Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Врач М. И. Покровская о России, которую мы потеряли. Часть VII

Из вышедшей в 1902 году книги М. И. Покровской «По подвалам, чердакам и угловым квартирам Петербурга».

Петербургъ подѣйствовалъ на Андрея дурно. Онъ нерѣдко напивался пьянъ и тогда у него появлялись припадки какой-то дикои ярости. Когда Ольга не могла на него угодить, онъ ее ругалъ и нерѣдко билъ. Ея покорность и смиреніе, полная неспособность давать ему отпоръ, раздражали его и онъ начиналъ всячески издѣваться надъ ней. Подъ вліяніемъ алкоголя Андрей становился щедрымъ и тратилъ свой заработокъ на угощеніе товарищей. Потомъ, протрезвившись и видя, что денегъ не хватаетъ на прожитье, онъ начиналъ ругать жену, называлъ ее дармоедкой и посылалъ въ лавку брать провизію въ долгъ.

Послѣднее было не малой мукой для Ольги. Лавочникъ нерѣдко отказывалъ дать самое необходимое и требовалъ уплаты долга. Тогда передъ Ольгой вставалъ образъ грознаго мужа, который, если она возвратится безъ провизіи, будетъ ее ругать, а пожалуй и прибьетъ. И она начинала со слезами умолять лавочника повѣрить ей въ долгъ, обѣщая непремѣнно уплатить, какъ только у нихъ будетъ получка.

Для Ольги жизнь въ угловой квартирѣ сдѣлалась настоящей каторгой и совсѣмъ ее изводила. Она начала чахнуть, покорно подчиняясь своей судьбѣ и не имѣя настолько характера, чтобы измѣнить условія своей жизни. Она никому не жаловалась и молча таяла. На щекахъ у нея началъ горѣть чахоточный румянецъ. Туберкулезъ, этотъ постоянный гость въ тѣсныхъ жилищахъ петербургскаго рабочаго населенія, подтачивалъ ея здоровье и услужливо помогалъ ей избавиться отъ тяжелой жизни.

[Читать далее]

По совѣту своихъ сожительницъ, замѣтившихъ возрастающее истощеніе Ольги и ея подозрительное покашливаніе, она не одинъ разъ уже обращалась къ врачу за помощью. Тотъ давалъ ей капли, порошки, микстуру. Иногда ей казалось, что отъ нихъ ей полегчало. Но это былъ одинъ самообманъ. Лекарство ей не могло помочь, такъ какъ губили ее условія жизни угловой квартиры, ея скученность, ея испорченный воздухъ, ея безпрерывная сутолока, ея обитатели, которые безсознательно сами ухудшали и безъ того свое неприглядное существованіе.

Андрей, часто находящійся подъ вліяніемъ алкоголя, не жалѣлъ своей больной жены и нерѣдко, разсердившись, желалъ ей поскорѣе убраться на тотъ свѣтъ.

Однажды въ понедѣльникъ утромъ всѣ мужчины ушли на работу. Остались только обитатели темной комнаты, Степанъ и Петръ. У нихъ вошло въ обычай понедѣльничать, т. е. опохмѣляться по понедѣльникамъ. Это доставляло Аннѣ Семеновнѣ не мало непріятностей и она теперь съ безпокойствомъ думала, уйдутъ они на работу или опять начнется гульба. Взявши маленькаго Сеню на руки, она пошла посмотрѣть, что дѣлаютъ жильцы въ темной комнатѣ.

Пріятели не спали. Петръ сидѣлъ на кровати, а Степанъ лежалъ. Они разговаривали въ полголоса.

— Смерть голова болитъ — сказалъ Степанъ, поворачиваясь на своемъ грязномъ матрацѣ и стараясь поудобнѣе положить подъ свою голову засаленную подушку

— Опохмѣлиться надо, — замѣтилъ Петръ, безцѣльно устремивъ свои глаза на отворенную дверь.

— Вчера у меня осталось тридцать копѣекъ. Сходи возьми водки, говорилъ Степанъ, вытаскивая кошелекъ изъ-подъ подушки.

Въ это время Анна Семеновна заглянула къ нимъ въ дверь.

— А вы развѣ на работу не пойдете? —осторожно спросила она.

— Со вчерашняго голову разломило, — отвѣчалъ Степанъ и подмигнулъ товарищу. —Поднесли бы вы намъ по стаканчику, а мы вамъ на гармоникѣ сыграли бы.

— Много денегъ у меня про васъ припасено, — съ неудовольствіемъ отвѣчала хозяйка, видя что ея опасенія оправдываются и жпльцы думаютъ опять понедѣльничать.

Петръ сбѣгалъ за водкой. Сидя въ своей темной конурѣ, пріятели поочередно прикладывались къ горлышку бутылки и мирно разговаривали, вспоминая вчерашній кутежъ. Но Анна Семеновна знала, что это только начало, что потомъ начнется игра на гармоникѣ и пѣсни.

Подошло обѣденное время. Всѣ мужчины пришли съ работы. Не было только Андрея. Его отсутствіе мучило Ольгу.

— Помилуй Богъ, если опять загуляетъ. Всю получку пропьетъ, думала она и подошла къ Василію, который обѣдалъ сегодня одинъ на кухнѣ.

— Василій, ты не видалъ моего Андрея на заводѣ? — спросила Ольга.

— Нѣтъ, не видалъ. Вѣрно опять загулялъ, — отвѣчалъ тотъ.

У Ольги упало сердце и она съ опечаленнымъ лицомъ отошла отъ Василія и пошла въ свою комнату. Проходя мимо сосѣдней двери, она невольно съ завистью посмотрѣла на другихъ женщинъ, которыя обѣдая съ мужьями, разговаривали съ ними о разныхъ событіяхъ на заводѣ.

— Что я такая за несчастная! — говорила себѣ Ольга, садясь на свою кровать и не думая приниматься за обѣдъ. — Опять вѣрно всю получку пропьетъ и нечѣмъ будетъ въ лавочку уплатить. Торговецъ каждый разъ спрашиваетъ деньги. Хоть бы половину отдать.

Пообѣдавши, мужчины ушли, а женщины убрали всѣ свои горшки съ плиты. Только Ольгинъ одиноко стылъ. Она сама не притрогивалась къ обѣду, питая слабую надежду, что Андрей не загулялъ, а его такъ что-нибудь задержало и онъ все-таки придетъ обѣдать.

Шелъ третій часъ дня. Жильцы въ темномъ чуланѣ совсѣмъ закутили. Ольгѣ было тоскливо сидѣть одной и она ушла къ хозяйкѣ на кухню. Товарищи воспользовались тѣмъ, что въ ея комнатѣ никого не было, и перешли туда. Поставивши бутылку съ водкой на первый попавшійся столъ, они усѣлись около него и начали заниматься музыкой и пѣніемъ. Степанъ игралъ на гармоникѣ и пѣлъ басомъ, а Петръ подтягивалъ ему тонкимъ голосомъ. Хозяйка ничего имъ не сказала, зачѣмъ они забрались въ чужую комнату. Она по возможности старалась не вмѣшиваться въ жизнь своихъ жильцовъ. Ольга ничего не говорила кутиламъ и не гнала ихъ изъ своей комнаты, потому и Анна Семеновна предпочла промолчать.

Сначала товарищи пѣли все заунывныя пѣсни, которыя выходили у нихъ довольно складно. Женщины въ сосѣдней комнатѣ даже съ удовольствіемъ слушали даровой концертъ. Но печальныя пѣсни скоро смѣнились плясовыми. Степанъ заигралъ камаринскую, а Петръ, стоя передъ нимъ, топтался на одномъ мѣстѣ, видимо, не умѣя плясать. Въ это время явился Андрей.

Онъ вошелъ въ свою комнату въ шапкѣ и, увидя товарищей, закричалъ:

— Други милые! вотъ люблю! Ну-ка, Степка, поживѣй!

Степанъ ускорилъ темпъ. Андрей принялся плясаіь въ присядку, оставляя на полу слѣды грязныхъ сапогъ.

Увидя это, Ольга поблѣднѣла. Она поняла, что мужъ загулялъ. Подойдя къ нему, она сказала:

— Полно тебѣ, Андрей. Не хочешь-ли обѣдать? Я подамъ тебѣ.

Андрей остановился и подсѣлъ къ товарпщамъ.

— Подавай намъ сюда закуску! — скомандовалъ онъ женѣ.

— Какую закуску я тебѣ дамъ? Ѣшь супъ, — сказала Ольга, почему-то вдругъ осмѣлившись.

— Ахъ, ты тварь этакая! — закричалъ Андрей, внезапно разсердившись. — Иди сейчасъ въ лавочку и возьми колбасы и соленыхъ огурцовъ.

Испуганная Ольга накинула большой платокъ и побѣжала въ лавочку выпрашивать въ долгъ требуемой провизіи и снова выслушивать упреки торговца.

Она скоро вернулась и на столѣ появилась колбаса, соленые огурцы и черный хлѣбъ. Поставивши все это передъ мужемъ, она ушла было въ сосѣднюю комнату. Но ей не пришлось тамъ долго оставаться; она скоро опять услышала голосъ мужа:

— Ольга, сходи за водкой!

Опять ей пришлось бѣжать въ лавку. Только на этотъ разъ мужъ далъ ей денегъ.

Опорожнивши вторую бутылку, товарищи послали Ольгу за третьей. Она пыталась было оказать слабый протестъ, но грозный взглядъ мужа зажалъ ей ротъ.

Женщинамъ скоро надоѣло слушать пьяные разговоры и безобразныя нѣсни и онѣ разбрелись къ сосѣдямъ. Дома остались только Анна Семеновна и Ольга. Первая боялась, какъ бы безъ нея скандалъ не вышелъ. Вторая знала, что надо являться по первому зову мужа, а то быть бѣдѣ.

Начало смеркаться и Ольга подала мужу огонь. Компанія нѣсколько разстроилась. Петръ совсѣмъ разомлѣлъ и, облокотившись на столъ, дремалъ. Онъ изрѣдка поднималъ голову и смотрѣлъ на товарищей помутившимися глазами. Какъ только зажгли огонь, онъ при помощи Степана ушелъ на свою постель и заснулъ мертвецкимъ сномъ. Андрей тоже разомлѣлъ, но все еще бодрился и пытался плясать, но ноги его не слушались. Сидя на своей кровати, онъ старался въ тактъ музыкѣ махать своей рукой. Но новая порція вина скоро совсѣмъ доконала его. Онъ легъ поперекъ постели и заснулъ.

Степанъ пилъ не меньше другихъ, но на него вино действовало не такъ сильно, какъ на его товарищей. Онъ выглядѣлъ еще бодро и хотѣлъ гулять. Но онъ любилъ это дѣлать въ компаніи, потому старался разбудить Андрея. Но тотъ въ отвѣтъ только мычалъ. Тогда Степанъ выпилъ одинъ и заигралъ унылую пѣсню, а затѣмъ отправился спать.

Когда замолкли звуки гармоники и наступила тишина, Анна Семеновна взглянула на Ольгу.

— Никакъ угомонились, —промолвила она.

— Я пойду посмотрю, — сказала Ольга и пошла въ свою комнату.

Тамъ остался только ея мужъ. Раскинувъ руки, онъ спалъ крѣпкимъ сномъ пьянаго человѣка. Возлѣ него валялся кошелекъ. Когда Ольга увидѣла послѣдній, то ею овладѣло сильное искушеніе припрятать его. Она знала, что мужъ теперь начнетъ пьянствовать до тѣхъ поръ, пока не пропьетъ всю получку.

— Возьму я деньги и спрячу, — подумала Ольга. — Авось онъ забудетъ, что домой кошелекъ принесъ. Станетъ спрашивать, скажу, что не видала.

Остановившись около постели, она нерѣшительно смотрѣла то на мужа, то на кошелекъ. Въ ея душѣ боролось чувство страха съ желаніемъ избавиться отъ постояпныхъ униженій и упрековъ лавочника. Взять деньги и уплатить ему долгъ, а тамъ будь что будетъ. Но тутъ Ольга вздрогнула. Она знала, что у мужа рука тяжелая и дерется онъ безпощадно.

— Возьму кошелекъ, рѣшила она. — Если онъ про него вспомнитъ и спроситъ, я отдамъ ему. Скажу, что спрятала, потому что боялась, какъ бы кто деньги не укралъ.

Ольга осторожно взяла кошелекъ. Тутъ Андрей открылъ глаза и спросилъ:

— Ты чего здѣсь?

Ольга съ кошелькомъ въ рукѣ обмерла, ожидая бури. Но мужъ повернулся на бокъ и опять заснулъ. Тогда она, нѣсколько успокоившись, осторожно открыла маленькiй сундучекъ, стоявшій подъ кроватью, и положила туда кошелекъ.

Возвратясь къ хозяйкѣ, Ольга сообщила ей, что сдѣлала. Та замѣтила:

— Смотри, пожалуй, онъ хватится и тебѣ достанется.

— Можетъ быть, завтра онъ про это забудетъ, а потомъ я скажу ему, что деньгп отдала лавочнику, такъ какъ онъ самъ велѣлъ долгъ уплатить, — возразила Ольга.

Около девяти часовъ вечера квартира опять начала наполняться людьми. Сначала вернулись жены и занялись приготовленіемъ ужина.

Затопилась плита, но на очень короткое время. Дрова были дороги и хозяйкѣ приходилось ими экономить. Потому жильцы должны были довольствоваться за ужиномъ теплымъ, а не горячимъ супомъ. Но они за это не претендовали на Анну Семеновну. Они знали, что въ другихъ угловыхъ квартирахъ вечеромъ плита совсѣмъ не топится и жильцы вмѣсто ужина пробавляются чаемъ.

Когда мужья вернулись съ работы, на каждомъ столикѣ появилась зажженная маленькая жестяная лампочка, и начался ужинъ. Утомленные мужья молча слушали разсказы женъ, какъ трое жильцовъ здѣсь понедѣльничали. Это была слишкомъ обыкновенная и потому мало интересная для нихъ исторія. Они проворно съѣдали свой супъ. Потомъ нѣкоторые изъ нихъ выкуривали трубочку, а другіе прямо заваливались спать.

Въ девять часовъ вернулась съ фабрики Даша. Снесши верхнее платье въ свою комнату, она въ ожиданіи сестры пришла въ кухню къ хозяйкѣ поболтать и повозиться съ дѣтьми. Туда же явился и одинъ изъ ея сожителей по комнатѣ, молодой парень — франтъ, о которомъ мы уже выше упоминали, Василій.

— Отчего Ивана нѣтъ? — спросила его Анна Семеновна про его товарища по кровати.

— Онъ сегодня въ ночную пошелъ, — отвѣчалъ Василій.

— Я и забыла, что онъ эту недѣлю по ночамъ работаетъ, — сказала хозяйка, идя укладывать маленькаго на постель, гдѣ Шурка уже спала крѣпкимъ сномъ.

Василій подсѣлъ къ Дашѣ.

— Дарья Петровна, — сказалъ онъ, — пойдемте въ воскресенье со мной на гулянье въ Таврическій. Тамъ будетъ золотая рыбка представляться. Очень интересно!

— Пойдемте, — весело отвѣчала Даша, — и Лизу возьмемъ съ собой.

— Я хотѣлъ бы съ вами вдвоемъ, — говорилъ Василій, умильно заглядываясь на ея разрумянившееся личико.

— Пожалуй, пойдемте вдвоемъ, а она съ кѣмъ-нибудь въ другой разъ сходитъ, — безпечно сказала молодая дѣвушка, которой очень захотѣлось посмотрѣть золотую рыбку. Она не мало слышала разсказовъ про нее.

Въ это время пробило десять часовъ. Даша поднялась съ мѣста.

— Лиза, вѣрно, у крестной осталась ночевать, — сказала она и, пожелавъ Аннѣ Семеновнѣ покойной ночи, пошла въ свою комнату.

Василій тоже поднялся и пошелъ вслѣдъ за ней.

— Дарья Петровна, покойной ночи и пріятнаго сна, — галантно сказалъ онъ.

— И вамъ покойной ночи, — отвѣчада дѣвушка, скрываясь за своей занавѣской.

Василій остановился и нерѣшительно посмотрѣлъ ей вслѣдъ, видимо о чемъ-то раздумывая. Потомъ подошелъ къ своей кровати, снялъ сапоги и легь.

Полночь. Въ квартирѣ раздается храпѣнье и сапѣнье на всѣ лады. Вдругъ кровать Василія осторожно скрипнула, и онъ всталъ. Тихо ступая босыми ногами, онъ началъ пробираться къ Дашиной постели и скоро исчезъ за занавѣской. Дѣвушка, не смотря на усталость, спала чутко и сразу проснулась, заслышавши шорохъ около своей постели.

— Кто здѣсь? — спросила она громко со страхомъ.

— Тише, тише! Это я — Василій. Пусти меня къ себѣ, — говорилъ Василій шопотомъ, стараясь обнять Дашу.

— Пошелъ прочь отъ меня, — говорила она, сопротивляясь. — Я не хочу.

Но Василій не отставалъ и хотѣлъ взять ее силой. Дѣвушка билась у него въ рукахъ, потомъ, видя, что ей съ нимъ не совладать, закричала на всю квартиру:

— Ай, батюшки! Что онъ со мной дѣлаетъ! Помогите!

Ея крикъ всполошилъ всѣхъ жильцовъ, особенно женщинъ. Они повскакали въ однѣхъ рубахахъ. Хозяйка наскоро зажгла свѣчу, и всѣ бросились къ постели Даши. Растрепанная, она дрожала всѣмъ тѣломъ и плакала навзрыдъ. Возлѣ ея постели стоялъ Василій. Ея крикъ такъ его озадачилъ, что онъ не успѣлъ убѣжать на свое мѣсто.

Видя эту картину, жильцы сразу поняли, въ чемъ дѣло. Мужчины усмѣхнулись и отправились опять на боковую. Но женщины дружно напали на Василія.

— Ты чего къ честной дѣвушкѣ пристаешь? Ахъ ты озорникъ! — кричали онѣ.

Василій съ переконфуженной улыбкой стоялъ на прежнемъ мѣстѣ.

— Я думалъ, она согласна, — старался онъ оправдаться.

Потомъ, видя, что Даша продолжаетъ горько рыдать, а бабы ругаютъ его на чемъ свѣтъ стоить, онъ подбодрился и презрительно сказалъ, идя къ своей постели:

— Ишь какая недотрога царевна! Почище тебя найдемъ, не безпокойся!

Одна изъ жилицъ подсѣла къ Дашѣ, стараясь ее успокоить, а Анна Семеновна сказала Василію:

— Въ другой разъ наскандаль только у меня! — и ушла къ кричавшему ребенку.

Василій легъ на свою постель въ самомъ дурномъ настроеніи духа. Теперь его на заводѣ совсѣмъ засмѣютъ. Степка, навѣрное, всѣмъ разскажетъ. Онъ стоялъ у двери и все видѣлъ. Проходу теперь ему съ Дашкой не дадутъ. Будутъ просить разсказать, какъ она его на всю квартиру осрамила, А вѣдь и какая она съ нимъ была ласковая. Гулять обѣщала пойти вдвоемъ. А теперь оконфузила передъ всѣми.

— Погоди-же, фря этакая, я тебя дойму, думалъ Василій. Будешь моей, а потомъ я надъ тобой насмѣюсь, какъ ты сегодня надо мной насмѣялась.

Вскорѣ всѣ жильцы опять разошлись по своимъ постелямъ. Огонь потушили и наступила тишина. Только Дашѣ не спалось. Лежа на своей кровати, она со страхомъ прислушивалась къ малѣйшему шороху, боясь новаго нападенія со стороны своихъ сожителей по комнатѣ. Не одинъ разъ она принималась потихоньку плакать, вспоминая недавнюю обиду.

— Ни за что теперь одна безъ Лизы здѣсь ночевать не останусь, — думала она, прислушиваясь къ господствующему вокругъ храпѣнью.

Сонъ бѣжалъ отъ нея. Только около трехъ часовъ утра она начала немного дремать, но спать въ эту ночь ей не пришлось. Въ ихъ комнатѣ снова раздался женскій крикъ. Даша съ испугомъ вскочила на постели, думая, что это опять она сама кричитъ и повторяется прежняя сцена. Но кричала Ольга, которую билъ мужъ, хватившійся подъ утро своего кошелька. Она кричала, что онъ тамъ, въ сундукѣ, но разсвирѣпѣвшій Андрей продолжалъ наносить ей удары своимъ тяжелымъ кулакомъ, куда пришлось: по лицу, въ грудь, въ животъ.

Вся квартира опять всполошилась. Бросились было отнимать Ольгу. Но Андрей съ яростнымъ лицомъ закричалъ:

— Подступись кто! —Убью!

Всѣ со страхомъ посторонились и безпомощно смотрѣли на дикую сцену.

Анна Семеновна совсѣмъ растерялась. Съ блѣднымъ лицомъ она молила мужиковъ:

— Ай, батюшки! Онъ ее убьетъ! Заступитесь, отнимите!

— За дворникомъ надо послать. Пусть онъ его въ участокъ отправитъ, — замѣтилъ одинъ изъ жильцовъ.

Но за дворникомъ Анна Семеновна не рѣшалась посылать. Старшій дворникъ не любитъ, чтобы его по ночамъ безпокоили. Скажетъ: «У васъ по ночамъ все скандалятъ», да и съ квартиры сживетъ. Чтобы квартиру мѣнять, нужны большіе расходы.

Наконецъ, Ольга вырвалась изъ рукъ своего мучителя и убѣжала въ сосѣднюю комнату. Мужчины изнутри успѣли припереть дверь, и Андрей, бросившійся было за женой, не успѣлъ туда попасть. Онъ безсильно началъ стучать кулаками въ дверь, ругая жену самыми дурными словами. Потомъ, видя, что ему не одолѣть, отправился разыскивать кошелекъ. Найдя его въ сундукѣ, онъ нѣсколько успокоился и легъ.

Его жена осталась въ сосѣдней комнатѣ. Ей дали кое-что подостлать на полу, и она улеглась. Назадъ въ свою комнату она боялась идти. Даша тоже не хотѣла туда возвращаться. Какъ только Андрей началъ бить жену, она, накинувъ на плечи большой платокъ, въ одной рубашкѣ бросилась въ кухню. Тамъ ревѣли дѣти, разбуженныя и напуганныя суматохой и криками. Шурка цѣплялась за мать и кричала:

— Боюсь! Боюсь!

Маленькій братишка ей вторилъ.

Видя, что Аннѣ Семеновнѣ было не до нихъ, Даша старалась успокоить дѣтей, хотя сама тряслась точно въ лихорадкѣ. Это ей удалось. Когда шумъ прекратился, то мальчикъ скоро уснулъ, а Шурка перестала плакать.

— Ложись спать, Дашутка, — сказала Анна Семеновна, убедившись, что Андрей заснулъ. — Уже пятый часъ. Хоть немножко соснешь до утра.

— Анна Семеновна, голубушка! — говорила Даша, вздрагивая— Не пойду я въ ту комнату спать. Тамъ мужики одни остались. Боюсь я туда идти. Я лучше здѣсь на полу лягу.

— И глупая! — ласково сказала Анна Семеновна. — Чего бояться? Андрей до утра будетъ спать, а Васька не посмѣетъ теперь тебя тронуть.

— Боюсь я ихъ, боюсь, — повторяла Даша.

— Ну, ложись на мою кровать, — сказала хозяйка. — Шуркѣ я постелю на сундукѣ.

Успокоившаяся дѣвочка охотно легла на новое мѣсто, а Даша помѣстилась вмѣстѣ съ хозяйкой.





Tags: Женщины, Рабочие, Рокомпот, Россия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments