September 22nd, 2016

Сталин и атомная бомба

Из книги Андрея Андреевича Громыко "Памятное".

...американская и английская делегации разработали специальный сценарий того, как поставить в известность Сталина о том, что у американцев имеется атомная бомба. Осуществлялся этот сценарий следующим образом.
Я очень хорошо помню этот момент. Случилось это на восьмой день Потсдамской конференции, 24 июля. Сразу же после окончания пленарного заседания Трумэн встал со своего места и подошел к Сталину. Тот тоже встал со своего места, собираясь выходить из зала. Рядом с ним был переводчик нашей делегации Павлов. Вблизи стоял и я.
Трумэн обратился к Павлову:
— Переведите, пожалуйста.
Сталин остановился и повернулся к Трумэну. Я заметил, что в нескольких шагах от Трумэна приостановился и Черчилль.
— Я хотел бы сделать конфиденциальное сообщение, — сказал Трумэн. — Соединенные Штаты создали новое оружие большой разрушительной силы, которое мы намерены применить против Японии.
Сталин выслушал перевод, понял, о каком оружии идет речь, и сказал:
— Благодарю за информацию.
Трумэн постоял, вероятно, ожидая еще какой-нибудь ответной реакции, но ее не последовало. Сталин спокойно вышел из зала. А на лице Трумэна было написано как бы недоумение. Он повернулся и тоже пошел, но в другую от Сталина сторону, в те двери, за которыми находились рабочие помещения американской делегации.
Хочу обратить внимание на то, что это произошло тогда, когда США уже изготовили бомбу и собирались предать ядерной смерти японские города — Хиросиму и Нагасаки.
Американский президент, как стало известно позже, был немало разочарован такой реакцией советского руководителя.
Черчилль с волнением ожидал окончания разговора Трумэна со Сталиным. И когда он завершился, английский премьер поспешил спросить президента США:
— Ну как? Тот ответил:
— Сталин не задал мне ни одного уточняющего вопроса и ограничился лишь тем, что поблагодарил за информацию.
Вспоминая об этом разговоре, Трумэн будет потом уверять, что из сказанных им в самой общей форме нескольких фраз о новом оружии Сталин будто бы вряд ли мог сделать надлежащие выводы. В действительности же Сталин незамедлительно из Потсдама дал советскому ученому-физику И. В. Курчатову указание ускорить дело с созданием атомной бомбы, которое стало мощным импульсом для всего комплекса соответствующих работ в нашей стране.
...в дни Потсдамской конференции... велась беседа членов советской делегации между собой, без участия каких-либо иностранных представителей. Состоялась она в резиденции Сталина. Ее участниками кроме него самого были Молотов, посол СССР в Англии Ф. Т. Гусев и я, как посол СССР в США.
...Сталин затронул вопрос, который, собственно говоря, являлся основным на той встрече.
— Наши союзники сообщили нам, — сказал он, — что США являются обладателями нового оружия — атомного. Я разговаривал с Курчатовым сразу после того, как Трумэн сказал о том, что в США проведено успешное испытание нового оружия. Надо полагать, что в недалеком будущем мы также будем иметь такое оружие. Но факт его появления ко многому обязывает государства — обладателей этого оружия. Первый вопрос, который в связи с этим возникает, — должны ли страны, обладающие этим видом оружия, просто соревноваться в его производстве и стараться один другого обогнать? А может, они должны искать такое решение, которое означало бы запрещение производства и применения этого оружия? Сейчас трудно сказать, что это должно быть за соглашение между странами. Но ясно только одно, что оно должно разрешать использование атомной энергии только для мирных целей. Конечно, этого вопроса я с Курчатовым не касался. Это уже больше вопрос политики, чем техники и науки.

Вот такая сталинская дальновидность. Но мы-то знаем, что Кровавого Тирана не заботило ничего, кроме своей власти.


Брежнев и Помпиду

Из книги Андрея Михайловича Александрова-Агентова "От Коллонтай до Горбачева".

Помпиду прибыл смертельно больной (лейкемия). Об этом знало его окружение и, видимо, он сам. Через контакты между врачами узнали и наши. В резиденции президента рядом с его спальней круглосуточно дежурила медицинская сестра. На переговоры президент появлялся слегка подрумяненным, чтобы скрыть страшную бледность.
И все-таки этот мужественный человек принял приглашение Брежнева, пролетел тысячи километров до побережья Черного моря и провел несколько часов переговоров по целому спектру серьезных политических проблем, причем говорил все время четко, точно и с юмором. Вновь было со всей определенностью подтверждено сходство позиций сторон по германскому вопросу, особенно по недопущению ядерного вооружения Германии. Запомнилась фраза Помпиду: «За этими молодчиками (за немцами.— Авт.) нужен глаз да глаз как на Западе, так и на Востоке».
А в своем заключительном тосте на обеде в его честь Жорж Помпиду сказал: «Вы знаете нравы газетчиков, особенно наших. Им подавай сенсацию. Если, например, поезд прибыл по назначению спокойно и точно по расписанию, то это никого не интересует. Но вот если крушение, да еще с жертвами, то это уже лакомый кусочек. Хочу предложить тост за то, чтобы поезд советско-французской дружбы шел к намеченной цели спокойно и уверенно, без злоключений и никогда не давал пищи любителям нездоровых сенсаций».


Герцен о реформах

Из книги Александра Ивановича Герцена «Былое и думы».

Всякий начальник у нас считает высшей обязанностью нет-нет да и представить какой-нибудь проект, изменение, обыкновенно к худшему, но иногда просто безразличное. Секретаря в канцелярии губернатора, например, сочли нужным назвать правителем дел, а секретаря губернского правления оставили без перевода на русский язык. Я помню, что министр юстиции подавал проект о необходимых изменениях мундиров гражданских чиновников. Проект этот начинался как-то величаво и торжественно: «Обратив в особенности внимание на недостаток единства в шитье и покрое некоторых мундиров гражданского ведомства и взяв в основание» и т. д.



Вспомнились слова Сергея Кредова из его книги о Щёлокове:

В России «реформа» — магическое слово.
Первый вопрос к вновь назначенному руководителю ведомства будет: как вы собираетесь его реформировать (даже если предшественник «дореформировал» ведомство до ручки). Ответ в духе: «Приглашу честных профессионалов и дам им возможность работать» сочтут несерьезным. Искушенный в политике человек так никогда и не ответит, у него уже припасено, что надо переименовать, а что — ликвидировать; такой его настрой общественность обычно успокаивает.

Ну, а насколько сказанное актуально для сегодняшнего дня, никому объяснять не нужно.