Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

К. Дымов о капитализме. Часть XV: положение современного рабочего класса (начало)

Из книги К. Дымова "Капитализм — система без будущего. Критический анализ современного капитализма и тенденций его развития".

Подавляющее большинство населения в любой развитой капиталистической стране составляет пролетариат; и не имеет принципиального значения, каким трудом занят человек, продающий свою рабочую силу, – физическим или умственным, задействован ли он в вещественном или информационном производстве, или же в сфере обращения: «…если человек не имеет собственности на средства производства и потому продаёт свою рабочую силу и если потребление этой рабочей силы приводит к появлению стоимости большей, чем была уплачена за неё, тогда этот человек – пролетарий, независимо от того, воздействует ли он на предмет труда прямо или косвенно и заключается ли это воздействие в трудовых операциях физического или умственного характера…».
Не меняет принципиально положение наёмных рабочих в развитых странах и тот факт, что многие из них владеют акциями. Ведь в их руках находится ничтожная доля акционерного капитала всей нации, и продажа рабочей силы является для среднестатистического рабочего не просто основным, а практически единственным источником дохода. В США всего 1,6% взрослого населения – крупная буржуазия – владеет 82,4% всех акций! Что же тогда остаётся рабочим!?
...дивиденды американских рабочих-акционеров (про наших акционеров-рабочих с их копеечными дивидендами и говорить смешно!) составляют весьма малую толику их доходов, и, следовательно, американские рабочие живут таки продажей своей рабочей силы, а не «акционерным капиталом».
Да и вообще, принципиально важным, существенным обстоятельством является то, что, несмотря на получение каких-то больших или малых дивидендов с принадлежащих ему акций, рабочий по-прежнему вынужден наниматься на работу к капиталисту. Следовательно, рабочий, даже став акционером, остаётся пролетарием, воспроизводится как пролетарий и не превращается в «капиталиста». Наличие в его руках акций не делает его полноценным собственником средств производства и не даёт ему экономической независимости от тех, кто средствами производства владеет «по-настоящему». И, таким образом, сохраняется и постоянно воспроизводится отношение эксплуатации, отношение подчинения и экономической зависимости.
[Читать далее]
Бесспорно, положение сегодняшнего пролетариата на Западе не столь просто и однозначно, и не столь ужасно и безысходно, каким было положение рабочего класса Англии середины XIX века, так ярко описанное Энгельсом в его знаменитой ранней работе. Систематическое и жёсткое ограбление трудящихся Третьего мира дало западной буржуазии возможность – используя различные механизмы перераспределения присвоенной стоимости – повышать жизненный уровень «своего» пролетариата, «подкармливать» и «подкупать» его целиком или, уж во всяком случае, отдельные его прослойки, т.н. «рабочую аристократию». Всё это, несомненно, развращает западных рабочих, «омелкобуржуазивает» их, противопоставляет их рабочему классу угнетаемых наций и, более того, превращает их в соучастников преступлений «своих» империалистов. Подачки капиталистов вкупе с деятельностью в рабочем движении агентов буржуазии подавляют пролетарское классовое сознание, способствуют распространению среди рабочих гнилой социал-демократической, реформистской идеологии, возбуждению оппортунистических и социал-шовинистических настроений. Стали ещё более актуальными слова Ленина, сказанные им почти сто лет назад: «…из такой гигантской сверхприбыли… можно подкупать рабочих вождей и верхнюю прослойку рабочей аристократии. Её и подкупают тысячами способов, прямых и косвенных, открытых и прикрытых. … [Рабочая аристократия] есть… главная социальная (не военная) опора буржуазии. Ибо это настоящие агенты буржуазии в рабочем движении, рабочие приказчики класса капиталистов (labor lieutenants of the capitalist class), настоящие проводники реформизма и шовинизма» [В. И. Ленин. «Империализм…», предисловие к французскому и немецкому изданиям].
Буржуазии приходится делиться частью своей сверхприбыли, приходится регулярно «кидать кость народу», дабы «умиротворить» рабочий класс империалистических держав, поставив его в особое, привилегированное, «приближённое к барину» положение – против миллиардов обездоленных и отверженных трудящихся Третьего мира и постсоветского пространства. Это делается целенаправленно для того, чтобы притупить классовое самосознание рабочих, живущих в цитаделях империализма, чтобы ослабить накал классовой борьбы и сохранить тем самым своё господство. В общем-то, так испокон веков поступали все эксплуататоры, начиная с античных рабовладельцев, «подкармливавших» своих «любимчиков» и ставивших их командовать остальными рабами. Эксплуататоры всегда действовали по принципу «Разделяй и властвуй!», а самым лучшим способом разобщить эксплуатируемых и является выделить среди них прослойку «сытых холопов» – агентов и верных слуг «господ».
Так или иначе, самый переход к более высокому, информационному технологическому способу производства, начавшийся на Западе, обусловливает повышение жизненного уровня пролетариата. Но здесь необходимо заметить следующее: переход к информационному способу производства в развитых капиталистических странах ускоряется за счёт ограбления стран Третьего мира, за счёт выкачивания оттуда больших финансовых ресурсов. Капиталисты готовы платить высокие зарплаты рабочим, в т.ч. «информариату», развитых стран, покупая их дорогую высококвалифицированную рабочую силу, – но только потому, что они компенсируют эти повышенные издержки, выплачивая мизерную плату рабочим стран бедных и отсталых. Поэтому высокие зарплаты западных рабочих, в общем и целом соответствующие, наверное, всё же действительной стоимости их рабочей силы, и удручающе низкие заработки рабочих «южных» взаимосвязаны – первые были бы вряд ли возможны без вторых, без действия механизмов перераспределения стоимости, созданной глобальным трудом.
Однако рабочий класс Запада не получил бы и того, что ему «естественно причитается» при нынешнем уровне развития производительных сил, если бы он не БОРОЛСЯ постоянно и неустанно, ежедневно и ежечасно, за свои экономические интересы. Западный пролетариат не имел бы и половины тех благ, которыми он пользуется, если бы не заявлял о себе, не отстаивал свои права и не давил на работодателей путём забастовок. Если бы те же реформистские профсоюзы и социал-демократы, – которых мы, однако, не устанем обвинять в измене и с которыми мы будем самым решительным образом воевать, – не шантажировали правящий класс «дестабилизацией» и революцией. Если бы коммунисты, когда они представляли могучую силу в ряде развитых капиталистических стран, не вели самоотверженную борьбу за интересы людей труда. Объективные требования развития «одушевлённых» производительных сил могут «достучаться» до сознания капиталистов лишь в виде требований самих рабочих – требований, подкреплённых боевыми действиями, а не слезливыми благопожеланиями. Только в этом случае буржуа вынуждены идти – чрезвычайно неохотно! – на уступки рабочим.
Только лишь классовая борьба пролетариата, организованная борьба рабочих за свои экономические интересы, – борьба, сопровождающая развитие капитализма, страшащая буржуазию и вынуждающая её идти на уступки, – противодействует всеобщему закону капиталистического накопления, противодействует объективной тенденции к обнищанию рабочего класса. Ослабевает эта борьба – и тут же буржуазия разворачивает наступление на права людей труда, чьё экономическое положение из-за этого вновь начинает ухудшаться. Борьба усиливается – и буржуазия вынуждена идти на новые уступки, что выражается, прежде всего, в росте цены рабочей силы.
Экономическая борьба рабочего класса рано или поздно перерастает в политическую борьбу – в борьбу за власть, за политическое господство. А это грозит буржуа уже не просто снижением прибылей… Поэтому буржуазия делает всё возможное, чтобы борьба пролетариата не выходила из рамок экономической борьбы «за лишнюю копейку». Почувствовав реальную угрозу социалистической революции и поняв, что одними репрессиями эту угрозу не устранить, буржуазия империалистических держав стала проводить более хитрую политику, направленную на «ублажение» «своего» рабочего класса, на его скрытый подкуп и морально-идейное разложение. Смысл этой политики в том, чтобы путём государственного вмешательства в экономику поднять цену рабочей силы настолько, что «жизненные притязания» и «привычки» рабочего класса приблизились бы к «жизненным притязаниям» и «привычкам» мелкой буржуазии и прочих «средних слоёв», – естественно, за счёт сверхприбылей, извлекаемых из Третьего мира. Соответственно, психология и идеология рабочего класса стали бы близкими к психологии и идеологии мелкой буржуазии, выступающей лишь за ослабление гнёта монополий и улучшение своего экономического положения, но пуще огня боящейся революции и любых «радикальных перемен». А такой «омелкобуржуазившийся» пролетариат Капиталу уже не страшен…
К этому надо добавить ещё, что, помимо всего прочего, западная буржуазия в течение семи десятилетий пребывала под прессом успехов реального социализма в СССР. И она была просто обязана, хотя бы из чисто идеологических соображений, поддерживать жизненный уровень своих рабочих не ниже уровня рабочих советских – иначе бы преимущества социализма стали всем ясны как божий день!
Западные рабочие, несмотря ни на что, – пролетарии, живущие продажей рабочей силы. Вот только сама цена их рабочей силы – этого специфического товара, весьма отличного от других товаров, – включает в себя «политическую надбавку», содержит скрытый «подкуп» со стороны империалистической буржуазии. Вернее, даже не «подкуп», а «откуп» – чтоб не угрожали пролетарии господству буржуазии. Они стали «сытыми наёмными рабами», но отнюдь не перестали оттого быть наёмными рабами!
В настоящее время в развитых странах отмечается новое и очень серьёзное наступление буржуазии на экономические завоевания трудящихся. Буржуазия настойчиво добивается свёртывания социальных программ, сокращения пособий и других выплат, ослабления законов об охране труда, увеличения сроков выхода на пенсию и т.д. Одновременно усиливаются гонения на рабочих активистов, на тех профсоюзных деятелей, которые не продались работодателям, а продолжают борьбу за права трудящихся. Кстати сказать, для борьбы с рабочими активистами буржуазия тоже применяет новейшие информационные технологии, например, создаёт электронные базы данных, содержащие подробные сведения о «смутьянах».
Конечно, западный пролетариат не смирится с тем, что его лишают завоёванного им высокого стандарта жизни; и он будет вести экономическую борьбу. В некоторых случаях эта борьба даже завершается победой – как это произошло во Франции весной 2006 года, когда сотни тысяч студентов и лицеистов вышли на улицы и добились отмены законов, ущемлявших права трудящейся молодёжи. Однако с разгромом системы социализма исчез первостепенный фактор успеха в этой борьбе – существование того самого оплёвываемого ныне «реального социализма» с его достижениями, вынуждавшими буржуев быть более уступчивыми в конфликтах с рабочими. Глобализация – именно глобализация капитала – также очень ослабляет позиции западных рабочих: они могут, ясное дело, требовать чего угодно и бастовать сколько угодно, но работодатели в ответ на требования профсоюзов могут теперь просто перенести производство туда, где рабочая сила и дешевле, и покладистее! Потому-то эффект от экономической борьбы западного пролетариата нынче намного ниже, чем когда-то, и в складывающейся ситуации рабочий класс Запада лишается той «политической “накрутки” к цене рабочей силы», которую он раньше получал.
Однако самое негативное воздействие на положение рабочего класса оказывает внедрение на производстве современных техники и технологий. Информационный способ производства основан на применении совершенного оборудования, в невиданной степени повышающего производительность труда. Но, не забывайте, при капитализме машина служит не облегчению труда рабочих и улучшению их жизни, но исключительно увеличению прибыли её владельца – капиталиста. И внедрение новейших, наделённых «памятью» и «интеллектом», машин – машин, способных выполнять умственную работу и замещать человека в функции управления большими комплексами машин, – непременно влечёт за собою вытеснение с производства многих рабочих и ухудшение их экономического положения. Переход к информационно-машинному способу производства ведёт к невиданному повышению технического строения капитала и, соответственно, к росту числа людей, ненужных капиталу: «…Так как спрос на труд определяется не размером всего капитала, а размером его переменной составной части, то он прогрессивно уменьшается по мере возрастания всего капитала, вместо того, чтобы… увеличиваться пропорционально этому возрастанию. Он понижается относительно, по сравнению с величиной этого капитала, понижается в прогрессии, ускоряющейся с возрастанием этой величины. …Это относительное уменьшение переменной части капитала… представляется… в таком виде, как будто, наоборот, абсолютное возрастание рабочего населения совершается быстрее, чем возрастание переменного капитала, или средств для занятия этого населения» [К. Маркс. «Капитал», книга первая, глава 23]. Короче говоря, вследствие внедрения новой техники возрастает относительное перенаселение – растёт масса «лишнего» рабочего люда, – и это лишнее население оказывает давление на рынке труда, давит на продавцов рабочей силы. Предложение рабочей силы растёт быстрее роста спроса на неё, из-за чего, естественно, снижается цена рабочей силы, а работодатели получают возможность диктовать пролетариям выгодные себе и невыгодные рабочим условия труда.
Благодаря компьютеризации производства рабочий получает под свою команду целую бригаду «виртуальных рабочих». Но каждый «виртуальный рабочий» – это, по существу, вытесненный с производства реальный, живой рабочий! Автоматические поточные линии, роботы, компьютеры, управляющие целыми заводами-автоматами, возводят процесс вытеснения живого труда на новую высоту. Теперь речь идёт уже о массовом и всё более стремительном вытеснении рабочих из производства, которое, судя по всему, развернётся в самой ближайшей перспективе.
Массы рабочих при информационном способе производства становятся «лишними». Лишними для капиталистического производства – для производства, функционирующего ради прибыли и совершенно «глухого» к чаяниям «простых тружеников». Напротив, при социализме относительное уменьшение потребности в живом труде ведёт не к выбрасыванию «лишних» людей на улицу при одновременном усилении эксплуатации тех, кто остался на рабочих местах, а к сокращению рабочего времени работающих членов общества, соответственно, к увеличению их свободного времени при росте благосостояния. При капитализме машина – средство производства прибавочной стоимости, средство усиления эксплуатации труда; при коммунизме она – средство облегчения труда, повышения материального благосостояния, увеличения свободного времени, вообще – улучшения жизни трудящихся.
В развитых странах к «техническому» фактору увеличения относительного перенаселения прибавляется ещё и «отток» рабочих мест отсюда в страны с дешёвой рабочей силой (и ведь не исключено, что процесс сей может затронуть и некоторые высокотехнологичные отрасли, в т.ч. отрасли информационного производства), а также – с другой стороны – лавинообразно усиливающийся приток в сами богатые страны дешёвой рабочей силы из бедных уголков планеты.
Глобализация повсеместно ухудшает положение рабочего класса, но особенно больно она ударяет как раз по западному пролетариату. Глобализация означает не только тенденцию к установлению единых мировых цен и единой для всего капиталистического мира нормы прибыли, но и тенденцию к выравниванию цены рабочей силы в разных странах. Эта тенденция обусловлена, с одной стороны, повышением мобильности капитала и, соответственно, «мобильности рабочих мест», перемещающихся в бедную, низкооплачиваемую часть мира, а с другой стороны – повышением мобильности самой рабочей силы, усилением миграционных процессов. Исчезновение «национальной привязки» капитала ещё более привязывает рабочий класс к капиталу – ко Всемирному Капиталу.
Нет сомнений: в погоне за прибылью капиталисты будут и впредь выносить производства в страны с дешёвой рабочей силой, а это приведёт к росту резервной армии труда в развитых странах и к изменению конъюнктуры рынка рабочей силы не в пользу наёмных рабочих. Положение ещё более усугубится, если начнётся-таки массированный «вывод» из «метрополий» высокотехнологичных производств.
Переход к информационному способу производства и глобализация обусловливают рост безработицы в развитых странах. С начала 90-х годов к их середине (в фазе экономического роста!) безработица выросла в Германии с 7,9 до 9,9%, в Испании – с 16,2 до 22,9 – 24,1 %, во Франции – с 9 до 12,4%, в Италии – с 9 до 11,7%, в Великобритании – с 7 до 10,5%, а в Финляндии – с 3,2 до 16,6%! В целом по ЕС безработица достигла в 1994 году 11,1%. Затем, правда, были «приняты меры», и к 2002 году безработица существенно снизилась, даже ниже уровня 1990 года: в Германии до 8%, в Испании – до 11,2%, во Франции – до 8,8%, в Италии – до 9%, в Великобритании – до 5,2%, в Финляндии – до 9,2%, и в целом по ЕС – до 7,3% 499.
Нужно, однако, иметь в виду, что все эти «успехи» достигнуты во многом за счёт расширения практики неполного рабочего дня – со столь же неполной оплатой! Вследствие этого официальный уровень безработицы занижается относительно истинного её уровня в несколько раз. Кроме того – не забывайте – оживление западной экономики в 90-е годы происходило в значительной мере благодаря развалу промышленности на территории бывшего СССР и открытию постсоветского рынка для иноземных товаров. Можно не сомневаться, что создание множества рабочих мест на Западе было прямо связано с ликвидацией ещё большего их числа в СНГ.
На рубеже тысячелетий и в США был вроде бы достигнут рекордно низкий уровень безработицы (менее 5%; точнее – 4,9% в августе 2001 года) – снижение безработицы в этой стране следует объяснять, очевидно, её более высокой инвестиционной привлекательностью в сравнении с Европой, где выше заработные платы и жёстче социальная защита наёмных работников. Кроме того, именно в США по-прежнему концентрируются многие наисовременнейшие информационные производства, и всё ещё создаётся немало новых рабочих мест в этой сфере.
Однако успехи буржуазных государств в борьбе с безработицей оказались, как и следовало ожидать, преходящими. Начало XXI века ознаменовалось новым витком роста безработицы. Так, в 2003 году её уровень поднялся в ФРГ до 10,4%. «Рост безработицы в Японии в октябре [2001 года – К.Д.] по данным правительства достиг 5,4%. Этого страна не испытывала почти пятьдесят лет [!] …Общее количество безработных в Японии достигло 3,6 млн. человек (больше не было с 1953 года, когда безработица была впервые подсчитана)».
Уровень же безработицы среди молодёжи, только вступающей в трудовую жизнь, всегда много выше общего уровня безработицы. Вот данные по числу безработных в возрасте 15 – 24 лет в 2002 году: Греция – 26,1%, Испания – 22,2%, Франция – 20,7%, Италия – 27,2%, Финляндия – 21,1%; вся Европа – 15,1% (примерно в два раза выше общего уровня безработицы!).
Безработица – это проклятье буржуазного общества, являющееся вместе с тем непременным спутником капиталистического производства. Это явление при капитализме принципиально неустранимо, ибо проистекает из действия его объективных законов. Определённо можно сказать, что безработица выгодна капиталистам, так как способствует понижению цены рабочей силы, и капиталисты вовсе не заинтересованы в её полном устранении. (Конечно, буржуазное государство, руководясь всё тем же «буржуазным инстинктом самосохранения», проводит политику, направленную на снижение уровня безработицы. Ведь, несмотря на то, что наличие резервной армии труда объективно выгодно капиталистам с экономической точки зрения, с политической точки зрения им необходимо удерживать её размеры в «разумных» пределах, не допуская накопления взрывоопасной «критической массы» недовольства).
Безработица наносит огромный ущерб обществу. Доподлинно известно, что увеличение уровня безработицы всего на один процент вызывает увеличение на несколько процентов алкоголизма, наркомании, преступности, числа психических больных и самоубийств на тысячу жителей. Статус безработного унижает человека, выключает его из полноценной жизни, ведёт к деградации и маргинализации. Хроническая безработица порождает пауперизм, или, в переводе на современный язык, «бомжизм», – явление, характерное отнюдь не для одних лишь бедных стран.
Вынужденный простой части людей повышает нагрузку на работающих членов общества, которым приходится содержать неработающих членов семей или – своими налогами – оплачивать пособия. Расходы буржуазного общества на выплаты по безработице достигают в богатых странах весомых размеров, порядка 5 – 6 % ВНП! С другой стороны, получение пристойного пособия по безработице, позволяющего довольно сносно, во всяком случае, по меркам нашей страны, жить, развращает западных безработных, превращает значительную их часть в нахлебников, не желающих работать, а особенно – выполнять «чёрную работу», достающуюся иммигрантам; – усиливает, тем самым, паразитизм и загнивание западного общества.
Вынужденный простой рабочей силы означает и то, что огромные затраты общественного труда на подготовку работников, на их общеобразовательное и профессиональное обучение, а также собственные затраты труда людей в процессе их обучения, пропадают впустую. И здесь не имеет значения, из какого источника финансировалось это обучение: из государственной казны, т.е. из совокупного кармана всех граждан, или из карманов индивидуальных. Важно лишь то, что бесплодно теряется немалый общественный труд. Простой высококвалифицированной рабочей силы сопряжён с перепроизводством личностных знаний; и это перепроизводство – лишнее производство – становится всё большей проблемой.
Приходится констатировать факт: уйма общественного труда в сфере образования пропадает зря, и это имеет место в любой капиталистической стране. Постоянное превышение предложения над спросом на рынке рабочей силы, наличие резервной армии труда есть условие самого существования капиталистического способа производства, а значит, высшие и другие профессиональные учебные заведения должны в значительной мере работать на биржу труда, обеспечивая капиталистам необходимые им для получения максимальных прибылей «трудовые резервы».
Реалии таковы, что в наступившую эпоху глобализованного капитализма пролетариям стран «Золотого миллиарда» придётся всё жёстче конкурировать с дешёвой рабочей силой как вне их стран, так и внутри них. Сомневаться не приходится: глобализация ставит крест на их привилегированном положении по отношению к пролетариям остального мира. И потому следует ожидать, что экономическое положение западного пролетариата, которое казалось столь радужным ещё десяток лет тому назад и которое до сих пор представляется незыблемо-радужным нашему обывателю, уже через какое-нибудь десятилетие сильно пошатнётся.
Первые признаки начала этого процесса уже становятся заметными, причём они становятся особенно зримыми в самой мощной и богатой империалистической державе – в США. Падение уровня жизни рабочих и других людей труда происходит в Штатах уже на протяжении нескольких последних десятилетий. Несмотря на то, что производительность труда с 1973 по 1998 год выросла здесь на 33%, реальные зарплаты не выросли, а упали! Подсчитано: если бы заработная плата американских рабочих росла такими же темпами, как производительность их труда, то их средняя почасовая оплата составила бы в 1998 году $18,1, а не $12,77, как оно имело место на самом деле, или она была бы выше на $11000 в год.
В «более социальной» Европе эти явления, хоть и с небольшим запаздыванием, тоже разворачиваются: «То, что началось в Америке, теперь очевидным образом распространяется на весь остальной западный мир. В начале 80-х гг. Соединённое Королевство начало испытывать рост неравенства, начавшийся десятью годами ранее в Соединённых Штатах. В то время как средний доход с 1979 по 1993 г. вырос на треть, доход нижних 10% снизился на 17%. Через десять лет та же тенденция начала проявляться на европейском континенте. …Небольшие снижения реальной заработной платы начали даже появляться в столь необычных для этого местах, как Германия. Заработная плата в Финляндии падала четыре года из пяти в начале 90-х гг.». Правда, в Европе не наблюдается в целом такого ухудшения жизненного уровня пролетариев, как в США. Наверное, у европейских рабочих всё ещё впереди… Время покажет, как отразится на их положении вступление в ЕС бедных стран Восточной Европы, которое, на «все сто пудов», вызовет усиление движения капиталов с запада на восток, а рабочей силы – с востока на запад! Впрочем, судя по телевизионным сообщениям о забастовках и иных акциях недовольства в ФРГ, Франции и ряде других стран, люди труда сталкиваются там с серьёзными социальными проблемами уже сегодня. Не всё так уж благополучно «в Датском Королевстве»!
Но всё же, поскольку США – «лидер процесса», мы сосредоточим внимание на социальных явлениях, происходящих в Америке, руководствуясь как раз теми соображениями, что эта страна находится в авангарде капиталистического развития и указывает всем остальным «светлый путь». Так вот, в Штатах за период 1973 – 1999 годов почасовая заработная плата лиц со средним образованием снизилась с 13,34 до 11,83 долл./час, или на 11,3%, тогда как аналогичные показатели для тех, кто не имеет среднего образования, составили 11,64 и 8,83 долл./час (снижение – 24%).
Соединённые Штаты давно утратили славу страны, в которой заработные платы – самые высокие в мире. Если средняя оплата труда в промышленности стран ЕС составляет 22,3 евро/час (в Германии – 26,5 евро/час), то в США – только лишь 17,5 евро/час. Стало быть, американский уровень оплаты индустриального труда не превышает 78% общеевропейского и 65% немецкого уровня. И при этом продолжительность рабочего времени американцев на 20 – 35 % больше, чем у европейцев.
У «среднего» американца около 40% дохода уходит на жильё (его покупку или аренду плюс страховка); 5% – на отопление, снабжение газом и электроэнергией, водопровод, канализацию и вывоз мусора. Ещё 17,6% – на аренду, страховку и ремонт автомашин, покупку запчастей и бензина, 5% – на медицинские услуги, 6% – на образование и связь, в том числе сотовую. Ещё человеку нужно поесть, одеться и отдохнуть после тяжких трудов, и после всех этих необходимых затрат от полученного трудового дохода уже мало что остаётся. Жизнь трудящегося человека в капиталистическом «раю» становится всё тяжелее, и потому немудрено, что происходит (и не только в Америке) сокращение сбережений трудящихся – это, словно лакмусовая бумажка, свидетельствует о серьёзных социально-экономических проблемах на Западе. В 1970 – 80-е годы сбережения составляли 9,4% располагаемых доходов населения США, а в Германии этот показатель достигал в те же времена 18,4%. В 80-е и 90-е годы норма сбережений начала стремительно снижаться: в 1985 – 1990 годы она находилась в США ниже отметки в 2,5%, а в сентябре 1998 года впервые в американской истории (!) опустилась до отрицательных значений (т.е. со счетов изымалось больше денег, чем клалось на них, – не от хорошей жизни, наверное!). В европейских странах норма сбережений также падала, хотя процесс шёл, опять же, гораздо медленнее, и сам этот показатель сохранял позитивные значения.
Да, как выясняется, в «обществе всеобщего благоденствия» всё труднее «оставаться на плаву» и поддерживать привычные высокие стандарты жизни! И вот в последние годы в Соединённых Штатах Америки отмечается явление, получившее говорящее само за себя название: «сжатие среднего класса»! Согласно оценке профессора Виргинского университета Л. Щоппы в его работе «Глобализация и сжатие среднего класса» (2002 год), к «среднему классу» в США в конце ХХ века относились домохозяйства с ежегодным доходом от $30 до $80 тыс. долл. (в долларах 1997 года). Но таких благополучных семей в цитадели капиталистического мира с каждым годом становится всё меньше и меньше – вопреки россказням наших «западников», обещающих нам «капиталистический рай» по американскому образцу: если в 1973 году их доля составляла 63%, то в 1996-м – всего 51%.
Жизнь в пух и прах разбивает теории буржуазных учёных и высказывания буржуазных политиков о необратимом росте численности «среднего класса» по мере развития капитализма, о превращении буржуазного общества в общество, состоящее в основном из зажиточных «середняков». Напротив, при переходе к информационному способу производства и с вступлением капитализма в стадию глобализации с новой силою стало углубляться социальное расслоение общества. Его структура из «ромбовидной» начала вновь трансформироваться в «треугольную» – с массой бедняков и почти бедняков в основании «треугольника» и считанными единицами сверхбогачей на его «вершине». Подрывается “middle class” – главная социальная опора современного буржуазного государства и основная электоральная база западной социал-демократии; и это грозит разрушением «классовой гармонии» и «стабильности» в империалистических державах!
«Средний класс» «сжимается», зато множится число бедных. Вот одно из сообщений в Internet'е на эту тему: «В 2001 году впервые за восемь лет увеличилось число американцев, живущих в бедности. В 2001 году 32,9 млн. жителей США (11,7% населения) жили в бедности – в 2000 году таких было 31,6 млн. …В 2001 году на 2,2% снизился средний доход на американское домохозяйство… – он составил $42228 ($43162 в 2000 году)».
Оттого состязание в «крысиных забегах» (этим метким выражением американцы называют конкурентную борьбу «за место под солнцем») всё более обостряется. Для того чтобы сохранить ставший привычным уровень жизни и не превратиться в «работающих бедняков» [“working poor”], людям труда приходится работать больше, чем они работали ранее; приходится больше работать сверхурочно. Причём всё это одинаково относится и к наёмным рабочим, и к мелким хозяйчикам, которые вынуждены напрягать все свои силы в противостоянии с крупным бизнесом.
С другой стороны, в западных странах расширяется практика «временного трудоустройства» и неполного рабочего дня, естественно, со столь же неполной оплатой, недостаточной для поддержания «западного уровня жизни». Теперь вам понятно, почему американцы стали в последнее время расшифровывать слово “job” [работа] как “Just Over Broke” [примерно: «Прямо над пропастью»]?

Tags: Безработица, Глобализация, Европа, Запад, Капитализм, Пролетариат, США
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments