June 15th, 2020

Эсер Воронович о войне крестьян со Шкуро

Из «Зелёной книги» командира «зелёных» эсера Николая Владимировича Вороновича.

НАШЕСТВИЕ АРМИИ ГЕНЕРАЛА ШКУРО
После взятия Туапсе к Крестьянскому Ополчению присоединился целиком Черноморский пехотный полк Добровольческой Армии. Солдаты этого полка учинили в Туапсе ряд беспорядков и расстреляли в городе несколько офицеров. С большим трудом удалось Главному Штабу прекратить эти бесчинства и отправить безобразников на фронт.
Ввиду того, что в рядах Ополчения насчитывалось уже свыше 5000 штыков и ввиду того, что крестьянские роты очень устали от беспрерывных боев и походов, Главный Штаб согласится на просьбу крестьян и распустил их на полевые работы. На фронте остались одни бывшие Добровольцы.
Эти пленные солдаты Добровольческой Армии оказались в большинстве красноармейцами, взятыми в плен Деникиным еще в 1918 году, при разгроме Северо-Кавказской красной армии.
Приехавшие с севера большевистские агенты воспользовались этим обстоятельством, распропагандировали бывших красноармейцев и созвали тайный «фронтовой съезд».
Фронтовой съезд избрал «реввоенсовет» и объявил, что отныне фронт не подчиняется больше Главному Штабу Крестьянского Ополчения и переименовывается в «Черноморскую красную советскую армию»…
[Читать далее]
Так как прежние лозунги Крестьянского Ополчения были заменены новыми большевистскими, то отношение Кубанских казаков к армии сразу резко изменилось: с крестьянами казаки не дрались, с новой же красной apмией они тотчас вступили в ожесточенные бои.
В это время части Кубанской и Донской армии, под общим командованием генерала Шкуро, преследуемые Советскими войсками, отступали из Екатеринодара, стараясь пробиться к берегам Черного моря...
Не зная ничего о разрыве Верховного Круга Дона, Кубани и Терека с Деникиным и предполагая, что на Черноморье снова идут Добровольцы, Главный Штаб Крестьянского Ополчения, узнав об оставлении Реввоенсоветом Туапсе, объявил общую мобилизацию ополчения Сочинского округа.
Услыхав о новом наступлении «кадетов», крестьяне, как один человек, откликнулись на этот призыв и через 24 часа все ополчение было собрано. Но тут выяснилось, что Реввоенсовет захватил всю артиллерию и большую часть пулеметов и винтовок. За неимением оружия пришлось распустить по домам три четверти явившихся ополченцев и в распоряжении Главного Штаба оказалось всего 500 штыков, 8 пулеметов и одна горная пушка.
С этими ничтожными силами сочинские крестьяне заняли позицию на реке Чухук (на границе Сочинского округа) и встретили корпус генерала Шифнер-Маркевича упорным сопротивлением.
Пока Крестьянское Ополчение вело бои на подступах к Сочи, в Гагры приехал Председатель Кубанского Правительства и по телеграфу предложил Комитету Освобождения начать мирные переговоры, сообщив о разрыве Кубани с Деникиным. Представители Комитета выехали в Гагры и заключили проект соглашения с казаками, который должен был быть санкционирован крестьянским съездом. При этом было условлено, что до решения съезда военные действия прекращаются и казаки без согласия крестьян не вступят в Сочи.
Тотчас после подписания перемирия Главный Штаб снял фронт, будучи уверен, что Кубанское Правительство сдержит свое слово. Однако генерал Шкуро, стоявший во главе казачьей армии, через 12 часов нарушил перемирие и без боя занял Сочи.
Комитет Освобождения и Главный Штаб, констатировав факт нарушения казаками перемирия, переехали в горы, где было созвано экстренное совещание районных штабов. Совещание это вынесло протест против действий генерала Шкуро и постановило начать немедленно партизанские выступления против вторгнувшихся в округ казаков.
Таким образом в Сочинский округ хлынула лавина в 75.000 казаков с громадными обозами. Вся эта масса людей и лошадей прибыла без всякого продовольствия и фуража и как саранча набросилась на крестьянские запасы. Через неделю все скудные запасы в округе были истреблены и начался форменный голод. Голодные казаки принялись грабить население, а офицеры начали бесчинствовать. Видя повторение событий 1919 года, крестьяне ушли в горы, где отчаянно сопротивлялись грабителям.
К этому времени вспыхнули эпидемии голодного тифа и азиатской холеры.
Не довольствуясь таким разорением Сочинского округа, генерал Шкуро приказал реквизировать весь табак, находившиеся на складах в Сочи и Адлере, объявил его «военной добычей» и продал за бесценок разным спекулянтам. Таким образом единственный валютный товар, на который армия и население могли выменять продовольствие, оказался вывезенным из округа, и ограбленное население было обречено на голодную смерть.
Между тем Советская армия заняла Туапсе и повела наступление на Сочи.
Деморализованная грабежами, голодная, брошенная на произвол судьбы своими вождями, армия Шкуро не могла и не хотела сражаться и через несколько дней частью сдалась большевикам, частью была вывезена англичанами в Крым.

ОФИЦИАЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ ПОЛЕВОГО ШТАБА ЧЕРНОМОРСКОГО КРЕСТЬЯНСКОГО ОПОЛЧЕНИЯ
Ввиду циркулирующих слухов о состоявшемся соглашении между штабами Черноморского Ополчения и войсками Дона, Кубани и Терека, вторгнувшимися вопреки воле крестьян в пределы Сочинского округа, полевой штаб доводит до всеобщего сведения, что никаких договоров и соглашении между Крестьянским Ополчением и насильниками из лагеря Шкуро, за исключением временного перемирия, предательски генералом Шкуро нарушенного, не заключалось. Нарушение генералом Шкуро перемирия, использованного им для занятия Сочи, лишний раз доказало, как может крестьянство верить словам добровольческих генералов.
Сорокатысячное крестьянское население Сочинского округа, разоренное реквизициями Добрармии и испытывающее крайнюю нужду в продовольствии, сознает, что находится накануне голодной смерти, ибо 70 тысяч казаков в недельный срок уничтожат последние запасы продовольствия. Предпочитая голодной смерти почетную смерть в бою, Крестьянское Ополчение начинает упорную партизанскую войну и верит, что несмотря на подавляющее превосходство сил противника и на отсутствие у крестьянства оружия и припасов, сумеет дать отчаянный отпор вторгнувшемся в Сочинский округ волкам Шкуро и другим приспешникам развалившейся Добрармии.

ПРОТЕСТ ВСЕМ НАРОДАМ И НАРОДНЫМ ПРАВИТЕЛЬСТВАМ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОБРАЗОВАНИЙ, СОЗДАВШИХСЯ НА ТЕРРИТОРИИ РОССИИ, И ДЕМОКРАТИЯМ ЕВРОПЫ
Две недели тому назад войска Кубани, Дона и Терека без всякого предупреждения, помимо воли и согласия крестьянского населения Сочинского Округа, вторглись в наши пределы и сразу заговорили языком пулеметов и пушек. Стоявшая под Туапсе Черноморская рабоче-крестьянская армия отошла на Север и предоставила сочинское крестьянство собственным своим силам. Отобранные у добровольцев пушки и пулеметы мы отдали на фронт Черноморской армии, а сами остались почти без оружия. Наскоро сформированный небольшой крестьянский отряд в течение нескольких дней старался сдержать натиск стихийно наступившей лавины казаков генерала Шкуро на границе Сочинского Округа, но принужден был отойти. Прибывшие в Гагры представители Кубанского правительства и Верховного Круга заявили нашим представителям, что казаки готовы пойти на какие угодно уступки, готовы не вмешиваться в местное самоуправление, но требуют, чтобы Сочинские крестьяне свободно впустили их на свою территорию. Прежде чем вести какие бы то ни было переговоры, наши представители потребовали немедленного приостановления дальнейшего вторжения корпуса Шкуры в пределы Сочинского Округа.
Председатель Кубанского правительства Иванис и Товарищ Председателя Верховного Круга Мамонов согласились на это, прося во время перемирия созвать Крестьянский съезд, но генерал Шкуро, который, как оказалось впоследствии, действует совершенно самостоятельно, признавая не Кубанское правительство, а исключительно генерала Деникина, согласившись на трехдневное перемирие, нарушил его на следующий же день и, воспользовавшись тем, что крестьяне готовились к съезду, занял без боя Сочи. Нисколько не скрывая своих намерений, генерал Шкуро заявил нашим представителям, что он во что бы то ни стало займет не только Сочинский, но также Гагринский и Сухумский округа, а поэтому, гарантируя населеннию жизнь и имущество, никаких других гарантий не дает.
Наученное горьким опытом прошлого, сочинское крестьянство хорошо понимает, что значат гарантии Добровольческих генералов, а потому решило не поддаваться никаким заверениям этих генералов и уйти в горы, где и защищаться от насильников, предводительствуемых Шкуро, Шифнер-Маркевичем и другими сотрудниками Деникина.
Жаждавшие прекращения братоубийственной войны сочинские крестьяне полагали, что с изгнанием Деникинцев для сочинского округа настал конец гражданской войны. Но оставшиеся без территории Добровольческие генералы решили использовать казачество для продолжены этой войны, перенеся ее из пределов Кубани на Черноморское побережье. Выдвинутые Верховным Кругом лозунги справедливости и демократичности оказались пустыми словами и казаки силой оружия, проливая крестьянскую кровь, хотят покорить Черноморскую губернию.
Бросая на произвол судьбы свои семьи, оставляя незасеянными поля, будучи бессильными задержать хлынувшую в округ лавину в 70.000 казаков, сочинское крестьянство заявляет всему цивилизованному миру свой протест против настоящего нашествия, которое грозит всем нам голодною смертью и полным физическим истреблением.
По поручению делегатов от крестьян Сочинского округа ПРЕЗИДИУМ КОМИТЕТА ОСВОБОЖДЕНИЯ ЧЕРНОМОРЬЯ.
Селение Ахштырь, 5 апреля 1920 г.

Приказ № 28 ПО СОЧИНСКОМУ ГАРНИЗОНУ 7 апреля (по ст. ст.) 1920 г.
…имеют место печальные факты позорного поведения некоторых офицеров, в пьяном виде разъезжающих по городу. 4 апреля компания донцов с офицерами распивала из бутылок вино, касаясь в фаэтонах...

ПЕРЕДОВАЯ СТАТЬЯ ВЕСТНИКА КУБАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА
Сочи, 7 апреля (по ст. ст.) 1920 года
Большая часть казачьих полков во время Мартовского похода лишилась своих обозов и с ними своих запасов. В силу сказанного войска были поставлены в печальную, но неизбежную необходимость спасать свои конские составы, а частью и людей за счет скудных запасов местного населения. При этом отдельными воинскими чинами производились и производятся насилия, пятнающие честь казачества. Эти позорные преступления встречают самое резкое осуждение со стороны Правительства и печати. Что же касается до обострения голода, вызванного приходом нашей армии, то население должно временно примириться с ним, как явлением неотвратимым, в котором нельзя обвинять казачество...
Примечание составителя: Настоящая статья помещена в Кубанском официозе для оправдания насильственной реквизиции у крестьян последних остатков продовольствия и подтверждает грабежи и насилия казаков генерала Шкуро.

«СУХОПУТНО-МОРСКИЕ ПИРАТЫ»
При существующей огромной нужде в продовольствии весь город настойчиво всматривается в морскую даль и с нетерпением встречает каждое прибывающее в Сочи судно.
В самом деле, было бы достаточно одного транспорта с хлебом для того, чтобы и для армии и для населения призрак голода надолго исчез. И армия и город поэтому радостно наблюдали 6 апреля ряд судов, приближавшихся к Сочи с юга. Среди них был океанский шведский пароход «БЕГМА». Если бы пришедшими судами был доставлен хотя бы половинный груз муки, тем самым были бы устранены даже разговоры о голоде.
Однако произошло то, чего никто не ожидал. Суда оказались пустыми и пришли не для того, чтобы помочь армии и населению, а для того, чтобы вывезти из Сочи последние запасы табаку и саломаса.
Находятся люди, которые смеют строить свое преступное обогащение на страданиях армии...
Сочинская газета «НОВЫЙ ДЕНЬ» (К. Д направления) от 7 апреля по старому стилю 1920 г.
Примечание составителя: Настоящая статья свидетельствует о вывозе из Сочи табаков Комитета Освобождения, причем эти табаки, как это видно со слов газеты, вывезены не в обмен на продовольствие, а за наличные деньги. Так оно и было на самом деле.

ВЫДЕРЖКИ ИЗ ГАЗЕТЫ ЧЕРНОМОРСКОГО КРЕСТЬЯНСКОГО ОПОЛЧЕНИЯ
«Кубанское Правительство никаких завоевательных целей по отношению к Черноморской губернии не преследует и ведет борьбу... только за свободу Кубани». Так говорится в обращении этого Правительства к населению Сочинского округа. Что же делает на самом деле Кубанское Правительство у нас в округе?
Оно ведет борьбу с сочинскими крестьянами за... свободу Кубани. Оно молча смотрит, как разоряются хозяйства наших крестьян, как казачьи лошади выпускаются на подножный корм на озимую пшеницу и как эти голодные лошади объедают кору и уничтожают фруктовые деревья поселян. Оно лицемерно заявляет нашим представителям о том, что жаждет заключить союз с нашими крестьянами, что оно желает, чтобы скорee собрался крестьянский съезд для установления мирных взаимоотношений и в тоже время молча смотрит на то, как Шкуро для того, чтобы не допустить крестьянского съезда, нарушает заключенное перемирие и торопится занять Сочи. Кубанское правительство заявляет, что оно гарантирует    жизнь и имущество каждому гражданину и также молча созерцает,     как офицеры Шкуры организуют ловлю передовых крестьянских работников, именуемых ими «главарями», и как уничтожается имущество крестьян. Есть ли хоть капля правды в заверениях Кубанского Правительства и тex Деникинских генералов, которые командуют Казачьими войсками? Как можно верить тому, что Рада порвала с Деникиным, если она вручает свою армию верным слугам Деникина? И когда посмотришь на все то, что творится в нашем несчастном округе, то приходишь к убеждению, что между словами и делами Кубанского Правительства нет ничего общего! И       правы те, которые говорят, что секрет нашествия казаков в Сочинский округ очень и очень простой, а именно: лишившись своей собственной территории и бежавши из Кубани, Кубанское Правительство решило силой оружия завоевать Черноморье, чтобы не остаться Правительством без территории. 
Газета Черноморского Ополчения 15 Апреля 1920 г.

НА ЧЕРНОМОРЬЕ
Товарищ председателя Комитета Освобождения Черноморья Воронович передал вчера из Гагр по прямому проводу следующее сообщение представительству Комитета в Тифлисе:
Перемирие на три дня Комитет Освобождения Черноморья заключил с генералом Шкуро в 12 ч. дня. В 2. ч. дня Начальник Штаба 1-й дивизии вызвал по фонопору коменданта Сочи и заявил, что генерал Шкуро приказал немедленно спустить с города флаг Черноморья и заменить его терским или трехцветным флагом. В случае неисполнения этого приказа город будет подвергнут обстрелу. Комендант ответил, что никаких приказов Шкуро он выполнять не намерен и что такой образ действий он считает нарушением перемирия...
Находившийся далеко в горах Волковский отряд мог получить уведомление о состоявшемся перемирии лишь поздно вечером, о чем было дано знать Шкуро. В 4 ч. дня отряд обстрелял казачью разведку. Придравшись к этому, Шкуро заявил, что считает перемирие нарушенным и отдал приказ занять Сочи.
Все это показывает, что командование казаков стоит на завоевательной позиции. Дальнейшее поведение Кубанского Правительства и военачальников казачьей армии сводится к продолжению нарушений всяких прав...
Имущество Комитета продается казачьими властями или уничтожается. Офицеры предлагают крестьянам выдавать главарей, под которыми подразумеваются ответственные работники Комитета и Главного Штаба.
Кроме того, чувствуется полное противоречие между Кубанским Правительством и военачальниками, придерживающимися деникинской ориентации. Генералы открыто заявляют о решении занять побережье до Сухума.
Сочинский округ совершенно разорен, продовольствие уже съедено, засеянные поля и сады уничтожены табунами казачьих лошадей. Население обречено на неминуемую гибель.
(Тифлисская газета «СЛОВО» от 15 апреля 1920 г.)

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ВЕРХОВНОГО КРУГА ДОНА, КУБАНИ И ТЕРЕКА И. П. ТИМОШЕНКО
Ознакомившись с Вашими заявлениями… я не могу удержаться, чтобы не обратиться к Вам с этим письмом и не выразить своего глубочайшего изумления по поводу данных Вами местной прессе разъяснений, совершенно расходящихся с действительностью.
Меня особенно поражает желание Ваше свалить вину за все ужасы, происходящие сейчас в Сочинском округе, с больной головы на здоровую...
Поэтому позволю себе напомнить Вам эту действительность. 30 Марта Председатель Комитета Освобождения Филипповский, Член Главного Штаба Черноморского Ополчения Москвичев с одной стороны и Председатель Кубанского Правительства Иванис и Товарищ Председателя Верховного круга Мамонов с другой стороны подписали проект соглашения. Проект этот должен был быть рассмотрен на объединенном пленарном заседании Комитета Освобождения и Главного Штаба и окончательно утвержден или изменен Чрезвычайным Крестьянским Съездом.
Для созыва съезда необходимо было временное прекращение военных действий между Ополчением и войсками ген. Шкуро. Поэтому немедленно же был поднят вопрос о трехдневном перемирии. Для заключения перемирия в Штаб Шкуро выехали Председатель Комитета Филипповский, член Главного Штаба Трусов и Товарищ Председателя Верховного круга Мамонов. Перемирие было установлено, но наши делегаты были чрезвычайно удивлены, когда, прощаясь с ними, генерал Шкуро заявил, что «быть может он не сдержит своего генеральского слова и будет вынужден продолжать наступление». Затем Штаб Шкуро был предупрежден о том, что один из отдельно действующих отрядов Крестьянского Ополчения сможет получить уведомление о перемирии только поздно вечером. Это предупреждение было передано лично Начальнику передовой дивизии генералу Агоеву, который сказал, что он примет это к сведению.
Но несмотря на это предупреждение, придравшись к тому, что названный отряд в 4 часа дня обстрелял казачью разведку (кстати — обстрел был вызван передвижением, вопреки условиям перемирия казачьего разъезда), ген. Шкуро заявил, что считает перемирие нарушенным, перешел в наступление и не дал возможности собрать окружной съезд.
Но еще за несколько часов до этого наши телефонисты перехватили телефонограмму ген. Шкуро одному из начальников дивизии том, что, ввиду эвакуации Туапсе, необходимо немедленно занять Сочи.
Я думаю, что теперь Вам станет ясно, что… перемирие было нарушено не крестьянами, а казачьим командованием.
Не менее странно также Ваше заявление о какой то провокации, сознательно или бессознательно распространяемой вокруг факта оккупации казаками Сочинского округа. Вы говорите, что Вы пришли к нам, «как демократическая сила». Но я уверен, что Вы отлично понимаете, что никакая демократия не позволит себе врываться вопреки воле другой демократии в чужой край, подвергать этот край полному разорению и обрекать демократию этого края на физическое истребление.
Неужели Вы не знаете, что творит Ваша «демократическая сила» в Сочинском округе? Неужели Вы не читаете издающейся в Сочи газеты, именуемой «Вестником Кубанского Правительства»? В № 9 этой газеты ясно и определенно сказано, что казаки для спасения себя самих и своих голодных лошадей принуждены истребить все запасы про довольствия Сочинских крестьян, потравить посевы и уничтожить сады. Но так как, продолжает Ваш официоз, казаки вынуждены сделать это для своего спасения от голодной смерти, то населению рекомендуется не роптать, а спокойно умирать с голоду, надеясь, что при первой возможности кубанцы щедро вознаградят оставшихся в живых.
Известно ли Вам, что генерал Шкуро продает на вывоз весь валютный товар, имеющийся в Сочинском округе и состоящий из табаку и саломаса? Знаете ли Вы, что этот табак свезен в Сочи и Адлер, как натуральный налог, для обмена его на то продовольствие, в котором так нуждается наше население? Знаете ли Вы, что под стоимость этого табака были выпущены разменные денежные знаки, находящиеся ныне в руках населения и которые теперь ровно ничего не стоят, так как обеспечивающий эти знаки товар вывезен спекулянтами, скупившими его за бесценок у Вашего ген. Шкуро? Известно ли Вам, что против такого ничем не прикрытого грабежа заявлен Вашему Правительству протест Сочинской городской управой и сельскими сходами? Неужели и эти действия Вы считаете «демократическими мероприятиями»?
Мне кажется, что если Вы ознакомитесь с содержанием «Вестника Кубанского Правительства», то Вы сами увидите, что Ваши заявления в Тифлисе совершенно расходятся с действиями Вашего командования в Сочи. Ваши сочинские коллеги совершенно не отрицают фактов уничтожения у наших крестьян всего продовольствия, семян, посевов и наступивших вслед за этим голода и холеры. Они лишь заявляют, что cиe было неизбежно и вызвано известными соображениями. На эти заявления можно ответить, что, во-первых, всего этого можно было бы избежать, если бы Кубанское Правительство не находилось в полной зависимости от реакционных генералов, стоящих во главе казачьих войск, и, во-вторых, что местному населенно совершенно безразлично, какими соображениями вызвано его разорение незваными гостями и какими принципами — демократическими или империалистическими — руководствуются эти гости. В одной русской сказке некий карась на вопрос, под каким соусом желает он быть зажаренным, ответил, что прежде всего он совсем не хочет, чтобы его жарили, а если его все-таки хотят зажарить, то ему совершенно безразлично под каким соусом его съедят. Черноморское крестьянство думает так же, как и этот злополучный карась.
…как избранник Сочинского крестьянства и как защитник его интересов, я обязан сообщить Вам, что наше крестьянство страстно жаждало и жаждет прекращения гражданской войны, но ныне действующие против Вашей «демократической силы» зеленые состоят исключительно из одних крестьян, которые вынуждены взяться за оружие для защиты своих семей от окончательного разорения их этой «демократией».
Я должен указать Вам также на то, что до Вашего нашествия в Сочинский округ наше крестьянство относилось к Кубанцам с самой теплой симпатией (что подтверждается резолюциями всех крестьянских съездов) и что проклятия голодных и ограбленных крестьян, которые теперь несутся вслед уходящим казакам, должны быть отнесены не к рядовому казачеству, которое само умирает с голоду на берегах Черного моря, а к тем вождям, которые сознательно или бессознательно вовлекли казаков в Черноморскую авантюру. Вся ответственность за гибель казаков и населения от голода и страшной эпидемии азиатской холеры, вспыхнувшей теперь в Сочинском округе, должна лечь только на этих вождей.
Мне кажется, что вместо того, чтобы вести на страницах Тифлисских газет ненужную полемику с избранниками Черноморского крестьянства, доказывая вашу «демократичность», было бы гораздо проще, если бы вы здесь, в Тифлисе, откровенно заявили то же самое, что говорят в Сочи Ваши коллеги — а именно, что для спасения казаков и их лошадей от голодной смерти Вы сознательно пошли на разорение и физическое истребление населения Сочинского округа.
Заканчивая это письмо, я искренно желаю, чтобы ни один народ, ни один край никогда бы не испытали теx ужасов, того голода и теx эпидемий, от которых теперь гибнет население нашего несчастного округа, а с ним вместе и обманутые казаки.
Товарищ Председателя Комитета Освобождения Черноморья, Председатель Гл. Штаба Черноморского Крест. Ополчения и Председатель Чрезв. Сочинского окр. съезда
Н. Воронович.
24 апреля (по нов. ст.) 1920 г.

ОБРАЩЕНИЕ КУБАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА К НАСЕЛЕННО ЧЕРНОМОРСКОЙ ГУБЕРНИИ
…Кубанское Краевое Правительство вступило в пределы губернии исключительно в силу сложившейся военной обстановки. Никаких завоевательных целей по отношению к Черноморью Правительство не преследует и ведет борьбу только с большевиками за освобождение Кубани. Никто не будет обижен, если не подымет оружия против армии. Кубанское Правительство считает своим долгом бороться со всеми злоупотреблениями, ограждая жизнь, честь и достояние населения. Поэтому Кубанское Правительство приглашает все население губернии оставаться спокойным и заниматься мирным трудом.
Примечание составителя: Действительность показала, что Кубанское Правительство оказалось совершенно бессильным исполнить обещание оградить жизнь и имущество населения. Казачьи военачальники не только уничтожили все достояние Черноморского крестьянства, но даже продали принадлежавшие избранному населением Правительству… валютные товары, предназначавшиеся для обмена на хлеб и другое продовольствие, в которых так нуждалось население Черноморья.

«ПОРА, НАКОНЕЦ, ПРЕКРАТИТЬ БЕЗОБРА3ИЯ»
Улицы Сочи пестрят приказаниями начальника гарнизона о недопустимости пьянства и неизбежно связанных с ним безобразий. Приказов много, но безобразия не прекращаются. И обидно, до слез обидно, что эти безобразия творятся людьми, которые должны бы служить примером для других.
Удивляемся, что люди эти, большею частью в офицерских погонах, не в состоянии понять, что их поведение и раздражает, и возмущает, и ненависть населения вызывает.
Поведение их настолько возмутительно среди окружающей нас обстановки, что только явно недоразвитые люди могут этого не понять...
Официальный «ВЕСТНИК КУБАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА» от 8 апреля по ст. ст. 1920 г. город Сочи.