Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

С. В. Завадский о России, которую мы потеряли

Из книги С. В. Завадского «На великом изломе».
(Сергей Владиславович Завадский (1871—1935) — прокурор Петроградской судебной палаты в 1915—1917 годах, сенатор. Державный секретарь в правительстве гетмана Скоропадского. Общественный деятель русской эмиграции).

…у нас (это, я думаю, бесспорно) людей, годных в министры, хотя бы с оговорками, всегда было мало, а потому увеличившийся спрос на министров не мог не понизить требований, предъявляемых к уровню подготовки кандидатов. Если и основательно указывают, что советские деятели почти сплошь берутся явно не за свое дело и что временное правительство допускало такого военного министра и верховного главнокомандующего, как безнадежно штатский А. Ф. Керенский, то все же надобно признаться, что начало этому было положено назначениями Б. В. Штюрмера и А. Д. Протопопова. Я не буду голословен, но ограничусь двумя примерами, по одному для каждого. Штюрмер на посту министра иностранных дел обнаружил неведение, кому принадлежат Салоники: исход балканских войн остался ему неизвестным. А министр внутренних дел Протопопов домогался, чтобы военное министерство разрешило въезд в Россию немецкому шпиону; разумеется, об измене руководителя русской внутренней политики не может быть и речи: просто немецкий шпион еще перед войной как хиромант предсказал А. Д. Протопопову, что он встанет во главе правления, и Протопопов хотел теперь знать, исполнилось ли уже пророчество, или же ему предстоит дальнейшее возвышение, — а кто такой этот хиромант, министру внутренних дел заботы было мало.
И еще одним пороком страдало правительство: оно ни на кого не опиралось; оно не удовлетворяло ни крестьян, ни рабочих, ни торгово-промышленные круги, ни чиновничество, пи общественных деятелей, ни землевладельцев; не удовлетворяло оно ни фронт, ни тыл, ни левых, ни правых; не удовлетворяло, по-видимому, и самого царя. Не будучи уверено в своей правоте, оно не могло внушить къ себе уважения смелому; стыдясь своей неправоты, оно не могло показаться сильным трусливым: власть крепка только тогда, когда массы или еще верят в ее безупречность, дающую ей нравственный авторитет, или убеждены в совершенной ее бессовестности, позволяющей ей не задумываться перед средствами расправы.
Правда, этой беде долго помогала удивительная косность русских людей, как-то бессознательно предпочитающих быть обывателями, а не гражданами, стадом, а не обществом, но такая государственная невоспитанность огромного большинства, даже в образованных кругах, была выгодна правительству, когда население боялось, не будет ли от новшеств еще хуже. А между 1905 и 1916 годами произошла наглядная перемена, и все мы слышали перед революцией повсюду одну и ту же фразу; «хуже не будет». Слова эти были в корне ошибочны: всегда может быть хуже, потому что дно у чаши бедствий, по мере их накопления, опускается. Но такое настроение в массах должно было наводить на размышления: инертная обывательская толща, еще в 1905 году державшая дружественный нейтралитет по отношению к правительству, очевидно собиралась в следующей схватке старого и нового осчастливить этим нейтралитетом уже революционеров.
Уцелел ли по крайности последний столп старины: обаяние царского имени в широких народных низах? Пусть на правительство злобятся, но царь то, царь? Многие горячо хотели верить, что уцелел. Верил этому, кажется, и сам несчастный царь; но вера его покоилась на таком зыбком основании, как всеподданнейшие доклады А. Д. Протопопова и выкрики крайне правых организаций. Всего за нисколько дней до крушения старого строя министр внутренних дел отослал императрице записку о настроении умов в государстве и утверждал в этой записке, что крестьянство беззаветно предано царю и его семье и что всякая революционная попытка будет смыта волною народного негодования. Увы, сам Протопопов потом сознался, что писал заведомую ложь: хотел будто бы успокоить и ободрить. В действительности царское имя потускнело в народе, и потускнело оно также за последнее перед революцией десятилетие.
Tags: Николай II, Рокомпот
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments