Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

«Экономическое чудо» Южной Кореи

Автор - Дмитрий Бурминский.

Одним из примеров «экономического чуда», приводимого в пример сторонниками либеральной экономики, стал успех Южной Кореи. Страна, в которой только что отгрохотала гражданская война, страна, которая только что освободилась от колониальной зависимости, вырвалась вперёд, став символом успеха рыночной экономики.
Однако всё это миф. Экономическому успеху Южная Корея обязана не «невидимой руке» рынка, а плановой экономике, которая и «вытащила» страну в лидеры капиталистического хозяйствования.
Что представляла собой Южная Корея накануне своего стремительного взлёта?
[Узнать]
В 1961 году годовой доход составлял всего 82 доллара на душу населения. В среднем кореец зарабатывал в половину меньше чем житель Ганы (179 долларов). Страна лежала в руинах потеряв половину промышленной базы и 75% железных дорог. Однако, несмотря на разруху, первое, что сделало корейское руководство, это скопировало опыт Советского Союза – вложив огромные деньги в образование. В итоге к тому же 1961 году уровень грамотности вырос с 22% (1945 год) до 71%.
Экономика страны полностью завесила от вливаний из США и продажи сырья – вольфрама, рыбы, металла. К примеру, всем известная сейчас высокотехнологичная компания Самсунг начинала как предприятие по экспорту рыбы, овощей и фруктов. До 70-х годов компания занималась экспортом рафинированного сахара и текстилем.
В социальном плане корейцам жилось плохо. Примерно, как сейчас живётся в африканских странах. Несмотря на правительственную программу улучшения жилья, большинство корейцев жило в трущобах. Свирепствовала дизентерия, выкашивающая корейцев целыми кварталами. В правительстве страны царила коррупция и разворовывание кредитов, предоставляемых западными странами. «Свободные» рыночные отношения не только не улучшили ситуации, а привели к тому, что страна голодала – вывозя свои ресурсы и в первую очередь рис и рыбу на запад.
На этом фоне Северная Корея, выглядела чуть лучше. Там, благодаря помощи СССР и Восточного Блока, решили проблему с инфекционными болезнями и смогли обеспечить граждан приемлемым жильём. На этом фоне в Южной Корее стали говорить, что Север вырывается вперёд и неплохо бы свергнуть свои власти и уйти под власть Пхеньяна.
Чтобы не допустить этого сценария, в 1961 году генерал Пак, совершив военный переворот, приходит к власти. Однако генерал понимал, что одной силой удержаться у власти не получится. Что за послевоенное десятилетие «невидимая рука» рынка не только не вытащила страна из бедности, но благодаря коррупции вогнала в долги.
Президент Пак, сменивший военный мундир на деловой костюм, решил больше не доверять советникам из либералов, а решил пойти по стопам своего врага. Он объявил, что вырваться из нищеты корейцы смогут лишь при планировании хозяйства и ввёл пятилетние планы развития страны. Генералу очень нравился опыт восстановления хозяйства СССР в первые послевоенные пятилетки. И именно их он решил повторить.
Естественно, что на генерала прикрикнули из Вашингтона. Править – правь, сырьё – давай, но либеральную экономику трогать не смей. На что корейцы ответили с азиатской хитростью – хотите видеть нас союзниками против коммунизма – отвалите со своими рецептами и советами. Лучше ещё денег дайте, мы индустриализацию задумали.
К 1974 году генерал не только не справился с коррупцией, но увеличил её размахи. Вину за это он возложил на «демократию» и в середине того же года устроил автопереворот – распустил парламент и ввёл такую систему выборов, при которой обеспечивал себе пожизненное президентство. Чтобы не отпугнуть западных спонсоров, он объяснил это необходимостью борьбы с северокорейским коммунизмом. А чтобы поддержало собственное население, пообещал, что через две пятилетки обеспечит до 1000 долларов среднедушевого дохода. Что для корейцев прозвучало настолько фантастично, что северокорейский коммунизм выглядел более реалистичной программой.
Но у генерала были танки, и все пошли работать…

Пак понимал, что только индустриализация страны поможет корейцам вырваться из сырьевой зависимости и выйти в лидеры региона. Поэтому снова стал копировать опыт Советского Союза, запустив в 1973 году программу развития тяжелой и химической промышленности.
По этой программе в эксплуатацию вступили сталелитейный завод и современная верфь, а со сборочных линий сошли первые местные автомобили (собранные, впрочем, в основном из импортных запчастей). Появились новые компании, работающие в области электроники, машиностроения, химической промышленности и в других развитых производственных отраслях. В это время компания Самсунг отказывается от торговли рыбой и выходит на рынок полупроводников.
Генерал не обманул корейцев. Индустриализация страны «потащила» за собой рост уровня образования и рост доходов населения. За этот период среднедушевой доход вырос феноменальным образом – более чем в пять раз с 1972 по 1979 год. Казавшаяся фантастической цель – доход в 1000 долларов – на самом деле была достигнута на четыре года ранее установленного срока.
Еще быстрее рос экспорт: с 1972 по 1979 год он увеличился в девять раз. Этим корейцы «расстроили» своих западных союзников. Вместо страны, поставляющей сырьё, они получили страну-конкурента. А задушить «корейское чудо» не могли – геополитическая ситуация не позволяла.
Но всё же «напакостить» смогли. Корею, чтобы сдержать её бурный рост, стали ограничивать в иностранных инвестициях. На что генерал Пак ответил вполне в стиле своего Северного коллеги Кима, он ввёл жёсткий контроль над валютными операциями.
Под контроль был взят каждый доллар, который страна зарабатывала на экспорте. Зарубежная валюта была нужна для покупки машин и другого технологическое оборудование. Валюта была нужна для развития собственной промышленности. Поэтому генерал призвал молодёжь «стучать» на тех, кто курит иностранные сигареты и покупает иностранные вещи. Тех, кто тратил валюту на всякую ерунду, считали «предателями».
Трата валюты на что-то, не связанное с промышленным развитием, была запрещена или, по крайней мере, затруднена запретами на ввоз, высокими пошлинами и акцизными сборами (которые именовались «налогом на потребление роскоши»). Под категорию роскоши попадали даже совершенно обычные вещи: модели машин, виски, печенье. К примеру, для того чтобы ввезти в страну иностранное печенье, требовалось специальное правительственное разрешение.
Самим корейцам был запрещён выезд из страны, если они не выезжали для получения образования.
Индустриализация изменила и социальный облик Кореи. Из сёл в города в поисках работы пошли крестьяне. Условия труда были ужасными. В среднем рабочий день на предприятиях длился по 12 часов. Хозяева фабрик в столовых запрещали рабочим есть суп в обед из боязни, что рабочие потребуют еще один туалетный перерыв.
С приходом новых жителей в городах стали появляться трущобы. Люди жили где только можно, даже на городской помойке – острове Нанчжи. Сейчас на месте этой мусорной свалки расположена ультрасовременная высокоэкологичная метановая электростанция, которая работает на органическом материале этой свалки.
В октябре 1979 года генерал Пак был убит. Корейцев возмущали его диктаторские методы управления. Индустриализация хотя и улучшила жизнь корейцев, но проводилась она не для народа, а для обогащения кучки избранных коммерческих компаний. Взявших целую страну в заложники своих коммерческих интересов.
Это и понятно. Генерал Пак не собирался строить социализма, общества для всех. Ему нужно было чтобы его отсталая, зависимая от экспорта страна, вырвалась в передовые капиталистические страны. Народ для него был лишь инструментом для этих целей. Поэтому в социальном плане страна особо не продвинулась, оставаясь на уровне 60-х годов. Северная Корея с её бесплатным образованием, бесплатной медициной, условиями труда на предприятиях, продолжала выглядеть чуть лучше.
После убийства генерала Пака в стране началась «Сеульская весна». Корейцы потребовали, чтобы успехами индустриализации могло воспользоваться всё общество, а не частные компании. Были выдвинуты требования улучшения условий труда, введение социальных гарантий, пенсий, выплат по инвалидности. Корейцы требовали, чтобы были проведены демократические выборы, а власти соблюдали права человека.
Корейский генералитет посчитал, что требования, выдвигаемые народом, угрожают сложившейся к тому моменту власти бюрократии, военных и частных компаний.
«Сеульскую весну» задавили танками в мае 1980 года. К власти после кровавых расправ над недовольными пришёл новый диктатор – генерал Хван.
Индустриальный рост страны продолжился. Корея смогла выйти в лидера капиталистического мира.
Однако её экономический прорыв в «клуб первых» состоялся не по либеральным, рыночным, рецептам, что ей навязывали Западные страны. Прорыв удался потому, что был скопирован опыт экономического развития Советского Союза. Плановая экономика «вытащила» Корею. А страны, в которых власти «раскрыв рты и развесив уши» (имея, конечно, собственный коррупционный интерес) слушали и исполняли все инструкции неолиберальных экономистов, до сих пор остались в «третьем мире».






Tags: Капитализм, Южная Корея
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments