October 6th, 2016

Луиджи Лонго о Ленине

Из книги Андрея Андреевича Громыко "Памятное".

Ленин выступал страстно, подчеркивая нужные слова и мысли, возвращаясь к ним, чтобы сделать их более понятными для аудитории. При этом Ленин не заботился, как это часто делают некоторые ораторы, о внешнем эффекте своего выступления. Для него главным была мысль, ее развитие и течение. Ему хотелось, чтобы слушатели поняли то, что он защищает, предлагает и отстаивает. Именно это покоряло аудиторию.

Виппер об Иване Грозном и Андрее Курбском

Из книги Роберта Юрьевича Виппера "Иван Грозный". Кто есть ху в двух словах.

...один опирается на чисто феодальное, до смешного устарелое "право отъезда", а в сущности изменяет своему народу и своей стране, другой выступает как новатор государственного строя, сознающий себя организатором сильной централизованной державы.

Александров-Агентов о Горбачёве

Из книги Андрея Михайловича Александрова-Агентова "От Коллонтай до Горбачева".

...в течение года мое отношение к Горбачеву стало меняться — и не в лучшую сторону. И дело тут было не в политике («перестройка» со всеми ее «красотами» к тому времени еще не развер­нулась), а скорее в чисто человеческих качествах. Наблюдая его контакты с людьми, я все больше убеж­дался, что внешняя открытость и благожелательная приветливость — это скорее привычная маска, за ко­торой нет действительно теплого и доброго отношения к людям. Внутри — всегда холодный расчет. А это мало­приятно.
И второе. К сожалению, я убедился, что Горбачеву присущ один очень серьезный для большого руководи­теля недостаток: оказалось, он совершенно не умеет слу­шать (вернее, слышать) своего собеседника, а целиком увлечен тем, что говорит сам. Даже при такой процедуре, как доклад ему информации, это давало себя знать, что, согласитесь, не очень помогало делу. Монолог, лишь мо­нолог...



Иван Грозный и Филипп II

Из книги Роберта Юрьевича Виппера "Иван Грозный".

Сравнивая Грозного с Филиппом II испанским (род. в 1527 г.) и с современными французскими королями, В. С. Иконников справедливо замечает, что московский царь, в отличие от западных собратьев, не признавал религиозных преступлений равносильными политическим возмущениям. Поэтому совершенно искренне звучит замечание Ивана Грозного, в письме к императору Максимилиану II, относительно Варфоломеевской резни 1572 г.: "Ты, брат наш дрожайший, скорбишь о кровопролитии, что у французского короля в его королевстве несколько тысяч перебито вместе с грудными младенцами: христианским государем пригоже скорбеть, что такое бесчеловечие французский король над стольким народом учинил и столько крови без ума пролил". Эти слова написаны в то самое время, как Филипп II посылал горячие поздравления Карлу IX, допустившему организацию убийств Варфоломеевской ночи.