Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Category:

Генерал Лукомский о Первой мировой

Из Воспоминаний генерала Лукомского.

Война 1914 г…застала русское военное ведомство еще не закончившим заготовку всего того, что было необходимо для армии.
С первых же дней мобилизации военным министром было отдано распоряжение начальникам главных довольствующих управлений развить максимальную производительность всех казенных заводов и мастерских и срочно дать заказы частной промышленности на заготовку всего недостающего.
К сожалению, в мирное время ничего не было сделано для перевода при мобилизации частной промышленности на заготовки для надобностей армии. Вопрос об этом подымался несколько раз, но не получил никакого разрешения.
Впрочем, в первые полтора месяца  войны не чувствовали неспособности нашей промышленности удовлетворить нужды армии, так как никто правильно эти нужды и не определял.
Еще сравнительно более точно были определены нужды армии по интендантскому ведомству. С одной стороны, по интендантской части были довольно правильно установлены нормы по опыту Русско-Японской войны, а с другой стороны, главный интендант генерал Шуваев оказался наиболее предусмотрительным и наиболее осторожным, чем остальные начальники главных управлений.
В конце сентября из штаба Юго-Западного фронта впервые поступили сведения о недостатке снарядов. Но этим заявлениям не было придано серьезного значения. Главное артиллерийское управление настойчиво доказывало, что на эти заявления нет надобности обращать серьезное внимание, что они основаны на донесениях некоторых начальников артиллерийских бригад, которые просто неразумно расстреливали снаряды чуть ли не по отдельным всадникам; что по имеющимся в Главном артиллерийском управлении сведениям некоторые начальники артиллерийских бригад при коротких остановках на позициях устраивают немедленно склады снарядов, доставляемых из парков, а при движении через несколько дней вперед эти склады бросаются и они пропадают; что во многих случаях просто не умеют организовать подвоз снарядов; но что вообще снарядов достаточно, и те заказы, кои даны, покроют потребность с избытком.
[Читать далее]Начались пререкания между Главным артиллерийским управлением и инспекторами артиллерии фронтов. Время, таким образом, шло, новых заказов (сверх уже данных) на снаряды не давалось, а с фронта начали доноситься уже вопли об их недостатке.
С октября 1914 г., кроме указаний о недостатке снарядов, стали поступать сведения о необходимости позаботиться о дальнейшем развитии производства винтовок, ружейных патронов, телеграфного и телефонного имуществ.
Винтовок перед войной, кроме полного комплекта на армию, было еще два комплекта на запасные батальоны. С тем количеством, которое вырабатывалось на оружейных заводах, общий запас винтовок казался достаточным. Но процент порчи винтовок в войсках, вследствие дурного ухода и процент порчи и потери их в боях был так велик, что все расчеты мирного времени оказались никуда не годными.
Расход ружейных патронов был не так велик в боях, как велика определилась утеря патронов солдатами на походе и в боях.
Телефонное и телеграфное имущество, выдаваемое войскам, положительно горело; но и нормы телефонного имущества на каждую часть и штабы оказались недостаточными.
Когда началась война, то только очень немногие из военных авторитетов допускали возможность, что она затянется больше года. Большинство же считало, что то колоссальное напряжение, которое вызвано войной, долго продолжаться не может, и она должна закончиться в течение 6-9 месяцев. Даже те, которые допускали, что война продлится более года, всё же не считали возможным, чтобы она затянулась на срок более полутора-двух лет.
Я в первый раз услышал о возможности очень продолжительной войны от английского офицера из великобританской военной миссии, бывшего у меня по какому-то делу в конце 1914 г. (к сожалению, я твердо не помню, кто именно был этот офицер, но кажется, это был полковник Нокс). Закончив со мной разговор по вопросу, который его привел ко мне, он меня спросил, что я думаю о продолжительности войны.
Я ответил, что совершенно не разделяю мнение тех, кои считают, что она закончится в течение шести месяцев; что эта война ставит на карту самое существование государств, а потому будет и ожесточенной, и продолжительной.
— Но всё же, как Вы думаете о том — сколько она будет продолжаться?
— Ну, это определить невозможно.
— Какой же все-таки срок Вы считаете наибольшим?
— Я думаю, что война продлится года полтора. Если же продлится дольше, то это будет полной катастрофой даже для государств-победительниц.
— Ну, Вы всё же не отвечаете, какой Вы допускаете наибольший срок войны.
— Ну, два-три года.
Мой собеседник, прощаясь со мной, сказал:
— Эта война — мировая катастрофа, и она короткой быть не может. Я считаю, что в лучшем случае она закончится через три года, а может затянуться и на шесть лет, а возможно и больше.
Это убеждение в краткости войны в связи с тем, что никто в начале ее не мог себе представить тех колоссальных требований различного материального имущества, которые предъявит армия, объясняет отчасти, почему главные довольствующие управления так медленно и так неохотно делали крупные заказы. К этому надо прибавить, что к требованиям, поступающим из армий, относились с недоверием, считая их преувеличенными и объясняя часто их тем, что войска хотят заготовить крупные запасы «на всякий случай», «впрок», а не вызываемые действительной потребностью.
Как я уже отметил, единственное главное управление, которое шло на крупные заготовки, — это интендантское; но и оно еще недостаточно поняло, до какого масштаба придется развить свою деятельность.
С октября 1914 г. начали поступать из Ставки Верховного Главнокомандующего требования об усилении деятельности тыла по снабжению армии всем необходимым.
Военный министр приказал своему помощнику генералу Вернандеру (на обязанности которого и лежало объединять деятельность главных довольствующих управлений), немедленно принять меры для выяснения действительной потребности армии во всем необходимом и наблюсти, чтобы заказы были даны и выполнены в кратчайший срок.
Мне было приказано принимать участие во всех заседаниях, которые будет собирать помощник военного министра. Начиная с октября состоялся целый ряд заседаний с представителями главных управлений. И на этих заседаниях наибольшие трения были с представителями Главного артиллерийского управления, очень неохотно соглашавшимися на большое увеличение заказов.
Наконец, в ноябре было установлено, что производство снарядов для полевой артиллерии должно быть доведено до 300 000 в месяц. В декабре, под председательством помощника военного министра, были собраны представители всех более крупных заводов, изготовлявших снаряды для армии, и были распределены по заводам новые наряды.
Между тем события на фронте начали приобретать для нас неблагоприятный оборот. После ряда неуспехов на Северо-Западном фронте начались, в апреле 1915 г., неудачи и в Галиции.
В конце 1914 и начале 1915 г. Верховный Главнокомандующий, Великий князь Николай Николаевич, прислал военному министру ряд резких телеграмм, упрекающих его в плохом снабжении армии; в телеграммах указывалось, что снарядов нет; что армиям приходится отбивать атаки почти голыми руками; что армии из-за недостатка огнестрельных припасов несут колоссальные потери. Великий князь настаивал на немедленной присылке достаточного количества винтовок, патронов и снарядов.
Главное артиллерийское управление продолжало упорствовать, что подача в армию ежемесячно 300 000 полевых снарядов будет совершенно достаточна. Эта цифра совершенно не удовлетворяла военное министерство, тем более что поступавшие требования указывали, что это недостаточно, а Главное артиллерийское управление не давало исчерпывающих объяснений, почему оно останавливается именно на этой цифре.
Обследование этого вопроса с данными по изготовлению составных частей снарядов открыло причину, почему артиллерийское управление указывало цифру в 300 000. Оказалось, что наши заводы не могут дать большее число ударных и дистанционных трубок. После этого было приказано Главному артиллерийскому управлению путем заказов за границей и путем производства в России более простых трубок французского образца — увеличить в срочном порядке получение ударных и дистанционных трубок.
Неуспехи наших армий на фронте вызвали большую потерю материальной части, а переход на некоторых участках к позиционной войне — вызвал целый ряд новых в ней потребностей.
Английская и французская промышленность всё, что могла, давала на свои армии и избытка пока еще не производила. Оставались Америка и Япония. Из Америки приходили неутешительные сведения о том, что всё, что возможно, скупается немцами и на быстрое выполнение заказов в Америке рассчитывать нельзя. В Японии же заказы можно было дать, но сложные производства, как, например, дистанционные трубки, также требовали много времени, так как их нужно было ставить наново.
В эти страны были командированы специалисты для обследования положения на месте, а пока, через различных комиссионеров и представителей фирм, стали давать заказы за границу на менее сложные предметы, требуемые для армии и на поставку коих были предложения.
Неудачи наших армий продолжались. Началось отступление по всему фронту: 22 мая (5 июня) был оставлен Перемышль, а 9/22 июня Львов.
Помимо недостатка снарядов для нашей артиллерии, сильно влиявшего на моральное состояние бойцов, мы встретили у противника в полевых боях артиллерию крупного калибра, которая эффектом своего действия еще более ухудшала положение.




Tags: Первая мировая
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments