон против Хабаровска». Далее в телеграмме говорилось: «Американский консул настаивает (на) обращении (за) помощью (к) Штатам».
Это обращение нужно было правительству США для того, чтобы скрыть от общественного мнения империалистический характер интервенции и оправдать в глазах американского народа посылку американских войск в Сибирь.
«Правительство Автономной Сибири» не замедлило направить телеграмму президенту США…
Стремясь объединить силы русской контрреволюции, представители США одобрили попытку эсера Дербера включить в состав своего «правительства» монархистов Хорвата и Колчака. Адмирал Колчак прямо заявил, что «правительство Автономной Сибири» имеет «право рассчитывать на поддержку Америки, так как по ее инициативе и создалось это правительство».
До осени 1918 г. на территории Дальнего Востока и Сибири, кроме «правительства Автономной Сибири», существовало несколько белогвардейско-эсеровских правительств, которые враждовали друг с другом. Каждое из этих правительств поддерживала обычно какая-либо одна империалистическая держава. Противоречия между контрреволюционными правительствами Дальнего Востока и Сибири отражали противоречия между их империалистическими хозяевами...
Весной и летом 1918 г., для того чтобы дезорганизовать народные массы, отколоть от большевиков крестьян-середняков, интервенты и белогвардейцы вели борьбу против Советской власти под фальшивым лозунгом восстановления «демократии», защиты Учредительного собрания. Но после того как Советская власть на территории Дальнего Востока и Сибири была свергнута, интервенты перестали маскироваться и в союзе с самыми реакционными кругами белогвардейщины активно готовили установление военной диктатуры и подбирали соответствующую кандидатуру.
Когда в результате военного переворота в Омске в ночь с 18 на 19 ноября 1918 г. правительство директории было свергнуто, а адмирал Колчак при поддержке представителей империалистических держав, прежде всего Англии и США, был провозглашен «верховным правителем России», генеральный консул Соединенных Штатов Америки в Сибири Гаррис приветствовал установление колчаковской диктатуры.
Власть колчаковской администрации формально распространялась и на Дальний Восток, хотя здесь фактически хозяйничали ставленники Японии Семенов и Калмыков. На Дальнем Востоке, как и во всей Сибири, был установлен террористический режим буржуазно-помещичьей диктатуры.
Несмотря на наличие соглашения о совместной интервенции, в лагере империалистов имелись серьезные противоречия. Они ослабляли натиск империалистических государств на Советскую Россию в годы интервенции.
Японские империалисты, начав интервенцию в больших масштабах, строили далеко идущие планы территориальных захватов и установления своего господства на Советском Дальнем Востоке. Это, по их мнению, также должно было облегчить для Японии захват Маньчжурии и Монголии.
В 1919 г. особый дипломатический уполномоченный Японии при армии Колчака — Като поставил в известность ставленника японского империализма Семенова о том, «что Япония добивается отторжения северной части Сахалина, а затем и захвата советской территории вплоть до Урала». Япония, по заявлению Като, намечала расширение своей территории за счет создания так называемого «буферного государства». Причем пост главы правительства «буферного государства» был обещан Семенову.
В августе 1918 г. японские войска заняли Николаевск-на-Амуре и Де-Кастри. На наиболее крупные станции Уссурийской и Амурской железных дорог были введены японские гарнизоны. Японское командование стремилось сохранить в своих руках контроль над железными дорогами Дальнего Востока. Японские представители вели переговоры с правительством Директории относительно занятия железнодорожной магистрали до Урала. «...Соглашение между Японией и Директорией, отдававшее первой всю железную дорогу до Урала, было только что подписано или было накануне подписания, когда Директория пала».
В сентябре 1918 г. начался ввод японских войск в Забайкалье, численность которых вскоре достигла 40 тыс. Вводом войск в Забайкалье Япония поставила под свой контроль Сибирскую железнодорожную магистраль, заняв ее центральный участок. Белогвардейские части атамана Семенова при содействии Японии заняли Читу. Это в значительной мере укрепило позиции Японии на Дальнем Востоке.
После колчаковского переворота атаман Семенов по указке Японии отказался признать власть «верховного правителя» России. Впоследствии Семенов внешне подчинился Колчаку, но выполнял лишь те распоряжения колчаковского правительства, против которых не возражали представители Японии. Опираясь на своих агентов — Семенова, Калмыкова, Гамова и др., Япония упорно проводила политику обособления Дальнего Востока от России. Япония стремилась не допустить создания любого, даже белогвардейского, правительства, власть которого распространялась бы на всю Сибирь. Она поощряла борьбу между белогвардейскими атаманами, считая, что при таких условиях они будут более покорными.
Империалисты Японии не жалели сил и средств для организации интервенции и гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке. Японское осведомительное бюро сообщило следующие данные о «помощи», оказанной Японией России. «За время августа 1918 г. по октябрь 1919 г. в Сибирь прибыло всего 120 тыс. японских офицеров и нижних чинов...» За это же время 1919 г. Япония затратила на вооружение белогвардейских армий Семенова и др. 160 млн. иен. Японское военное министерство передало русским белогвардейским армиям 30 орудий, 50 тыс. снарядов, 20 тыс. винтовок, 40 млн. патронов, 100 пулеметов и 1 млн. патронов к ним; было передано обмундирование для 30 тыс. солдат. Одновременно с этим японское осведомительное бюро сообщало о том, что на дело «благотворительной помощи было израсходовано около 1 млн. иен и затрачены значительные суммы на оказание помощи чехословацкой армии».
В отличие от государств Антанты империалистическая Япония в своей борьбе против Советской власти ограничивала свои действия лишь территорией Сибири и Дальнего Востока. В октябре 1918 г. британское правительство предложило Японии послать дополнительные войска для отправки их на волжский фронт. Однако японское правительство отклонило это предложение; оно стремилось обеспечить в первую очередь свои империалистические интересы на Дальнем Востоке и считало, что отправка японских войск на Запад ослабит позиции Японии в Приморье и Забайкалье и приведет к усилению позиций Америки. По этой же причине Япония неизменно оказывала поддержку Семенову в противовес Колчаку.
В ноте от 21 декабря 1918 г. представителям держав Антанты в Сибири управляющий колчаковским министерством иностранных дел Сукин писал, что вследствие резких выступлений командира 5-го корпуса атамана Семенова против Колчака было отдано распоряжение о его смещении с занимаемой должности, но японцы не дали возможности осуществить это распоряжение.
Империалисты Антанты, обещавшие Японии компенсацию за участие в интервенции, не могли этого сделать, да и не имели здесь достаточно сил, чтобы оказать соответствующее давление на Японию. Атаман Семенов продолжал хозяйничать в Забайкалье, действуя всецело в интересах Японии.
2 апреля 1919 г. Сукин писал в Париж Сазонову, что Семенов по-прежнему действует в интересах Японии. «Имеются свидетельские показания о соглашении, заключенном Семеновым с Японией, представляющем в распоряжение последней все золотые прииски Забайкалья... факт его (Семенова. — С. Г.) связанности с Японией не подлежит сомнению и открыто признан ею самой. Какая бы то ни было уступка с нашей стороны в этом вопросе достигла бы целей только при полном уходе Семенова из Забайкалья. Однако Япония, по-видимому, настаивает на сохранении его на Востоке, в новой, легализованной форме. С другой стороны, зависимость, в которой мы находимся от помощи Японии на Дальнем Востоке при выступлении там большевиков не позволяет нам обострять на почве семеновского вопроса отношения с Японией. Сделанная нами еще в декабре прошлого года попытка перенести этот вопрос в область международных отношений и заручиться содействием союзников показала нежелание последних делать какие бы то ни было категорические представления Японии по этому вопросу».
Противоречия, имевшие место между японскими и американскими интервентами в 1918 г., временами в отдельных пунктах достигали такой остроты, что происходили вооруженные стычки между японскими и американскими солдатами, а также между семеновцами и американцами. Полковник Морроу, один из командиров американской экспедиционной армии на Дальнем Востоке, позднее указывал на такие факты в печати.
В ноябре 1918 г. государственный секретарь США Лансинг направил японскому правительству протест против попыток Японии захватить в свои руки экономические ресурсы Восточной Сибири и Северной Маньчжурии и большой концентрации японских войск на данных территориях.
С этого времени Япония вынуждена была больше считаться с требованиями США и Англии, военные силы которых высвободились после победы над Германией. Под нажимом США японское правительство вынуждено было пойти на временные уступки. 3 января 1919 г. начальник штаба японской армии во Владивостоке опубликовал «Объявление» о том, что «Япония в скором времени предполагает отозвать из края почти половину войск»...
Японское правительство не пошло на значительное уменьшение количества своих оккупационных войск на Советском Дальнем Востоке, однако вынуждено было согласовать свои важнейшие действия с правительством США...
Что же касается империалистов США, то их роль в борьбе против Советской власти и в организации интервенции в Сибири продолжала возрастать. Это объяснялось все усиливавшейся экономической зависимостью стран Антанты от Соединенных Штатов, которые взяли на себя финансирование антисоветской интервенции. В феврале 1919 г. Ллойд Джордж, излагая планы продолжения борьбы против Советской России с использованием белогвардейцев, поставил вопрос о том, чтобы расходы на помощь белогвардейцам и интервенцию покрывали США. Он говорил: «Франция, безусловно, не может платить, мы (англичане), я уверен, тоже не можем. Возьмет ли Америка эти расходы на себя?». По соглашению с Англией и Францией США обязались снабжать вооружением колчаковскую армию.
США все более и более усиливали свое влияние на колчаковское правительство. Рост этого влияния был пропорционален увеличению их военной и иной помощи Колчаку.
Поставляя оружие, снаряжение и другие материалы Колчаку, правительство США использовало для этого целый ряд организаций, и прежде всего Военно-торговый совет, созданный во время войны. В начале августа 1918 г. президент Вильсон одобрил план оказания экономической помощи контрреволюции в России, выполнение которого было поручено Военно-торговому совету. По этому плану разрешались поставки американских товаров во Владивосток для распределения и продажи в России под контролем Военно-торгового совета... Для стимулирования торговли с Соединенными Штатами был разрешен экспорт товаров с территории, занятой интервентами и белогвардейцами.
В качестве одного из каналов снабжения колчаковцев использовался американский Красный крест. Генерал Грэвс писал: «Я не имею возможности установить, какого размера достигла помощь Красного креста военным силам Колчака, но я слышал во время моего пребывания в Сибири, что общая сумма выразилась в нескольких миллионах долларов»... «Американский Красный крест в Сибири действовал как агент по снабжению Колчака».
Поставками различного характера в больших масштабах занималось «Экспортно-импортное общество американской комиссии Всероссийского земского союза», главное правление которого находилось в Нью-Йорке, а отделения — в Иокогаме и Владивостоке.
Например, 6 июля 1919 г. «Экспортно-импортным обществом» был принят заказ на поставку из США для колчаковской армии 50 аэропланов-истребителей, 100 аэропланов-разведчиков, 100 авиамоторов, 100 броневых автомобилей, 588 легковых автомобилей, 1400 грузовых автомобилей, 320 тыс. пудов бензина и т. д. Владивостокское отделение американского «Нэйшнл сити бэнк» открыло кредиты для закупки нужного колчаковцам вооружения и снабжения...
Со своей стороны колчаковское правительство также проявляло активность в деле закупки различного рода продукции в США. Так, представитель русского «добровольного флота» в Сан-Франциско писал в октябре 1919 г. о том, что специальная комиссия из Омска прибыла в Сан-Франциско и Нью-Йорк и закупила массу товаров для России.
В июле 1919 г. в Омск был направлен посол США в Японии Моррис.
Моррис прибыл в Омск с генералом Грэвсом и провел ряд совещаний с руководителями колчаковского правительства и представителями иностранных держав. 18 августа 1919 г. в беседе с министрами правительства Колчака Моррис заявил, что «главные затруднения правительства (колчаковского. — С. Г.) в экономике, а не в военных неудачах. Никакое другое правительство не справится с задачами, пока не будет разрешен экономический вопрос, а он не может быть разрешен без помощи извне. План помощи разработан здесь представителями всех держав и сообщен их правительствам. Всего Сибири нужен кредит в 200 млн. долл., из коих 90 млн. — на армию».
Министр внутренних дел колчаковского правительства В. Н. Пепеляев записал в своем дневнике: «...пребывание здесь Морриса — это, может быть, завершение периода в наших отношениях с союзниками и начало нового». Один из деятелей колчаковской администрации на Дальнем Востоке в августе 1919 г. писал: «Америке придется нас обувать и одевать. Это заставляет нас задуматься и надо обратить взоры именно туда».
Таким оборотом дел не были довольны английские империалисты.
22 сентября 1919 г. английский уполномоченный в Сибири генерал Нокс заявил Пепеляеву, что он получил от У. Черчилля инструкцию «поддерживать исключительно» верховного правителя и выразил крайнее недовольство американской политикой в Сибири.
Добившись усиления своего влияния на колчаковское правительство, правящие круги США активизируют свою контрреволюционную деятельность в Сибири...
В связи с отступлением белогвардейцев союзные представители в Омске посоветовали Колчаку отправить золотой запас России, захваченный колчаковцами, во Владивосток, но Колчак отказался.
Получив сообщение об этом, государственный секретарь США Лансинг потребовал, чтобы американский представитель при Колчаке Гаррис срочно поговорил с Колчаком, не согласится ли последний вывезти золотой запас под защитой дипломатической миссии США в Китай, под гарантию американского правительства вернуть золото «политически устойчивому правительству России». Лансинг указывал, что если колчаковцы потеряют золото, то державы не будут заинтересованы в оказании помощи Колчаку, и его власть над Россией падет...
Осенью 1919 г., выступая с речами в пользу ратификации Версальского мирного договора, президент США Вильсон неизменно подчеркивал свое враждебное отношение к Советской России, о чем специально были информированы государственным департаментом американские представители в Сибири.
Надеясь приостановить наступление Красной Армии, правительство США осенью 1919 г. усилило поставки оружия, обмундирования и боеприпасов колчаковцам. Колчак выразил благодарность правительству США за энергичную и решительную поддержку.
О большой помощи колчаковским армиям со стороны США свидетельствует телеграмма государственного секретаря США Лансинга от 21 октября 1919 г. американскому представителю в межсоюзном железнодорожном комитете Стивенсу, в которой Лансинг выражает надежду на падение Советской власти в связи с наступлением Деникина в Европейской России и пишет, что в связи с этим «чрезвычайно важно поддержать Колчака. С этой целью в Вашингтоне сделано все возможное».
Правительство США до самого последнего момента оказывало помощь Колчаку. 12 декабря 1919 г. во Владивосток прибыл американский офицер, прикомандированный к генеральному консулу Гаррису. Этот офицер имел в своем распоряжении документ, в котором говорилось: «Американские войска находятся в Сибири, прежде всего, для оказания поддержки Колчаку…» «Государственный секретарь Соединенных Штатов 17 декабря 1919 г. выразил пожелание, чтобы адмирал Колчак продолжал оставаться во главе правительства в Сибири»...