Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Гровер Ферр о якобы тяжёлом материальном положении Николаева (убийцы Кирова)

Из книги Гровера Ферра "Убийство Кирова: Новое расследование".

Кирилина искренне признает факт, что Николаев не испытывал финансовых трудностей в 1934 г. Она ссылается на допрос матери Николаева, Марии Тихоновны, 11 декабря 1934 г.
В материальном положении семья моего сына Леонида Николаева не испытывала никаких затруднений…. Дети были также полностью обеспечены всем необходимым, включая молоко, масло, яйца, одежду и обувь (К 238).
Кирилина цитирует этот отрывок из статьи «Следствие и судебные процессы…» Ю.Жукова, в которой он несколько полнее:
В материальном положении семья моего сына Леонида Николаева не испытывала никаких затруднений. Они занимали отдельную квартиру из трех комнат в кооперативном доме, полученную в порядке выплаты кооперативного пая. Дети были также полностью обеспечены всем необходимым, включая молоко, масло, яйца, одежду и обувь. Последние 3–4 месяца Леонид был безработным, что несколько ухудшило обеспеченность его семьи, однако даже тогда они не испытывали особой нужды.
Лено даже не упоминает этот допрос и отрывок, возможно, потому что он настаивает на том, что нужда была важнейшим фактором, побудившим Николаева стать «убийцей-одиночкой».
Лено пишет, что «Николаев отчаянно нуждался в деньгах осенью 1934 г.» (Л 299). Даже если так — а только что приведенные факты подвергают это утверждение серьезному сомнению — отчаянная нужда в деньгах не обязательно означает нищету. Лено также цитирует обвинительное заключение против Николаева:
Показаниями допрошенных по настоящему делу в качестве свидетелей ряда лиц и в том числе матери обвиняемого Л. Николаева — М.Т. Николаевой и его жены — Драуле Мильды следствие установило, что обвиняемый Николаев материальной нужды в этот период времени не терпел, как не терпела нужды и его семья (Л 350).
Любой, читавший только книгу Лено, не имел бы представления, откуда появилось это показание, и мог бы предположить, что оно сфабриковано НКВД, а не является свидетельским показанием его матери и фактически представляет точку зрения самой Кирилиной.
Кирилина продолжает:
Несомненными признаками благосостояния семьи являлось и то, что сам Л. В. Николаев имел велосипед (это служило признаком определенного достатка в те годы), а в 1933–1934 гг. Николаевы снимали частную дачу в таком престижном районе, как Сестрорецк (К 238).
Николаева даже оштрафовали на 25 рублей, а партия приказала заплатить еще 19 рублей сверху за то, что он сбил велосипедом прохожего (К 242–243). Кирилина приводит факты, что у Николаева всегда была хорошая, даже легкая работа, и он никогда не был безработным до его увольнения из Института истории партии в апреле 1934 г. Она предполагает, что у Николаева, наверное, были хорошие связи, чтобы его рекомендовать на такие работы (К 244–245). Ни Кирилина, ни Лено не пытаются объяснить эти «хорошие связи», что наверняка сделал бы любой следователь. Возможно, они не желают предполагать, что эти хорошие связи были через зиновьевцев, которых позднее судили и осудили с ним по убийству Кирова. Жена Николаева Мильда Драуле также имела сравнительно хорошо оплачиваемую работу (К 246).
Если Николаев действительно считал, что он нуждается в деньгах, то эта нужда была субъективной. Он с семьей все еще снимал частную дачу в течение лета, когда был безработным. Если бы они испытывали истинную нужду, они бы просто не поступали так. Ни один человек, которому грозит выселение или голод, не снимает летнюю дачу. Лено ни разу не сообщает своим читателям, что Кирилина признала, что Николаев не испытывал настоящей финансовой нужды.
Но более того: мы также знаем, что Николаев предпочел не идти на другую работу, пока готовился к убийству Кирова. О заявлении самого Николаева на эту тему сообщается в «Обвинительном заключении» (с. 20):
В одном из своих показаний обвиняемый Николаев прямо заявляет:
«Я поставил его (Котолынова) в известность, что решил не поступать на работу в период подготовки акта, чтобы иметь достаточное количество свободного для осуществления убийства Кирова времени. Котолынов одобрил мое решение» (т. 2, л. 85).
То же самое подтверждает жена обвиняемого Л. Николаева — Мильда Драуле, которая показывает:
«…С конца марта 1934 г. вплоть до его (т. е. Николаева Л.) ареста он нигде не работал. Это объяснялось не тем, что Николаев не мог получить работу, а его упорным нежеланием заняться какой-либо работой. Посвятив себя целиком подготовке террористического акта, я полагаю, что он не хотел связывать себя работой где-либо…» (т. 3, л. 201).

Tags: Киров
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments