February 18th, 2019

Ильф и Петров об Америке и американцах. Часть VII: «Христианская наука»

Фрагменты книги Ильфа и Петрова "Одноэтажная Америка".

...наиболее американизированной является секта, называющая себя «Христианской наукой». У нее миллионы приверженцев, и по существу своему она является чем-то вроде колоссальной лечебницы, только без участия докторов и лекарств. «Христианская наука» велика и богата. Замечательные храмы с красивыми банковскими портиками принадлежат ей во многих городах и городках.
«Христианская наука» не предлагает ждать бесконечно долго вознаграждения на небесах. Она делает свой бизнес на земле. Эта религия практична и удобна. Она говорит:
– Ты болен? У тебя грыжа? Поверь в бога – и грыжа пройдет!
Христианство как наука, как нечто немедленно приносящее пользу! Это понятно среднему американцу, это доходит до его сознания, замороченного годами непосильной и торопливой работы. Религия, которая так же полезна, как электричество. Это годится. В это можно верить.
[Читать далее]
– Ну, хорошо! А если грыжа все-таки не пройдет?
– Это значит, что вы недостаточно веруете, недостаточно отдались богу. Верьте в него – и он поможет вам во всем.
Он поможет во всем. В Нью-Йорке мы зашли как-то в одну из церквей «Христианской науки», в центре города. Небольшая группа людей сидела на скамьях и слушала пожилого джентльмена, одетого в хороший, сшитый у портного, костюм. (В Америке костюм, сделанный по заказу, является признаком состоятельности.)
Мистер Адамс, который сопровождал нас в этой экскурсии, навострил уши и, наклонив голову, внимательно прислушивался. Он сделал нам рукой знак подойти поближе. То, что мы услышали, очень походило на сцену в нью-йоркской ночлежке, куда мы попали в первый же вечер по приезде в Америку. Только там уговаривали нищих, а здесь уговаривали богатых. Но уговаривали совершенно одинаково – при помощи живых свидетелей и неопровержимых фактов.
– Братья, – говорил пожилой джентльмен, – двадцать лет тому назад я был нищ и несчастен. Я жил в Сан-Франциско. У меня не было работы, жена моя умирала, дети голодали. Мне неоткуда было ждать помощи, как только от бога. И как-то утром голос бога мне сказал: «Иди в Нью-Йорк и поступи на службу в страховое общество». Я бросил все и пробрался в Нью-Йорк. Голодный и оборванный, я ходил по улицам и ждал, когда господь мне поможет. Наконец я увидел вывеску страхового общества и понял, что бог послал меня именно сюда. Я вошел в это громадное и блестящее здание. В моем ужасном костюме меня не хотели пустить к директору. Но я все-таки прошел к нему и сказал:
– Я хочу получить у вас работу.
– Вы знаете страховое дело? – спросил он меня.
– Нет, – ответил я твердым голосом.
– Почему же вы хотите работать именно в страховом обществе?
Я посмотрел на него и сказал:
– Потому, что господь бог послал меня к вам.
Директор ничего не ответил мне, вызвал секретаря и приказал ему принять меня на службу лифтером. Дойдя до этого места, рассказчик остановился.
– Что же случилось с вами потом? – нетерпеливо спросил один из слушателей.
– Вы хотите знать, кто я такой теперь? Теперь я вице-президент этого страхового общества. И это сделал бог.
Мы вышли из церкви немножко ошеломленные.
– Нет, сэры, – горячился мистер Адамс, – вы слышали? Если один деловой человек может совершенно серьезно сказать другому деловому человеку под стук арифмометров и телефонные звонки, что бог прислал его сюда получить службу, и эта рекомендация бога действительно принимается во внимание, то вы сами видите – это очень удобный деловой бог. Настоящий американский бог контор и бизнеса, а не какой-нибудь европейский болтун с уклоном в бесполезную философию. Даже католицизм в Америке приобрел особые черты. Патер Коглин построил собственную радиостанцию и рекламирует своего бога с неменьшей исступленностью, чем рекламируется «Кока-кола». Серьезно, сэры, европейские религии не подходят американцам. Они построены на недостаточно деловой базе. Кроме того, они слишком умны для среднего американца. Ему нужно что-нибудь попроще. Ему надо сказать, в какого бога верить. Сам он не в силах разобраться. К тому же разбираться некогда – он человек занятой. Повторяю, сэры, ему нужна простая религия. Скажите ему точно, какие выгоды эта религия приносит, сколько ему это будет стоить и чем эта религия лучше других. Но уж, пожалуйста, точно. Американец не выносит неопределенности.

...

Здесь надо говорить только очень простые вещи. Честное слово, эти хорошие люди, наполнявшие церковь, были в восхищении. Та духовная пища, которую предложила им Эмми Макферсон, не подошла бы даже канарейке, если бы канарейка нуждалась в религии. Грубое шарлатанство, сдобренное жалкими остротами и довольно большой порцией эротики в виде хора молодых девушек в просвечивающих белых платьицах. Но самое главное, мистеры, было только впереди. Оказалось, что Эмми Макферсон нужны сто тысяч долларов на ремонт храма. Сто тысяч долларов, сэры, это большие деньги даже в богатой Америке. И надо вам сказать, что американцы не очень любят расставаться со своими долларами. Вы сами понимаете, что если бы она просто попросила у собравшихся пожертвовать на ремонт храма, то собрала бы весьма немного. Но она выдумала гениальную штуку! Умолк потрясавший своды оркестр, и завитая, как ангел, сестра Макферсон снова обратилась к толпе. Речь ее поистине была вдохновенна. Мистеры, вы все потеряли, потому что вы не слышали этой удивительной речи. «Братья, – сказала она, – нужны деньги. Конечно, не мне, а богу. Можете вы дать богу один пенни с каждого фунта веса вашего тела, которое он даровал вам по неизреченной своей милости? Только один пенни! Совсем немного! Только один пенни просит у вас бог! Неужели вы ему откажете?»
Тут же по рядам забегали служители, раздавая листовки, на которых было напечатано:
МОЛИТЕСЬ, ВЗВЕШИВАЙТЕСЬ И ПЛАТИТЕ!
ТОЛЬКО 1 ПЕННИ С ФУНТА ЖИВОГО ВЕСА!
ВЗВЕШИВАЙТЕСЬ САМИ! ВЗВЕШИВАЙТЕ
РОДНЫХ! ВЗВЕШИВАЙТЕ ЗНАКОМЫХ!
Вы знаете, мистеры, ведь это гениально придумано! С тонким знанием свойств американского характера. Американцы любят цифры. Убедить их легче всего цифрами. Так просто они не дали бы денег. Но один пенни с каждого фунта веса – в этом есть что-то бесконечно убедительное и деловое. Кроме того, это интересное занятие. Фермер вернется к себе в Айову и целую неделю будет взвешивать своих соседей и родственников. Хохоту будет!..
Да, да, да, сэры, служители снова забегали по рядам, на этот раз с большими подносами. Собрали полные подносы денег в несколько минут. Средний американец весит фунтов сто восемьдесят. Мой толстый сосед из Невады отдал два доллара! А человек он явно небогатый. Его убедили с помощью идиотской арифметики. Сэры, я говорю вам вполне серьезно. Религия всех этих шарлатанских сект находится где-то на полпути от таблицы умножения к самому вульгарному мюзик-холлу. Немножко цифр, немножко старых анекдотов, немножко порнографии и очень много наглости.


Фрагменты показаний свидетелей на Нюрнбергском процессе

Из материалов Нюрнбергского процесса.

Из показания свидетеля Когана
Я работал в лагере военнопленных Красной Армии при немцах с декабря 1941 года по апрель 1942 года как землекоп...
Этот лагерь немцы организовали в бараках на площади около железной дороги. Территория лагеря вся была обнесена колючей проволокой. По словам самих военнопленных, немцы согнали в этот лагерь тысяч 12 или 15 человек. Когда мы работали, то наблюдали, как немцы издевались над военнопленными Красной Армии. Кормили один раз в день нечищенным, мерзлым картофелем, сваренным с кожурой и грязью. Содержали военнопленных в холодных бараках в зимнюю пору.
Знаю такой факт, что когда немцы загнали военнопленных в этот лагерь, то одежду —шинели и сапоги, а также ботинки, пригодные к носке, с военнопленных сняли, оставили людей в рубище и босых. Военнопленных выводили под конвоем ежедневно на работу с 4—5 часов утра, держали на работе до 10 часов ночи. Усталых, холодных и голодных людей загоняли в бараки, в которых специально на день открывали окна и двери, чтобы мороз проник в эти бараки и таким путем замораживались люди. Наутро сотни трупов под охраной немецких солдат сами военнопленные вывозили на тракторе в Волковысский лес, где сгружали в приготовленные заранее ямы. Во время конвоирования военнопленных на работу немцы у проходных ворот из лагеря выставляли отряд солдат, вооруженных винтовками и кольями, и тех, кто плохо двигался от истощения и голода, убивали кольями по голове, кололи штыками.
Немецкая администрация лагеря выводила совершенно голых военнопленных, привязывала веревками к стенке, обнесенной колючей проволокой, и держала в декабрьские зимние морозы до тех пор, пока человек не замерзал. Стоны и крики изувеченных прикладами людей наполняли постоянно территорию лагеря... Некоторых убивали прикладами на месте.
Голодные и истощенные военнопленные, когда их приводили на территорию лагеря, набрасывались на кучу гнилой и мерзлой картошки. За этим следовал выстрел немецкого конвоира...
[Читать далее]

Из показания свидетеля Манусевича
После окончания сжигания трупов нас («бригаду смерти») ночью на автомашинах привезли в Лисеницкий лес, против Львовского дрожжевого завода. Здесь, в лесу было около 45 ям с трупами ранее расстрелянных на протяжении 1941—1942 гг. В ямах было от 500 до 3 500 трупов. Были трупы солдат французской, бельгийской и русской армий, т.е. военнопленных, а также были и мирные жители. Все военнопленные были похоронены в одежде. Поэтому во время выкапывания из ям я распознавал их по форме одежды, по знакам различия, по пуговицам, медалям и орденам, по ложкам и котелкам. Все это сжигалось после того, как трупы выкапывали. Таким же путем, как и в Яновском лагере, на месте ям сеялась трава, садили деревья, пеньки срубленных деревьев, с тем, чтобы стереть следы небывалого в истории человечества злодеяния.
...
Кроме расстрелов, в Яновском лагере применялись разные пытки, а именно: в зимнее время наливали в бочки воду, привязывали человеку руки к ногам и бросали в бочку. Таким образом человек замерзал. Вокруг Яновского лагеря было проволочное заграждение в два ряда, расстояние между рядами — 1 метр 20 сантиметров, куда забрасывали человека на несколько суток, откуда он сам не мог выйти и там умирал от голода и холода. Но прежде чем забрасывать, человека избивали до полусмерти. Вешали человека за шею, ноги и руки, а потом пускали собак, которые разрывали человека. Ставили человека вместо мишени и производили учебную стрельбу. Этим больше всего занимались гестаповцы: Хайне, Миллер, Блюм, начальник лагеря Вильгауз и другие, фамилии которых не могу припомнить. Давали человеку в руки стакан и производили учебную стрельбу, если попадали в стакан, то человека оставляли живым, а если в руку, то тут же расстреливали и при этом заявляли, что «вы к труду не способны, подлежите расстрелу». Брали человека за ноги и разрывали. Детей от 1 месяца до 3 лет бросали в бочки с водой, и там они тонули. Привязывали человека к столбу против солнца и держали до тех пор, пока человек не умирал от солнечного удара.
Кроме этого, в лагере перед посылкой на работу производили так называемую проверку физически здоровых мужчин путем бега на расстояние 50 метров, и если человек хорошо пробежит, т.е. быстро и не споткнется, то остается живым, а остальных расстреливали. Там же, в этом лагере, была площадка, заросшая травой, на которой производили бег; если человек запутается в траве и упадет, то его немедленно расстреливали. Трава была выше колен. Женщин вешали за волосы, при этом раздевали догола, раскачивали их, и они висели, пока не умирали.
Был такой еще случай: одного молодого парня гестаповец Хайне поставил и резал от его тела куски мяса. И одному сделал в плечах 28 ран (ножевых). Этот человек вылечился и работал в бригаде смерти, а впоследствии был расстрелян. Возле кухни во время получения кофе палач Хайне, когда стояла очередь, подходил к первому, который стоял в очереди, и спрашивал, почему он стоит впереди, и тут же его расстреливал. Таким же порядком он расстрелял несколько человек, а потом подходил к последнему в очереди и спрашивал его: «Почему ты стоишь последним?» и тут же расстреливал его.

Из стенограммы заседания международного военного трибунала от 26 февраля 1946 г.
Смирнов: В какой деревне вас застала война?
Свидетель: В деревне Кузнецове.
Смирнов: Существует ли сейчас эта деревня?
Свидетель: Не существует.
Смирнов: Я прошу вас рассказать суду, при каких обстоятельствах произошло уничтожение деревни.
Свидетель: В памятный день 28 октября 1943 г. немецкие солдаты неожиданно напали на нашу деревню и стали творить расправу с мирными жителями, расстреливать, загоняя в дома. В этот день я работал на току со своими двумя сыновьями, Алексеем и Николаем. Неожиданно к нам на ток зашел немецкий солдат и велел следовать за ним. Нас повели через деревню в крайний дом. Я сидел около самого окна и смотрел в окно. Вижу, немецкие солдаты гонят еще большую толпу народа. Я заметил свою жену и маленького своего сына 9 лет. Их сначала подогнали к дому, а потом повели обратно, куда— мне было тогда неизвестно.
Немного погодя входят три немецких автоматчика, и четвертый держит наган в руках. Нам приказали выйти в другую комнату. Поставили к стенке всю толпу 19 человек, в том числе меня и моих двух сыновей, и начали из автоматов стрелять по нас. Я стоял около самой стенки, немного опустившись. После первого выстрела я упал на пол и лежал не шевелясь. Когда расстреляли всех, они ушли из дома. Я пришел в сознание, гляжу — невдалеке от меня лежит мой сын Николай, он лежал ничком и был мертв, а второго сына я сперва не заметил и не знал, убит он или жив. Потом я стал подниматься, освободив ноги от навалившегося на них трупа. В этот момент меня окрикнул мой сын, который остался, в живых.
Смирнов: Окрикнул второй ваш сын?
Свидетель: Второй, а первый лежал убитый невдалеке от меня. Сынишка крикнул: «Папа, вы живой?»
Смирнов: Он был ранен?
Свидетель: Он был ранен в ногу. Я его успокоил: «Не бойся, сыночек, я тебя не оставлю, как-нибудь уйдем. Я тебя вынесу отсюда». Немного погодя загорелся дом, в котором мы лежали. Тогда я, открыв окно, выбросился из него вместе со своим раненым мальчиком, и мы стали ползти от дома, притаясь, чтобы не заметили немецкие солдаты. Но на пути нашего отхода от дома стояла высокая изгородь, мы не сумели раздвинуть изгородь, а начали ломать ее. В этот момент нас заметили немецкие солдаты и начали по нас стрелять. Я тогда шепнул своему сынишке, чтобы он притаился, а я побегу. Мне его. было не снести, и он побежал немного и, благодаря зарослям, притаился, а я побежал дальше, отвлекая внимание солдат. Немного пробежав, я вскочил в постройку, стоявшую около горящего дома. Посидел там немножко и решил идти дальше. Я убежал в ближайший лес, находящийся неподалеку от нашей деревни, и там переночевал. Наутро я встретил из соседней деревни Алексея Н., который мне сообщил, что мой сын Леша жив, так как он уполз. Потом, на второй день после этого, я встретил из этой деревни Кузнецове мальчика Витю — это был беженец из-под Ленинграда и проживал во время оккупации в нашей деревне... Он тоже чудом спасся, выскочив из огня. Он мне сказал, как происходило дело во второй избе, где были моя жена и мой малый сынишка. Там дело происходило так: немецкие солдаты, загнав людей в избу, отворили в коридор дверь и через порог стали поливать из автомата. Со слов Вити, там горели живые люди, в том числе, по его словам, сгорел заживо мой мальчик Петя девяти лет. Когда Витя выбегал из избы, то видел, что мой Петя еще был жив и сидел под лавкой зажавши ручонками уши.
Смирнов: Сколько лет было самому старшему жителю деревни, уничтоженному немцами?
Григорьев: Сто восемь лет — старуха Артемьева Устинья.
Смирнов: Сколько лет было самому младшему, уничтоженному в деревне?
Григорьев: Четыре месяца.
Смирнов: Сколько всего было уничтожено жителей деревни?
Григорьев: 47 человек.
Смирнов: За что немцами было уничтожено население вашей деревни?
Григорьев: Неизвестно.
Смирнов: А что говорили сами немцы?
Григорьев: Когда немецкий солдат пришел к нам на гумно, мы его спросили: «За что вы нас убиваете?» Он сказал, что знаете ли вы деревню Максимово, — эта деревня по соседству с нашим сельсоветом. Я ответил «да». Он сказал мне, что эта деревня Максимово — капут, и жители — капут, и вам — капут.
Смирнов: А за что капут?
Григорьев: За то, что, мол, у вас спасались партизаны. Но это слово не соответствовало делу, потому что у нас партизан в деревне не бывало и у нас партизанской деятельностью никто не занимался, потому что было некому. В деревне остались старые и малые, и деревня партизан даже не видела.
Смирнов: Много ли взрослых мужчин оставалось в вашей деревне?
Григорьев: Был один 27-летний мужчина, но он был больной, полоумный и параличный, а то были старики и малые, а остальные мужчины были в армии.
Смирнов: Скажите, пожалуйста, свидетель, только ли население вашей деревни постигла такая участь?
Григорьев: Нет, не только. Немецкие солдаты расстреляли в Курышеве ― 43 человека, во Вшивове — 47, в той деревне, в которой я проживаю сейчас, в деревне Павлове — сожгли 23 человека, и в других деревнях, где насчитывалось по нашему сельсовету около 400 человек, уничтожили мирных жителей старых и малых.
Смирнов: Я прошу вас повторить цифру, сколько было уничтожено в вашем сельсовете?
Григорьев: Около четырехсот человек только в одном нашем сельсовете.
Смирнов: Скажите, кто остался в живых из вашей семьи?
Григорьев: Из моей семьи остались в живых только я и мой мальчик. Застрелены в моей семье: жена на шестом месяце беременности, сын Николай 16 лет, сын Петя 9 лет и невестка, жена брата, с двумя ребятами — Сашей и Тоней.


Торговля с Германией. Часть I

Взято отсюда.

Введение

Помимо несуществующих секретных дополнительных протоколов, в вину СССР пытаются причислить торговое сотрудничество Сталина с Гитлером в 1939-1941 годах. Якобы торговля с потенциальным врагом есть нарушение «моральных норм» во внешней политике. Сейчас доминируют две оценки советско-германской предвоенной торговли: первая — неудачная и отчаянная попытка «откупиться» от Гитлера и любой ценой отсрочить начало войны, и вторая — сознательная поддержка нацистского режима с целью начать большую войну в Европе и распространить идеи марксизма силой. Что же, давайте разберем полную историю сотрудничества европейских (и не только) государств с Третьим Рейхом, и выясним, кто в итоге оказался прав, а кто виноват.

Т

[Разобрать и выяснить]

Торговля с врагом

По итогам Первой Мировой войны Германия оказалась в сильной экономической зависимости от западных держав. Мировой экономический кризис 1929-1932 годов сильнейшим образом сказался на промышленности Германии и её экономике в целом. Экономическая катастрофа была настолько сильной, что начали набирать силу левые идеи. Что не могло не пугать промышленных и банковских магнатов Германии. Для того чтобы не допустить к власти коммунистов, они сделали ставку на Гитлера и НСДАП. Фашисты стали цепными псами немецкого империализма. Однако немецкая экономика контролировалась далеко не только немецкими олигархами. В 30-е годы Германия вела активную внешнюю торговлю. Более того, без иностранных источников сырья тогдашняя немецкая экономика просто не смогла бы существовать. Так перед Второй Мировой войной «По сырью зависимость от импорта составляла примерно 33%. В металлургической промышленности отношение потребления отечественной руды к потреблению ввозимой руды выражалось пропорцией 1:3. По ряду цветных металлов зависимость от заграницы была чрезвычайно большой: так, по свинцу она равнялась 50%, по меди — 70%, по олову — 90%, по алюминию (бокситы) — 99%. Очень значительной зависимость была также по минеральным маслам (65%), по каучуку (свыше 85%) и по сырью для текстильной промышленности (около 70%)»[1].
Основными поставщиками были США и Англия, которые не только дали гитлеровцам возможность производить закупки благодаря освобождению от платежей по долгам, но и благодаря крупным кредитам. Они снабжали Германию ценными стратегическими ресурсами, например: Англия реэкспортировала в Германию медную руду из Южной Африки, Канады, Чили, Конго. В 1934 году Англией было реэкспортировано меди на сумму 3.87 миллиона марок, что составило треть всего германского ввоза меди, а в 1935 году сумма достигла уже 6.77 миллиона марок[2]. Импорт шерсти из Англии увеличился с 21 миллиона марок в 1934 до 47 миллионов с 1935, когда Германия получила от Англии около половины всего импорта шерсти[3]. В 1934 году немецкий концерн «ИГ Фарбениндустри» заключил соглашение с канадским никелевым трестом, обеспечившее Германии половину всего необходимого ей никеля. Остальной никель Германия получала от английских фирм. Количество импортируемого никеля ежегодно возрастало, так, если в 1932 году, по официальным данным английского министерства торговли, было ввезено 1805т, то в 1933 году — уже 3760т[4].
Еще быстрее импорта промышленного сырья рос германский долг. По официальным немецким данным, сумма задолженности Германии составляла на 28 февраля 1933 года 18 967 миллиардов марок, из которых на краткосрочные кредиты (со сроком уплаты до 28 февраля 1934 года) приходились 8.702 миллиарда марок и на долгосрочные — 10 265 миллиарда марок[5]. В том числе германский долг Англии на 30 сентября 1933 года составлял 132 миллиона фунтов стерлингов, или 1.718 миллиарда марок[6]. Для сравнения: весь германский экспорт в 1933 году составил 4.871 миллиарда марок[7]. Однако 17 февраля 1933 года кредиторы Германии согласились подписать соглашение о невостребовании кредитов[8]. Это был перевод краткосрочных займов в долгосрочные. В середине февраля 1934 года последовало новое соглашение о невостребовании кредитов[9]. 14 июня 1934 года Имперский банк Германии объявил о полном прекращении выплаты иностранных долгов и процентов по ним, кроме платежей по займам Дауэса и Юнга. Кредиторы получали сертификаты, которые они могли превратить в облигации трёхпроцентного займа сроком на 10 лет[10]. Номер газеты «Stock Exchange Gazette» (издаваемой Лондонской биржей)от 3 мая 1935 года:

«Без Англии в качестве платёжного учреждения и без возможности продлить сроки кредитов по соглашению о невостребовании кредитов Германия не смогла бы осуществить свои планы. Мы так стремились продавать Германии, что никогда не допускали вмешательства в торговые дела вопросов о платежах. Снова и снова Германия отказывалась от своих обязательств, публичных и частных, но продолжала покупать шерсть, хлопок, никель, каучук и нефть, пока её потребности не были удовлетворены, а финансирование этих закупок проводилось прямо или косвенно через Лондон»[11]

Забегая вперед стоит сказать, что безудержная милитаризация Германии привела к колоссальным диспропорциям в экономике и громадному росту государственной задолженности, которую Гитлер надеялся погасить за счёт захваченных земель: «Есть лишь два пути: или мы взвалим все тяготы по выплате этого долга на плечи наших соотечественников, или на покрытие этих расходов пойдёт та прибыль, которую мы сможем извлечь из оккупированных восточных территорий. Второй путь несомненно предпочтительнее.»[12]

Что касается железной руды, то её главным поставщиком была Швеция. В 1933-1936 гг. на Германию приходилось до ¾ всего шведского экспорта железной руды[13]. В 1938 году импорт Германии железной руды составлял 9 миллионов тонн, что покрывало 41% потребностей германской металлургической промышленности. Около 60% немецкого чугуна выплавлялось из шведской руды[14]. Для сравнения[15]:

1933 год: весь импорт железной руды составил 4527 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 24,5); весь импорт нефти и нефтепродуктов составил 2428 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 505,5); весь импорт хлопка составил 220 тыс. тонн (в т.ч из СССР: — )
1934 год: весь импорт железной руды составил 8264 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 1,9); весь импорт нефти и нефтепродуктов составил 3094 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 458,6); весь импорт хлопка составил 260 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 5,9);
1935 год: весь импорт железной руды составил 14061 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 2,7); весь импорт нефти и нефтепродуктов составил 3766 тыс. тонн (в т.ч из СССР: 491,9); весь импорт хлопка составил 329 тыс. тонн (в т.ч. из СССР: 3,4);

Что касается экспорта, то в первом квартале 193 года Германия экспортировала в Англию товаров общей суммой на 88 миллионов марок, в первом квартале 1934 года эта сумма увеличилась до 104 миллионов марок[16]. В 1936 году германский экспорт в Англию достиг суммы в 406 миллионов марок[17]. В 1937-1938 годах Германии удалось полностью оттеснить Англию от участия во ввозе металлических изделий в Италию и Швейцарию и занять лидирующее положение в импорте Португалии, Голландии, Бельгии, Дании, Швеции, Норвегии[18].
Даже после начала 2-й мировой войны торговые связи Германии с западными странами не прекратились. Нейтральные страны, такие как Швеция и Турция продолжали снабжать Германию железной и марганцевой рудой[19]. Не отставала и американская компания «Стандарт ойл» (США была в Антигитлеровской коалиции), которая исправно снабжала Германию нефтью, только теперь её поставки шли через «посредников»: франкистскую Испанию и Швейцарию, с которыми США не воевала. Американские танкеры везли нефть на Канарские острова, а оттуда уже немецкие танкеры доставляли ее в Гамбург.
Доклад военной разведки США от 15 июля 1941 года:

«Примерно 20% этих поставок предназначаются для фашистской Германии, причём команды шести судов из тех, которые осуществляют перевозки по этому маршруту, набраны преимущественно из нацистов. Нашему агенту удалось выяснить, что немецкие подводные лодки, постоянно курсирующие в районе Канарских островов, подходят туда именно с целью заправки. Этот же агент обратил внимание на следующее: до сих пор ни один из танкеров концерна «Стандарт ойл» не был торпедирован ВМС Германии, в то время как суда других американских компаний, действовавших на иных маршрутах, постигла такая участь»[20].

Даже вступление США в войну против Германии не остановило американские поставки. В 1944 году Германия ежемесячно получала через франкистскую Испанию 48 тысяч тонн американской нефти и 1100 тонн вольфрама[21]. Ленд-Лиз и поставки в Германию…очень выгодный бизнес.




Выступление сенатора Эрнеста Ландина на банкете Германо-американской торговой палаты. Нью-Йорк, 20 марта 1940 года.


Но торговлей все не ограничивалось. Западные компании владели в Германии изрядным количеством собственности:

«К началу 30-х годов в Германии действовало более шестидесяти предприятий, — филиалов американских фирм и компаний. Концерн «Дженерал моторс» тесно сотрудничал с «Опелем»(По факту владел. Ред). Треть капиталов «Всеобщей компании электричества» находилось под контролем «Дженерал электрик». Не менее двух пятых немецкой телефонной и телеграфной промышленности подпало под прямой контроль американского концерна ИТТ, связанного с династией Морганов. «Стандарт ойл» держала в руках более 90 процентов всего капитала германо-американской нефтяной компании, владевшей третью всех наливных пунктов Германии перед Второй мировой войной»[22].
«Важно учитывать также и размеры американских вкладов в нацистской Германии к моменту событий в Перл-Харборе, которые составляли примерно 475 млн долларов. Инвестиции «Стандарт ойл» оценивались в 120 млн долларов; «Дженерал моторс» — 35 млн долларов; ИТТ — 30 млн долларов; «Форд» — 17,5 млн долларов. Исходя из того, что США находились в состоянии войны со странами «Оси», американской стороне было бы патриотичнее прекратить деятельность своих компаний в Германии независимо от того, как поступят с ними нацисты: национализируют или сольют с промышленной империей Геринга. Однако погоня за прибылью толкнула на циничное решение: избежать конфискации, объединив американские предприятия в холдинговые компании, чьи доходы переводились бы на американские счета в немецких банках и хранились бы там до конца войны»[23].

К слову, «Форд» контролировал 100% акций компании «Фольксваген». Генри Форд лично распорядился часть средств с продажи автомобилей в Германии переводить НСДАП. Форд поддерживал Гитлера не только на словах. В тридцатые годы он ежегодно поздравлял «своего немецкого друга» с днем рождения, при этом дарил ему «подарок» стоимостью в 50 000 рейхсмарок. По словам американского военного историка Генри Шнейдера, Форд помогал немцам в получении каучука, жизненно необходимого для германской промышленности. Мало этого, до самого начала Второй мировой войны владелец автогиганта США поставлял Гитлеру военную технику, за что в честь 75-летия Форда фюрер наградил юбиляра «Большим крестом Немецкого Орла» - самой высокой наградой, которую в то время мог получить иностранец от нацистов. А немецкий консул совершил поездку в Детройт, чтобы лично повесить Золотой крест со свастикой на грудь автомагнату. Форд пришел в восторг от этой награды. На грандиозном праздничном обеде, организованном в день юбилея - 30 июля 1938 года, присутствовало свыше 1500 самых богатых детройтцев. Это произошло ровно через четыре месяца после аншлюса Австрии и начала массового террора против венских евреев. Портрет Генри Форда висел в резиденции самого Гитлера, находящейся в Мюнхене. В свою очередь, Форд бережно хранил портрет фюрера на столе у себя в Дирборне.



Награждение Генри Форда за заслуги перед Третьим рейхом


Не отставали и англичане. Например, крупнейшему военно-промышленному концерну Англии «Виккерс» принадлежали 49% акций германской военно-химической компании «Дуко АГ», 8% акций «Динамит АГ», 3,5% акций «Дойче гольд унд зильбер шайдеанштальт», а также некоторое количество акций «ИГ Фарбениндустри»[24]. Фирма «Бэбкок энд Уилкокс», поставлявшая паровые котлы всем флотам мира, имела свои предприятия в Третьем рейхе. С началом немецкого перевооружения они резко увеличили производство. Фирма «Дэнлоп раббер» также значительно увеличила выпуск продукции в Германии, что помогло моторизации Вермахта[25].
Всё это ярко демонстрирует кто на самом деле «вырастил зверя». Приведу пару цитат:

«Не может быть и речи даже о том, чтобы бомбить военные заводы в Эссене, являющиеся частной собственностью, или линии коммуникаций, ибо это оттолкнуло бы от нас американскую общественность» — Кингсли Вуд, британский министр авиации (в ответ на предложение первого лорда Адмиралтейства Леопольда Эмери организовать поджог Шварцвальда, чтобы лишить немцев строевого леса, 5 сентября 1939 года)[26]

«Без капиталов, предоставленных Уолл-Стритом, не существовало бы Гитлера и Второй Мировой войны» — Ральф Эпперсон, «Невидимая рука»[27]

ВВоенные технологии

Далеко не последнюю роль в милитаризации Германии сыграли западные фирмы. Концерн «Виккерс» был непосредственно причастен к строительству немецкого подводного флота, подводных мин и заграждений. Согласно свидетельствам Чарлза Крейвна, председателя правления фирмы «Виккерс-Армстронг», фирма имела лицензии на производство подводных мин в Испании и Голландии, где были расположены филиалы концернов Круппа и Цейсса, которые и создавали подводный флот Германии[28]. Для немецкой морской артиллерии закупались снаряды британской фирмы «Хэдфилдс»[29]. Военно-воздушные силы Германии также не обошлись без западных поставок. Например, в 1934 году несколько английских фирм поставили в Германию 96 авиационных моторов, причём это были официально зарегистрированные как направляемые в Германию моторы. А за первые пять месяцев 1935 года Германия получила 89 самолетов и моторов на сумму 199 369 фунтов стерлингов[30]. Если же говорить о полных объемах «помощи», то только за первые восемь месяцев 1934 года в Германию отправились 200 моторов «Кестрел» фирмы «Роллс-Ройс», а еще Германия приобрела 80 моторов «Армстронг-Сидли» повышенной мощности[31]. Кроме того, Германия приобретала лицензии на производство моторов, например, немецкая компания «Байерише моторенверке» производила моторы «Кестрел VI» по лицензии «Роллс-Ройс»[32].
Американцы внесли еще больший вклад в развитие немецкой военной машины. Главными поставщиками самолётов, авиационных моторов и запчастей к ним стали американские компании «Юнайтед эйркрафт корпорейшн», «Пратт энд Уитни компани», «Кэртисс Райт», «Сперри гироскоп», «Дуглас»[33]. Речь идет о закупках суммой в миллионы долларов. Так, только в марте 1934 года Баварским моторостроительным заводам (БМВ) были проданы 420 американских моторов «Хорнет-Д»(на которые, кстати, также была приобретена лицензия)[34]. В результате в 1935 году 11 из 28 типов немецких боевых самолетов были оснащены американскими и английскими моторами[35].
Вот что писал американский публицист Чарльз Хайэм про «торговлю с врагом»:

«Нетрудно представить реакцию граждан США и Великобритании, заяви им, что в 1942 году корпорация «Стандарт ойл» торговала горючим с Германией через нейтральную Швейцарию и что горючее, предназначавшееся союзникам, получал их противник. Их охватил бы справедливый гнев. Как бы они были возмущены, узнай, что после событий в Перл-Харборе «Чейз бэнк» заключал миллионные сделки с врагом в оккупированном Париже с полного ведома правления этого банка в Манхэттене; что во Франции грузовики, предназначенные для немецких оккупационных войск, собирались на тамошних заводах Форда по прямому указанию из Диборна (штат Мичиган), где находится дирекция этой корпорации; что полковник Состенес Бен, глава многонациональной американской корпорации ИТТ, в разгар войны отправился из Нью-Йорка в Мадрид, а оттуда в Берн, чтобы оказать помощь гитлеровцам в совершенствовании систем связи и управляемых авиабомб, которые варварски разрушали Лондон (та же компания участвовала в производстве «фокке-вульфов», сбрасывавших бомбы на американские и британские войска); что шарикоподшипники, которых так недоставало на американских предприятиях, производивших военную технику, отправлялись латиноамериканским заказчикам, связанным с нацистами. Причем делалось это с тайного согласия заместителя начальника управления военного производства США, который одновременно был деловым партнером родственника рейхсмаршала Геринга в Филадельфии. Заметим, что в Вашингтоне обо всём этом отлично знали и либо относились с одобрением, либо закрывали глаза на подобные действия»[36].

ППодарок фюрера

Теперь о торгово-экономическом сотрудничестве СССР и Третьего Рейха. Начиная с 1929 года в Сталинском СССР происходил грандиозный промышленный рывок, страна стремительно развивалась и наращивала экономическую мощь. Для форсированный индустриализации необходимо современное оборудование. Основными нашими торговыми партнерами по закупкам машин и оборудования были США и Германия. Приведу ниже общие суммы советских закупок машин и оборудования за 1929-1934 гг. а также долю в общем объёме советского импорта машин и оборудования[37]:

1929 год: всего закуплено: 923 255 тыс. руб., из них: США — 262 581 тыс. руб. (28,44%); Германия — 366 186 тыс. руб. (39,66%); Англия — 65 845 тыс. руб. (7,13%); Франция — 33 983 тыс. руб. (3,68%);

1930 год: всего закуплено: 1 726 561 тыс. руб., из них: США — 718 093 тыс. руб. (41,59%); Германия — 571 822 тыс. руб. (33,12%); Англия — 100 215 тыс. руб. (5,8%); Франция — 39 241 тыс. руб. (2,27%);

1931 год: всего закуплено: 2 076 197 тыс. руб., из них: США — 755 648 тыс. руб. (36,4%); Германия — 825 424 тыс. руб. (39,76%); Англия — 132 328 тыс. руб. (6,37%); Франция — 21 373 тыс. руб. (1,03%);

1932 год: всего закуплено: 1 366 946 тыс. руб., из них: США — 96 024 тыс. руб. (7,02%); Германия — 772 761 тыс. руб. (56,53%); Англия — 209 824 тыс. руб. (15,35%); Франция — 9 536 тыс. руб. (0,7%);

1933 год: всего закуплено: 521 891 тыс. руб., из них: США — 24 359 тыс. руб. (4,67%); Германия — 325 467 тыс. руб. (62,36%); Англия — 49 729 тыс. руб. (9,53%); Франция — 7 117 тыс. руб. (1,36%);

1934 год: всего закуплено: 202 900 тыс. руб., из них: США — 39 217 тыс. руб. (19,33%); Германия — 62 983 тыс. руб. (31,04%); Англия — 29 024 тыс. руб. (14,3%); Франция — 6 362 тыс. руб. (3,14%);

Обратите внимание, что торговля в 1933 и 1934 резко сокращается. Вызвано это скорейшими мерами Советского правительства по урегулированию бедствия в Поволжье, на Украине и в Казахстане.
Объём советской внешней торговли за период с 1932 по 1938 год (по курсу 1 марта 1950 года)[38]:

1932 год: экспорт — 2004 млн. руб. (в т.ч в Германию: 350,2 млн. руб.)/ импорт — 2454 млн. руб. (в т.ч. из Германии: 1142,1 млн. руб.)

1933 год: экспорт — 1727 млн. руб. (в т.ч. в Германию: 298,8 млн. руб.)/ импорт — 1214 млн. руб. (в т.ч. из Германии: 515,9 млн. руб.)

1934 год: экспорт — 1458 млн. руб. (в т.ч. в Германию: 343 млн. руб.)/ импорт — 810 млн. руб. (в т.ч. из Германии: 100,2 млн. руб.)

1935 год: экспорт — 1281 млн. руб. (в т.ч. в Германию: 230,2 млн. руб.)/ импорт — 841 млн. руб. (в т.ч. из Германии: 76,6 млн. руб.)

1936 год: экспорт — 1082 млн. руб. (в т.ч. в Германию: 92,8 млн. руб.)/ импорт — 1076 млн. руб. (в т.ч из Германии: 245,4 млн. руб.)

1937 год: экспорт — 1312 млн. руб. (в т.ч. в Германию: 80,7 млн. руб.)/ импорт — 1016 млн. руб. (в т.ч. из Германии: 151,3 млн. руб.)

1938 год: экспорт — 1021 млн. руб. (в т.ч. в Германию: 64,8 млн. руб.)/ импорт — 1090 млн. руб. (в т.ч. из Германии: 50,7 млн. руб.)

Объём советско-германской торговли с 1931 по 1937 год[39]:

1931 год: экспорт в Германию — 303,1 млн. марок/ импорт из Германии — 762,7 млн. марок/ товарооборот — 1065,8 млн. марок;

1932 год: экспорт в Германию — 270,9 млн. марок/ импорт из Германии — 625,8 млн. марок/ товарооборот — 896,7 млн. марок;

1933 год: экспорт в Германию — 194,1 млн. марок/ импорт из Германии — 282,2 млн. марок/ товарооборот — 476,3 млн. марок;

1934 год: экспорт в Германию — 223 млн. марок/ импорт из Германии — 63,3 млн. марок/ товарооборот — 286,3 млн. марок;

1935 год: экспорт в Германию — 191,7 млн. марок/ импорт из Германии — 49,3 млн. марок/ товарооборот — 241 млн. марок;

1936 год: экспорт в Германию — 93,2 млн. марок/ импорт из Германии — 126,1 млн. марок/ товарооборот — 219,3 млн. марок;

1937 год: экспорт в Германию — 65,1 млн. марок/ импорт из Германии — 117,4 млн. марок/ товарооборот — 182,5 млн. марок;

Сразу бросается в глаза сокращение к концу 30-х советско-германской торговли. Вызвано это как идеологическими соображениями, так и чисто экономическими, поскольку в СССР уже была создана и развивалась промышленная база, а значит потребность во внешних закупках машин и оборудования снижалась. Однако неправильным было бы утверждение, что советско-германская торговля полностью прекратилась. Советские специалисты нередко ездили в Германию для ознакомления и приобретения наиболее передовых технологий немцев. Так например, в 1933-1934 гг. в Германии побывали конструкторы моторостроители Харьковского паровозостроительного завода, которые изучили двигатели фирмы БМВ, в сравнении с разработками «Роллс-Ройса», «Фиата» и «Испано-Сюизы». В результате была куплена лицензия на немецкий двигатель БМВ, который стоял на танках Т-28[40]. Осенью того же 1934 года И.Ф. Ткачёв, начальник Главного управления Гражданского воздушного флота, побывал в Германии, где изучил немецкую авиационную промышленность. Не обошел вниманием немецкую промышленность и Военно-морской флот СССР. В середине 30-х годов остро встала проблема производства бронеплит и бронированных корпусов для Советского крупнотоннажного морского флота. В Советском Союзе отсутствовала техника отливки и ковки огромных стальных бронелистов, как и не было мощных промышленных прессов. Для устранения отставания в этой области производства в 1936 году в Германию отправилась группа советских специалистов во главе с начальником Главного броневого управления наркомата тяжелой промышленности СССР И.Ф Тевосяном[41]. Благодаря полученному опыту СССР смог производить тяжелые и мощные бронированные корабли, начал разработку кораблей так называемого «Большого флота».

Торговое сотрудничество СССР и Германии выражалось также в частом предоставлении кредитов. Так например, в 1931 году Германия предоставила кредит в размере 300 млн. марок[42]. В марте 1935 года правительство Германии предложило Советскому Союзу новый кредит под более выгодные условия: 5% годовых вместо 6%, а также более длительный срок — 5 лет вместо 2 лет (по предыдущему кредиту)[43]. 9 апреля 1935 года было подписано «Соглашение между правительством СССР и правительством Германии о дополнительных заказах СССР в Германии и финансировании этих заказов Германией». По этому соглашению Советский Союз размещал под гарантию немецкого правительства заказы германским фирмам на 200 млн. марок. В число заказов входило: оборудование для фабрик и заводов, машины, оборудование для нефтяной и химической промышленности, изделия электропромышленности, различная аппаратура и т.д. Всего же по этому кредиту СССР приобрел товаров на общую сумму 151,2 млн. марок[44]. Поставки со стороны СССР должны были по договоренности начаться в конце 1940 года и закончиться к 1943 году.[45]. Однако СССР так и не приступил к погашению кредита, а 22 июня 1941 года любые выплаты по кредиту стали нецелесообразны. Таким образом кредит 1935 года стал безвозмездной финансово-технической помощью, этаким «подарком фюрера».


Торговля с Германией. Часть II

Взято отсюда.

««Нам нужно оружие!»

К 1939 году Советский Союз и Германия всё еще испытывали торговую взаимозависимость: СССР нуждался в передовых технологиях, Германия остро нуждалась в сырье. Поскольку западные державы все больше отстранялись от контактов с нашей страной, Советский Союз вынужден был сокращать технологическое отставание от передовых стран за счет сближения с Германией. 15 августа 1939 года посол Германии в СССР Ф. Шуленбург передал наркому иностранных дел СССР В.М. Молотову предложение правительства Третьего рейха о нормализации отношений между государствами. 17 августа, на новой встрече представителей двух государств, Молотов подчеркнул, что первостепенным шагом к улучшению политических взаимоотношений станет решение торгово-экономических вопросов[46]:

«Правительство СССР считает, что первым шагом к такому улучшению отношений между СССР и Германией могло бы быть заключение торгово-кредитного соглашения»[47].

[Читать далее]

19 августа советско-германское кредитное соглашение было подписано. Номер газеты «Правда» от 21 августа:

«19 августа после длительных переговоров, закончившихся успешно, в Берлине подписано Торгово-Кредитное Соглашение между СССР и Германией. Соглашение подписано со стороны СССР — зам. торгпреда Е. Бабариным, а с германской стороны — г. Шнур-ре. Торгово-Кредитное Соглашение предусматривает предоставление Германией СССР кредита в размере 200 миллионов германских марок, сроком на семь лет из 5 % для закупки германских товаров в течение двух лет со дня подписания Соглашения. Соглашение предусматривает также поставку товаров со стороны СССР Германии в тот же срок, т. е. в течение двух лет на сумму в 180 миллионов германских марок».

К советско-германскому соглашению прилагались три товарных списка:
Список «А» отдельных видов оборудования, подлежащих поставке германскими фирмами в счёт кредита.
Список «Б» отдельных видов оборудования и других товаров, подлежащих поставке германскими фирмами за счёт свободных сумм текущей выручки от советского экспорта
Список «В» товаров, подлежащих поставке из СССР[48].

Советский Союз в торговых делах всегда был прямолинеен и закупал только самое необходимое и высококачественное. 21 января 1939 года было принято постановление Политбюро ЦК ВКП(Б) №67/182, в котором предписывалось:

«Обязать тт. Микояна, Кагановича Л,М., Кагановича М.М., Тевосяна, Сергеева, Ванникова и Львова к 24 января 1939 года представить список абсолютно необходимых станков и других видов оборудования, могущих быть заказанными по германскому кредиту»[49].

С 26 октября 1939 года в Германии находилась советская делегация(48 человек, во главе с наркомом судостроения И.Ф, Тевосяном) среди членов которой были ведущие специалисты по танкостроению, артиллерии, станкостроению, военно-морскому производству[50]. Особое внимание они уделяли новейшей немецкое военной технике, также они посетили многие немецкие заводы, верфи, полигоны. В беседе с Риттером Тевосян говорил[51]:

«Нашей задачей является получить от Германии новейшие усовершенствованные образцы вооружения и оборудования. Старые типы вооружений покупать не будем. Германское правительство должно показать нам всё новое, что есть в области вооружения, и пока мы не убедимся в этом, мы не сможем дать согласие на эти поставки».

Советская делегация даже проявляла твёрдость и настойчивость, когда ей не показывали самые последние образцы военной техники. Некоторые вопросы решались даже лично с Гитлером и Герингом[52].






Что же приобрел Советский Союз? В первую очередь сотни самых современных станков. Так, фирма «А.Вирт» предоставила многорезцовые станки GSAB-2, предназначенные для черновой обработки снарядов диаметром от 100 до 250 мм, четырехшпиндельные специальные полуавтоматы VGDm-1 и VGDm-2 для обработки мин диаметром 50-80 мм и 80-100 мм. У фирмы «Хассе Верде» заказали трехшпиндельные резьбофрезерные станки ADFG-III, станки RD III MS[53]. Также приобрели станки для расточки орудийных стволов, обработки крупных гребных валов для военно-морских судов[54]. По данным немецкой статистики, в 1940-1941 годах Германия поставила в СССР 6430 металлорежущих станков на сумму 85,4 млн. марок[55]. Только за 1939 год весь импорт металлорежущих станков в СССР составил 3458 штук[56]. Закупки немецких станков были столь масштабными, что сама немецкая промышленность начала испытывать дефицит станков[57]:

«Вследствие недостаточной подготовки к мобилизации экономики положение со станками продолжало оставаться неудовлетворительным. Некоторые станки удалось получить через нейтральные страны (Швейцария, Швеция). В военной промышленности пришлось создать органы, на которые возлагалась задача распределения машинного оборудования».

Немецкое оборудование серьезным образом усиливало советский военный потенциал. Германские разработки применялись в производстве вооружений, боеприпасов, в машиностроении, электронике, химической промышленности и металлургии[58]. Нарком авиационной промышленности А.И. Шахурин вспоминал[59]:

«В 1939 году были выделены фонды в валюте для закупки импортного оборудования и дано соответствующее задание Наркомату внешней торговли разместить заказы за границей по нашей спецификации с минимальными сроками доставки. Работники Внешторга оперативно закупили многое из того, что мы просили. И это помогло оснастить уникальным оборудованием, которое в нашей стране не производилось, наши заводы, что сыграло свою роль в налаживании массового производства новой авиационной техники».

Если же говорить о приобретенном вооружении, то сухопутные войска получили две тяжелые 211-мм полевые гаубицы, батарею 105-мм зенитных пушек производства завода Шкода с боекомплектом, средний танк Т-III, 3 полугусеничных тягача, приборы управления огнём, дальномеры, прожекторы[60].
ВВС получили 5 самолётов «Хейнкель-100», 2 «Юнкерс-88», 2 «Дорнье-215», 6 «Брюккер В.И.-131» и «Брюккер В.И,-133», 3 «Фокке-вульф-58», 2 «Юнкерс-207», 5 «Мессершмитт-109», 5 «Мессершмитт-110». Все типы самолетов поставлялись с запасными моторами и запчастями[61]. В июне 1940 года фирмой Maschinenfabrik Augsburg-Nurnberg A.G. советскому внешнеторговому объединению «Машиноимпорт» были проданы семь дизельных двигателей G7Z52/70 мощностью 2200 л.с. и тринадцать типа G7V74 мощностью 1500 л.с., изучение которых способствовало развитию отечественного двигателестроения[62]. Полученная техника тщательно исследовалась, немецкие технические решения успешно внедрялись в советскую авиапромышленность. Например, советские самолеты СБ, Ар-2 и Пе-2 использовали автомат ввода и вывода самолета из пикирования скопированный с автомата установленного на Ju-88. Вместо жёстких сварных баков стали использовать фибровые протектированные, которые устанавливались на СБ, Су-2, Як-1. Был создан двухступенчатый центробежный нагнетатель, по типу немецкого на двигателе DB 601A, что обеспечило бо́льшую высотность полета[63]. Количество мелких конструкторских решений перенятых у немцев исчисляется сотнями, начиная с с быстросъемных коков винта до новейших бомбовых прицелов и визиров. В 1940 году на самолеты МиГ-1, СК-3 и ТИС планировали установить систему аварийного выпуска закрылков и автоматический предкрылок по типу механизации крыла немецких He-100 и Bf-109. Кроме того, военные стали требовать обязательно устанавливать на борту радиосвязное оборудование[64].
Что касается Военно-морского флота, то самым крупным приобретением стал недостроенный тяжелый крейсер «Лютцов», который переименовали в «Петропавловск». Крейсер достроили в Ленинграде, на Балтийском судостроительном заводе. «Петропавловск» прошел всю Великую Отечественную войну, был серьезно поврежден в 1941[65], но вернулся в строй в 1942 году[66], в 1944 году принимал активнейшее участие в снятии блокады Ленинграда вместе с другими кораблями Балтийского флота[67].

Остальными приобретениями ВМФ стали: моторы для катеров, гребные валы, рулевые машины, насосы, аккумуляторные батареи для подводных лодок, компрессоры высокого давления, орудийные корабельные башни, 88-миллиметровая пушка для подводных лодок, чертежи 406- и 280-миллиметровых трёхорудийных корабельных башен, дальномеры, перископы, бомбомёты с боекомплектом, гидроакустическая аппаратура, магнитные компасы и т.д.[68]
Среди прочего Советский Союз приобрел: 20 прессов для отжима гильз, оборудование для лабораторий, костюмы химзащиты, в том числе огнестойкие, противогазы, фильтропоглотительные установки, автомашину для дегазации, кислородно-регенеративную установку для газоубежищ, портативные приборы для определения отравляющих веществ, антикоррозийные и огнеупорные краски, корабельные краски против обрастания, образцы синтетического каучука и т.д.[69]
Можно заключить, что благодаря этим закупкам СССР смог освоить массовое высокотехнологичное производство новейших образцов вооружения в необходимых количествах. Экономический и военный потенциал Советского Союза за 1939-1941 вырос гораздо больше чем у Германии, произошло техническое перевооружение армии и флота, что позволило достаточно эффективно вступить в войну.

ФФинансовые вопросы

Что же получила Германия от торговых соглашений с Советским Союзом? За период с декабря 1939 года по конец мая 1941 года Германия импортировала из СССР[70]: нефтепродуктов — 1000 тыс. тонн (95 млн. марок), зерно — 1600 тыс. тонн (250 млн. марок), хлопок — 111 тыс. тонн (100 млн. марок), жмыхи — 36 тыс. тонн (6,4 млн. марок), лён — 10 тыс. тонн (14,7 млн. марок), лесоматериалы — н/д (41,3 млн. марок), никель — 1,8 тыс. тонн (8,1 млн. марок), марганцевая руда — 185 тыс. тонн (7,6 млн. марок), хромовая руда — 23 тыс. тонн (2 млн. марок), фосфаты — 214 тыс. тонн (6 млн. марок). Также было продано металлов(железного лома) на сумму 17,5 млн. марок и пушнинына 10 млн. марок.

А каковы цифры ежемесячных поставок? Приведу данные немецкой статистики о ежемесячных взаимных поставках, в млн. марок (слева из СССР, справа из Германии)[71]:
1940 год
Февраль:
10,2 — 1,8
Март: 9,7 — 2,6
Апрель: 16,7 — 8,1
Май: 21,7 — 15,1
Июнь: 34,2 — 30,8
Июль: 26,6 — 25,8
Август: 67,6 — 24,8
Сентябрь: 94,6 — 19,9
Октябрь: 42,4 — 14,2
Ноябрь: 28 — 25
Декабрь: 27 — 37,7

1941 год
Январь:
24 — 29,6
Февраль: 19,9 — 19,4
Март: 31,4 — 20,6
Апрель: 22,2 — 51
Май: 50,6 — 47,1
Июнь: 58 — 53,2

Как мы видим, взаимные поставки по обязательствам продолжались вплоть до самого начала войны. Нередко случалось так, что на границе происходили сбои с поставками и настоящие заторы, которые ликвидировались усилиями работников наркоматов[72]. Если поставки из Третьего рейха выбивались из графика и отставали от советских более чем на 20%, то согласно соглашению от 11 февраля 1940 года СССР имел право временно приостановить свои поставки[73]. Так, например, 1 апреля СССР приостановил поставки нефтепродуктов и зерна из-за задержек немцев по отправке в СССР закупленных ранее самолетов «Дорнье-215», «Хейнкель-100» и «Мессершмитт-110» (в общем количестве 28 штук). Из-за задержек поставок немецких товаров для выравнивания баланса товарообмена Германия передала Советскому Союзу золота на сумму 44,7 млн. марок[74].

Если подвести итог торгово-экономических отношений между СССР и Германией, то получаем:
Со стороны СССР, млн. марок:
Поставлено товаров с августа 1939 по июнь 1941 года — 671,9
Транспортные услуги по транзиту немецких товаров — 84,5
Итого: 756,4

Со стороны Германии, млн. марок:
Поставлено товаров с августа 1939 по июнь 1941 года — 462,3
Уплачено золота для выравнивания платёжного баланса — 44,7
Непогашенный советский долг по кредиту 1935 года — 151,2
Итого: 658.2

Таким образом можем заключить, что баланс оказался не в нашу пользу, однако убыток был невелик — менее 13% (12,985% если быть точным, или 98,2 млн. марок).
В 1940 году поставки из СССР составляли всего 7,6% общей суммы германского импорта, а поставки в СССР — 4,5% германского экспорта, в следующем году — соответственно 6,3% и 6,6%[75]. В импорте Германии СССР занимал 5-е место после Италии, Дании, Румынии и Голландии[76].
Полученные от СССР ресурсы Германия быстро израсходовала, а вот накопленные Советским Союзом в ходе торговых соглашений и «дипломатических игр» стратегические ресурсы сыграли ключевую роль в победе СССР в Великой Отечественной войне. Германия рассчитывала, что СССР просто не успеет воспользоваться новейшими технологиями и оборудованием.
А.И. Шахурин:

«Зная, что война с нами не за горами, фашистское руководство, видимо, считало, что мы уже ничего не успеем сделать. Во всяком случае, подобное тому, что у них есть»[77].

Такого же мнения придерживается и фон Штрандман:

«Для Гитлера, по-видимому, решающими оказались стратегические доводы. В противном случае трудно было бы понять, почему он согласился снабжать Советский Союз самой последней военной технологией, зная, что он собирается напасть на него в не очень далёком будущем. И, кроме того, у него было довольно низкое мнение о технических возможностях России — предубеждение, подтверждённое во время войны с Финляндией. Он также допускал, что произойдёт некоторая задержка, прежде чем Россия сможет использовать технологическое преимущество от получения немецкого оружия»[78].

В конечном итоге торговое сотрудничество оказалось более выгодным тому, кто победил в войне — Советскому Союзу.

ВВыводы:

— В 30-е годы с Германией торговало большинство наиболее развитых государств мира
— Главными виновниками в финансировании и развитии военной машины Гитлеровской Германии стали западные демократии — США и Англия
— Американские и английские промышленники и банкиры всячески поощряли милитаризацию Германии и даже имели частную собственность на территории Третьего рейха
— Снабжение Германии сырьем со стороны «союзников» не прекращалось даже во время войны
— СССР был вынужден пойти на сближение с Германией для скорейшего устранения технологического отставания от ведущих держав
— СССР заполучил огромное количество военных технологий, промышленное оборудование и аппаратуру, которые позволили нарастить достаточные производственные мощности для создания самых современных образцов вооружений
— Благодаря торгово-экономическому сотрудничеству существенно вырос военный и промышленный потенциал Советского Союза, а у Германии срывались планы по подготовке к войне

ППримечания

[1] Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933-1945 гг. М., 2003. С.166.
[2] Размеров В.В Экономическая подготовка гитлеровской агрессии (1933-1935 гг.). М., 1958. С.125.
[3] Там же. С.126
[4] Там же.
[5] Там же. С.57.
[6] Там же. С.83.
[7] Там же. С.96.
[8] Там же. С.62.
[9] Там же. С.73.
[10] Там же. С.75.
[11] Там же. С.131-132.
[12] Пикер Г. Застольные разговоры Гитлера. – Смоленск, 1993. С. 118.
[13] Поздеева Л.В. Англия и ремилитаризация Германии. 1933-1936. М., 1956. С.33.
[14] Челышев И.А. СССР-Франция: трудные годы 1938-1941. М., 1999. С.251-252.
[15] Размеров В.В Экономическая подготовка гитлеровской агрессии… С.98; Внешняя торговля СССР за 1918-1940 гг. Статистический обзор. М., 1960. С.528, 529.
[16] Размеров В.В Экономическая подготовка гитлеровской агрессии… С.115.
[17] Там же. С.124.
[18] Поздеева Л.В. Англия и ремилитаризация Германии… С.35.
[19] Челышев И.А. СССР-Франция: трудные годы… С.251.
[20] Хайэм Ч. Торговля с врагом/ Пер. с англ. М.,1985. С.66.
[21] Там же. С.92.
[22] Предисловие Матвеева В.А // Хайэм Ч. Торговля с врагом. М., 1985. С.9-10.
[23] Хайэм Ч. Торговля с врагом... С.16-17.
[24] Размеров В.В Экономическая подготовка гитлеровской агрессии… С.128.
[25] Там же.
[26] Эмери Л. Моя политическая жизнь / Сокр. пер. с англ. А.О. Зелениной, С.О. Митиной и А.Л. Миранского. М., 1960. С.587.
[27] Р. Эпперсон, «Невидимая рука»... , с. 294
[28] Поздеева Л.В. Англия и ремилитаризация Германии... С.185.
[29] Размеров В.В Экономическая подготовка гитлеровской агрессии… С.147
[30] Там же. С.146.
[31] Там же. С.145-146.
[32] Там же. С.146.
[33] Поздеева Л.В. Англия и ремилитаризация Германии…С.63-64.
[34] Там же. С.63.
[35] Размеров В.В Экономическая подготовка гитлеровской агрессии… С.150.
[36] Хайэм Ч. Торговля с врагом…С.15-16.
[37] Внешняя торговля СССР за 1918-1940 гг. Статистический обзор. М., 1960. С.301, 334, 471, 544, 551, 782, 786, 1068, 1073.
[38] Там же. С.21, 23.
[39] Горлов С.А. Совершенно секретно: Альянс Москва - Берлин, 1920-1933 гг. М., 2001. С.314.
[40] Журавель В.А. Технологии Третьего рейха на службе СССР// История науки и техники. 2002. №5. С.54.
[41] Там же. С.55.
[42] Шевяков А.А. Советско-германские экономические связи в предвоенные годы// Социологические исследования. 1995. №5. С.14.
[43] Там же.
[44] Журавель В.А. Технологии Третьего рейха на службе СССР// История науки и техники. 2002. №5. С.55-56.
[45] Шевяков А.А. Советско-германские экономические связи в предвоенные годы// Социологические исследования. 1995. №5. С.14.
[46] Год кризиса, 1938-1939: Документы и материалы. Т.2. С.270.
[47] Там же. С.273.
[48] Там же. С.284-288.
[49] Журавель В.А. Технологии Третьего рейха на службе СССР// История науки и техники. 2002. №5. С.57.
[50] Шевяков А.А. Советско-германские экономические связи в предвоенные годы// Социологические исследования. 1995. №5. С.17.
[51] Сиполс В.Я. Тайны дипломатические: канун Великой Отечественной войны 1939-1941. М., 1997. С.327.
[52] Там же.
[53] Журавель В.А. Технологии Третьего рейха на службе СССР// История науки и техники. 2002. №5. С.60-61.
[54] Шевяков А.А. Советско-германские экономические связи в предвоенные годы// Социологические исследования. 1995. №5. С.15.
[55] Сиполс В.Я. Тайны дипломатические… С.339.
[56] Внешняя торговля СССР за 1918-1940 гг. … С.368.
[57] Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии… С.250.
[58] Журавель В.А. Технологии Третьего рейха на службе СССР// История науки и техники. 2002. №5. С.60.
[59] Шахурин А.И. Крылья победы. Изд. 3-е, доп. М., 1990. С.108.
[60] Год кризиса, 1938-1939: Документы и материалы. Т.2. С.404.
[61] Шевяков А.А. Советско-германские экономические связи в предвоенные годы// Социологические исследования. 1995. №5. С.20.
[62] Журавель В.А. Технологии Третьего рейха на службе СССР// История науки и техники. 2002. №5. С.58-59.
[63] Соболев Д.А., Хазанов Д.Б. Немецкий след в истории отечественной авиации. М., 2000. С.158.
[64] Там же. С.159.
[65] Монахов А.С. Непотопляемые крейсера// На стапелях под огнём. Сборник воспоминаний и очерков. Л., 1986. С.152.
[66] Там же. С.152-153.
[67] Там же. С.155.
[68] Сиполс В.Я. Тайны дипломатические... С.338.
[69] Там же.
[70] Там же. С.337.
[71] Там же. С.331, 333, 337.
[72] Шахурин А.И. Крылья победы… С.108.
[73] Сиполс В.Я. Тайны дипломатические... С.330.
[74] Шевяков А.А. Советско-германские экономические связи в предвоенные годы// Социологические исследования. 1995. №5. С.23.
[75] Фон Штрандман Х.П. Обостряющиеся парадоксы: Гитлер, Сталин и германо-советские экономические связи. 1939-1941// Война и политика, 1939-1941. М., 1999. С.367.
[76] Сиполс В.Я. Тайны дипломатические... С.334.
[77] Шахурин А.И. Крылья победы…С.99-100.
[78] Фон Штрандман Х.П. Обостряющиеся парадоксы: Гитлер, Сталин и германо-советские экономические связи. 1939-1941// Война и политика, 1939-1941. М., 1999. С.374.


Паустовский о Николае II

Из книги Константина Георгиевича Паустовского "Повесть о жизни".

Позванивая шпорами, в зал вошел невысокий полковник со светлыми выпуклыми глазами. Он остановился и в упор посмотрел на нас. Медными голосами закричали трубы.
Мы стояли не шевелясь.
За полковником, Николаем Вторым, вошла, кивая, очень высокая сухая женщина в белом твердом платье, с огромной шляпой на голове. Страусовые перья свешивались с полей ее шляпы. Лицо у женщины было мертвое, красивое и злое. Это была императрица.
За ней гуськом шли девочки с тонкими бескровными губами, в таких же твердых белых платьях. Платья эти не гнулись. На них не было складок, и казалось, что они сделаны из белого ребристого картона.
За девочками – великими княжнами – плыла, громко шурша, огромная дама в лиловом платье с черными кружевами, в золотом пенсне и с атласной лентой через плечо – воспитательница царских дочерей фрейлина Нарышкина. Жир переливался под ее тугими шелками. Она обмахивала лицо кружевным платочком.
Так началось торжественное празднование столетия нашей гимназии.
Свита закрыла от нас Николая. Мы видели только тщательно примазанные волоски на лысинах министров, алые ленты, белые брюки с золотыми лампасами и штрипками на лакированных ботинках, генеральские шаровары, серебряные кушаки.
Лучший декламатор в гимназии Недельский читал царю приветственные стихи собственного сочинения. Он старательно выкрикивал их деревянным голосом. Он обращался к царю на «ты».
Потом свита раздалась, и по широкому проходу к вам подошел Николай. Он остановился, потрогал русые усы и медленно сказал, картавя:
– Здравствуйте, господа.
Мы ответили, как нас учили, – негромко, но внятно:
– Здравия желаем, ваше императорское величество!
Я стоял последним в шеренге, потому что был самым маленьким по росту в нашем выпускном классе. Николай подошел ко мне. Легкий тик передергивал его щеку. Он рассеянно посмотрел на меня, привычно улыбнулся одними глазами и спросил:
– Как ваша фамилия?
Я ответил.
– Вы малоросс? – спросил Николай.
– Да, ваше величество, – ответил я.
Николай скользнул по мне скучным взглядом и подошел к моему соседу.
Он обошел всех. У каждого он спрашивал, как его фамилия.
После обхода начался концерт. Николай слушал его стоя. Поэтому стояли и все.
Всем видом своим Николай как бы хотел показать, что ему наскучили торжества и что он не намерен тратить время на гимназические концерты. Он нетерпеливо теребил снятую с правой руки перчатку.
Концерт скомкали. Гимназический оркестр сыграл «Славься, славься, наш русский царь». Потом кто-то прочел «Вещего Олега», а хор спел кантату.
Все это было скучно и никому не нужно. Министры позевывали за спиной царя. На участников концерта было тяжело смотреть – они дрожали от страха.
Пока шел концерт, мы разглядывали министров и свиту.
Нас удивила разница между царем и его свитой.
Николай, невзрачный и даже мешковатый, терялся среди обширной свиты. Она звенела и сверкала золотом и серебром, лакированными голенищами сапог, лядунками, аксельбантами, темляками, саблями, шпорами, ментиками и орденами. Даже когда свитские стояли неподвижно, и то мы слышали неясный звон, исходивший от их регалий и оружия.
Николай прослушал концерт с каменным лицом и уехал из гимназии. Он был недоволен. У него были свои счеты с нашей гимназией.
...
По случаю приезда Николая в Киеве были разнообразные торжества. Открыли бронзовый уродливый памятник Александру Второму и еще более уродливые гипсовые памятники святым Ольге, Кириллу и Мефодию. В окрестностях Киева происходили маневры. Что-то освящали, открывали, устраивали крестные ходы и торжественные спектакли. Целую неделю на домах висели флаги.
На скаковом поле после рысистых бегов происходил парад всех киевских гимназий.
Мы прошли, подымая пыль, перед Николаем. Закатное солнце било в глаза. Мы ничего не видели и «завалили равнение». Из последних сил рявкали военные оркестры.
Наша гимназия отличилась тем, что забыла ответить на приветствие царя.