Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Александр Тюрин о Корее

Из книги Александра Владимировича Тюрина "Ким воевал и за нас".

Мне, конечно, некоторые ехидно кинут, где бы ты хотел жить, в Северной или Южной Корее? Лицемерам поясняю, хотел бы жить в социалистической системе, частью которой является Корея. А не в маленьком, изолированном, блокированном и преданном государстве. До 1945 северная часть Кореи была менее населенной и развитой частью страны, чем южная — к примеру, разница январских температур между севером и югом Корейского полуострова превышает 20 градусов. Почти все предприятия легкой промышленности находились в южной части страны, как и обширные теплые низменности, пригодные для выращивания риса. Некоторые северные гористые районы были практически необитаемы. Любое государство, особенно небольшое, с ограниченным набором хозяйственных отраслей, нуждается в международном разделении труда. Уже к концу 40-х гг. С. Корея при сотрудничестве с СССР (тогда оно действительно являлось взаимовыгодным, а не доильней, как было с некоторыми «союзниками» в брежневские времена) стала более развитым и благополучным государством, чем Ю. Корея. Успешно провела аграрную реформу. В 1950-е восстановилась после огромных разрушений, нанесенных американской авиацией и ооновскими войсками. В 1960-е создала приличную энергетику, металлургию, химпромышленность, машиностроение, в том числе транспортное, электротехническое и станкостроение. И всё потому, что была включена в мировую социалистическую систему разделения труда. Слабо населенные гористые регионы Северной Кореи увеличили свое население в 4 раза за двадцать лет, была быстро побеждена высокая смертность.
Еще в начале 1980-х гг. нац. доход на душу населения в С. Корее превосходил южнокорейский в 1,6 раза. Электроэнергии на душу населения С. Корея производила в два раза больше, чем Ю. Корея. Средняя продолжительность жизни в С. Корее тогда превышала южнокорейскую более чем на 5 лет. На Севере насчитывалось в три раза было больше врачей на тысячу населения; здесь, в отличие от Юга, уже не свирепствовали брюшной тиф, дифтерия, туберкулез.
В Южной Корее, прожившей в убожестве первые полтора десятка лет своей «независимости», с начала 1960-х, точнее с приходом к власти диктатора Пак Чжон Хи (во Вторую мировую бывшего японским офицером), пошла накачка экономики американскими и другими западными инвестициями. За их счет было создано 4/5 производственных фондов. США также разрешили использование южнокорейскими фирмами западных технологий, открыли рынки для южнокорейской продукции высокого передела.
Южнокорейская экономика развивалась в условиях жесткой дисциплины и развитого коллективизма в конфуцианском стиле, под управлением диктатуры, которая ставила на первое место производственные накопления, при массированном участии государства в построении мощных отраслевых монополий (чеболей) с крайне высокой концентрацией капитала и труда. Они росли на прямых правительственных займах и заказах, под защитой от иностранной конкуренции. Южнокорейская индустрия создавалась отнюдь не по либеральным рецептам — их-то Америка обильно предоставляет тем странам, которые надо опустить. (Их, пожалуй, использовали только в южнокорейском сельском хозяйстве, где множество крестьян имело жалкие земельные клочки по 0,1 га, 1 миллион крестьянских дворов — не более 0,5 га; в общем, село являлось поставщиков голодной рабочей силы для индустрии.) Американцам нужен был в Ю. Корее не просто источник дешевых товаров с низкой добавленной стоимостью, как в большинстве стран Третьего Мира, в том числе в совсем недалеких Филиппинах и Индонезии, а непотопляемый авианосец, плацдарм для противостояния СССР и Китаю.
К примеру, другому американскому сателлиту в той же Восточной Азии, Филиппинам, повезло куда меньше — они так и остались худосочным сырьевым придатком и поставщиком дешевого ширпотреба, в их городах массы людей до сих пор живут в трущобах без электричества и канализации, живые люди ютятся в склепах на кладбищах, дети работают на фабриках за копейки от зари до зари. Аналогично и в Индонезии, где при деятельном участии ЦРУ с огромной кровью в 1965 был уничтожен просоциалистический режим.
Развал социалистической системы во второй половине 1980-х привел к стагнации северокорейской экономики (хотя современные ее показатели, приводимые западными источниками, являются гадательными и странным образом напоминают данные тридцатилетней давности), а вот южнокорейским корпорациям были открыты новые обширные рынки, источники капитала и новых технологий.
Сегодня, безусловно, Ю. Корея является развитой страной, хотя некоторые показатели, как например уровень рождаемости — 219-ое место из 224-х в мировом рейтинге — показывает какой ценой это далось. Как долго продлится южнокорейское экономическое чудо тоже неизвестно, обычно капитал рано или поздно утекает туда, где более низкие издержки и более высокая норма прибыли, так что возможно, на смену Ю. Корее скоро придут Вьетнам, Бирма и Индонезия.
А Северной Корее осталась борьба за существование в крайне тяжелой геополитической ситуации, в изоляции, в непростых природно-климатических условиях, без союзников (позиция МИДа РФ это недавно показала). Большая часть ее сил уходит на поддержание ее обороноспособности, но вот это удается ей весьма хорошо. Достаточно вспомнить северокорейский ракетно-ядерный щит. Это показывает, что у страны есть хороший научно-технический потенциал. России еще не поздно вернуть себе статус союзника Северной Кореи, тем более, что эта страна выполняет важную функции по сдерживанию агрессивности США на Дальнем Востоке. На востоке эта страна столь же важна для безопасности России, что и Белоруссия на западе.

Tags: Капитализм, Корейская война, Корея, США, Социализм, Холодная война
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments