Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Историки об Иване Грозном

Из книги Александра Владимировича Тюрина "Война и мир Ивана Грозного".

Российско-немецкий историк Иоганн Эверс писал: «Разумеется, во всех дошедших до нас источниках, как русских, так и иностранных, вполне согласны, что Иоанн справедливо заслужил имя Грозного. Но вопрос в том, был ли он вследствие справедливости строг до жестокости, или от чрезмерной склонности к гневу предавался до самозабвения грубым беспутственным жестокостям. Последнее представляется сомнительным. Известно, что между всеми государями, понявшими испорченность государственной машины и потребности народа и стремившимися править своим государством согласно такому пониманию, этому государю, то есть Иоанну, принадлежит весьма высокое место».
А ливонский историк XVI века Кельх, которого, кстати, многократно цитирует Карамзин, в общей характерике царя говорит: «Иоанн был рачителен к государственному управлению и в известные времена года слушал лично жалобы подданных. Тогда каждый, даже менее всех значущий, имел к нему доступ и смел объяснять свою надобность. Государь читал сам просьбы и решал без промедления. В государственные должности он производил людей к ним способных, не уважал никого и чрезмерно пекся, чтобы они не допускали подкупать себя и не искали собственной выгоды, но всякому равно оказывали справедливость; жесточайше наказывал неоплатных должников, обманщиков и не терпел, чтобы туземцы и чужестранцы таким образом обкрадывали друг друга».
Данное высказывание Кельха Карамзин, естественно, не процитировал.
Историк Арцыбашев, по поводу этой характеристики царя пишет: «Судя по этому и описанию Кубасова, хотя и можно заключить, что Иоанн был излишне строг и невоздержен, но отнюдь не изверг вне законов, вне правил и вероятностей рассудка, как объявлено (Карамзиным) в Истории Государства Российского».
Впрочем прорывает иногда и Карамзина (внутренний цензор недорабатывает): «(Иоанн) любил правду в судах… казнил утеснителей народа, сановников бессовестных, лихоимцев, телесно и стыдом… не терпел гнусного пьянства… Иоанн не любил и грубой лести».
А имперский посланник Иоганн Кобенцель пишет: «Великий Князь не предпринимает и не постановляет ничего важного, не посоветовавшись предварительно с Митрополитом».
Князь Катырев-Ростовский (кстати, сторонник аристократических привилегий и мировоззрения кн. Курбского) писал о царе Иване: «Муж чудного разумения в науке книжного поучения и многоречив (красноречив) зело, к ополчению дерзостен и за свое отечество стоятелен… Той же царь Иван многая благая сотвори, воинство вельми любяше и требующего (требуемого) им (воинством) от сокровища своего нескудно подаваяша».
«Грозный прощал дьякам „худородство“, но не прощал казнокрадства и „кривизны суда“. Он примерно наказывал проворовавшихся чиновников и взяточников», — пишет и Р. Скрынников. Впрочем, казненные за казнокрадство чиновники также чохом были отнесены трепетными либералами к жертвам опричнины.
«Трудно найти более тенденциозный источник, чем „История“ Курбского», — замечает Скрынников, хотя сам почему-то активно пользуется «сведениями» упомянутого персонажа.

Tags: Иван Грозный
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments