Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Илья Ратьковский о красном и белом терроре в Крыму

Из книги Ильи Ратьковского "Дзержинский. От «Астронома» до «Железного Феликса»".

После отплытия белых войск барона Врангеля здесь оставалось большое количество бывших: офицеров, чиновников, а также представителей прежде привилегированных сословий. Неоднозначной была и криминальная ситуация. В Крыму помимо зеленого братства, остатков активных белогвардейцев, были и отряды махновцев. Также необходимо было учесть различные эпидемии, в т. ч. тиф. Всю эту ситуацию необходимо было решать.
Дзержинский в этих условиях видел выход в изоляции Крыма и проведении ряда фильтрационных мер. Изоляция Крыма могла предотвратить как выход из Крыма остатков махновцев, против которых в эти дни как раз предполагалось усиление репрессий, так и распространение эпидемий. Также это давало возможность провести фильтрацию населения от чуждых элементов.
16 ноября Дзержинский телеграфировал начальнику Особого отдела Юго-Западного и Южного фронта В. Н. Манцеву: «Примите все меры, чтобы из Крыма не прошел на материк ни один белогвардеец. Поступайте с ними согласно данным Вам мною в Москве инструкциям. Будет величайшим несчастием Республики, если им удастся просочиться. Из Крыма не должен быть пропускаем никто из населения и красноармейцев. Все командированные должны быть сугубо контролированы. Примите самые энергичные меры и ежедневно докладывайте мне, что Вами предпринято и с каким результатом во исполнение данного приказа».
[Читать далее]
Изоляция Крыма имела ряд последствий. Крым стал закрытой и плохо контролируемой из центра территорией. В закрытых территориях, естественно, также было более высокое социальное и политическое напряжение. Второй важный момент. Тот же Дзержинский говорил потом при встрече с одним из руководителей, заинтересовавшихся этой проблемой: «мы послали туда не тех людей». Он признал, что им и другими руководителями его ведомства была «совершена большая ошибка. Крым был основным гнездом белогвардейщины, и чтобы разорить это гнездо, мы послали туда товарищей с абсолютно чрезвычайными полномочиями. Но мы никак не могли подумать, что они ТАК используют эти полномочия».
Речь шла в данном случае не о Манцеве, которого не посылали в регион, и так там он находился на своем посту, а о делегировании Бела Куна и Р. С. Землячки. Именно указанные деятели несли в значительной степени ответственность за последующий уровень репрессий в Крыму. Свою роль сыграл заместитель Манцева Е. Г. Евдокимов. Вместе с тем следует сразу обозначить, что террор шел не только сверху от делегированных в Крым советских деятелей, но и снизу, со стороны прежде всего местного армейского и матросского состава, а также чекистского руководства. На последний факт указывал Дзержинский в более поздней записке к И. С. Уншлихту. В ней он через несколько месяцев, ссылаясь на данные, полученные от нового председателя Крымской ЧК Розенгольца, писал, что в Крымской ЧК процветают уголовщина, пьянство и грабежи, и пока среди ее сотрудников преобладают деклассированные матросы, хулиганство не прекратится». В 1921 г. Дзержинский проведет чистку рядов причерноморских чекистов (см. следующую главу).
Очевидно, что к принятию насилия в Крыму были склонны и красноармейские массы. Обычно указывается только на большие потери красных войск при штурме Перекопа, озлобившие красноармейцев. Возможно, что это имело место. Однако, как минимум, не меньшее влияние оказала карательная практика белого движения последнего периода правления генерала Врангеля. Так, по воспоминаниям двух известных офицеров Дроздовской дивизии, дроздовцев Туркула и Кравченко, только одна эта дивизия расстреляла тысячу человек во время летне-осеннего наступления 1920 г. Расстреливали китайцев, расстреливали красных курсантов, матросов и т. д. Помимо дроздовской дивизии схожую практику расстрелов реализовали марковцы, корниловцы, в меньшей степени алексеевцы. Были и казачьи расстрелы. Общий счет расстрелянных врангелевскими офицерами шел на тысячи. Заложниками их репутации стали позднее офицеры, которые остались в Крыму.
Количество расстрелянных лиц в Крыму сложно установить, можно говорить только о порядковых цифрах. Наибольшие цифры давал известный историк-эмигрант С. П. Мельгунов. Сразу следует отметить субъективность его исследований. По различным данным, в Советской России Мельгунов был подвергнут от 21 до 23 обыскам, при этом 5 раз он арестовывался, проведя в заключении многие месяцы. Отметим, что именно Дзержинский его освободил после одного из арестов: допросил и отпустил. Следует также выделить научно-издательскую деятельность С. П. Мельгунова в годы берлинской и парижской эмиграции.
Вместе с тем, в отличие от современной ему публицистики, мельгуновские работы до сих пор служат основой при изучении истории красного террора, являясь одним из наиболее цитируемых исследований по расстрелам ВЧК. Первостепенное значение для истории вопроса имеет его широко известная книга «Красный террор в России: 1918–1923», переизданная с дополнениями семь раз. Появление этой книги в 1923 г. не было случайным. Незадолго до выхода книги в Лозанне 10 мая 1923 г. белый террорист Морис Конради в ресторане «Сесиль» в Лозанне убил советского дипломата В. Воровского, объяснив свой террористический акт желанием «отомстить большевикам за зверства ВЧК». Летом С. П. Мельгунов опубликовал в периодике статью с характерным названием «Голова Медузы», посвященную красному террору. Защитник А. Полунина (сообщника Конради) обратился к Мельгунову с просьбой дать ему материалы для характеристики красного террора в России и получил их. Последующая книга, написанная в течение 6 недель, была приурочена к процессу Конради 5–16 ноября 1923 г. С самого начала книга получила широкий общественный резонанс как в эмигрантских и зарубежных кругах, так и в Советской России. Уже в 1924 г. вышло дополненное второе издание, а в 1975 и 1985 гг. книга вышла в Нью-Йорке, в 1990 г. впервые в СССР.
В книге среди прочих упомянуты и крымские расстрелы, определяемые автором минимально в 50 тыс. человек (преувеличение, по более объективным современным оценкам, от 4 до 8 раз), а более вероятно, в 120 тыс. человек. Откуда взялись эти фантастические цифры? Сразу можно указать на один из источников — «показания лозаннскому суду» над Конради писателя И. С. Шмелева. Согласно С. П. Мельгунову, «И. С. Шмелев в своем показании лозаннскому суду говорит, что расстреляно более 120 тысяч мужчин, женщин, старцев и детей. Ссылаясь на свидетельство д-ра Шипина, он утверждает, что официальн. большевицкие сведения в свое время определяли число расстрелянных в 56 тыс. человек…». Вместе с тем следует сразу уточнить, что И. С. Шмелев во время суда находился во Франции, откуда написал письмо адвокату Конради, выданное С. П. Мельгуновым в своей книге за показание на суде с соответствующей процедурой присяги и т. д.
Данное письмо следует также привести полностью, так как сразу становится понятным механизм формирования Мельгуновым цифры в 120 тыс. расстрелянных. «Господину Оберу, защитнику русского офицера Конради, как материал для дела. По словам доктора, заключенного с моим сыном в Феодосии, в подвале Чеки и потом выпущенного, служившего у большевиков и бежавшего заграницу, за время террора за 2–3 месяца, конец 1920 года и начало 1921 года в городах Крыма: Севастополе, Евпатории, Ялте, Феодосии, Алупке, Алуште, Судаке, Старом Крыму и проч. местах, было убито без суда и следствия до ста двадцати тысяч человек — мужчин и женщин, от стариков до детей. Сведения эти собраны по материалам — бывших союзов врачей Крыма. По его словам, официальные данные указывают цифру в 56 тысяч. Но нужно считать в два раза больше. По Феодосии официально данные дают 7–8 тысяч расстрелянных, по данным врачей — свыше 13 тысяч».
Помимо сомнительности «показаний шмелевских врачей» вызывает здесь вопросы и знакомство Шмелева-Мельгунова с арифметикой. «Псевдоофициальные» 56 тысяч с легкой руки политических математиков превратились в 120 тысяч человек. Между тем, даже отбрасывая в сторону абсурдность подобных умножений, можно легко убедиться, что 56 тыс. никак не могут превратиться в 120 тыс. Если умножить 56 тыс. на 1, 625 (8 тыс. официальных расстрелов против 13 тыс., зафиксированных врачами) то получается иная цифра — 91 тысяча вместо 120 тысяч. Впрочем, подобные вычисления лишь показывают привязанность математических вычислений С. П. Мельгунова к его политическим взглядам. Современные данные показывают всю абсурдность подобных вычислений и сложений. Согласно известному исследователю данной проблему А. А. Здановичу, общее количество расстрелянных в Крыму составило около 12 тыс. человек. Данная цифра может уточняться, более точные данные есть как раз по Феодосии. Согласно донесению начальника Особого отдела 9-й стрелковой дивизии П. Зотова от 8 декабря 1920 г., из зарегистрированных и задержанных в Феодосии белогвардейцев в количестве приблизительного подсчета — 1100, расстреляно 1006 человек, отпущено 15 и отправлено на север 79 человек.
Сам Дзержинский, как уже указывалось, считал подобный размах террора ошибкой. Он не только будет руководить скорой чисткой чекистов Причерноморья, но будет и сторонником честного изложения событий. Так, именно его поддержка помогла изданию романа «В Тупике», где В. В. Вересаев показывал разные негативные стороны Советского Крыма, хотя и более раннего периода (1919 г.). Отметим и другой факт. В конце 1920 г. руководство ВЧК ограничило применение смертных приговоров. 24 декабря 1920 г. ВЧК запретила всем губЧК приведение в исполнение приговоров о высшей мере наказания без санкции ВЧК, за исключением приговоров по делам об открытых вооруженных выступлениях. Было рекомендовано отменить высшую меру наказаний по всем политическим преступлениям, за исключением террористических актов и открытых восстаний. В области уголовных преступлений ВЧК считало необходимым применять высшую меру наказания к бандитам и шпионам. Одним из инициаторов этого введения был Дзержинский.


Tags: Белый террор, Гражданская война, Дзержинский, Красный террор, Крым, Мельгунов, ЧК
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments