Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Никанор Савич о Временном правительстве

Из Воспоминаний Никанора Васильевича Савича.

Государь в момент отказа от власти, завещанной ему от предков, совершенно определенно выявил, кому и на каких условиях он эту власть передает.
Он еще до отречения подписал указ о назначении главою министерства кн. Львова. В то время вся наша радикальная интеллигенция, голосу которой ошибочно придавали значение голоса народа, требовала Министерства общественного доверия, причем возглавителем такового называли кн. Львова. Последний был также кандидатом думской фракции кадетов, которой приписывали роль руководителей Прогрессивного блока. Естественно, в представлении Царя и его окружения, кн. Львов являлся тем излюбленным русскою общественностью, возглавителем будущего конституционного правительства, который пользуется обеспеченным доверием большинства Думы. Его назначение в глазах Государя было решительным переходом к той форме правления, которую при Дворе называли «конституцией» и которую в общежитии мы именуем «парламентарным строем».
[Читать далее]
Еще резче подчеркнул он это свое решение текстом отречения в пользу В. К. Михаила. Именно — там он определенно ставил условием своему брату правление в «единении» с Государственной Думой, т. е. устанавливался режим совместного правления монархической власти и народного представительства, иначе говоря — парламентаризм...
В ту пору Государственная Дума была в зените своей популярности...
Эта популярность за последнее время быстро возрастала не столько в силу заслуг и качеств Думы, сколько в силу бурно нараставшего недовольства деятельностью правительства и разочарования в носителе наследственной власти...
Эти настроения в известной мере докатились до Ставки, отсюда решение Государя установить в момент отречения новую, чисто парламентарную форму правления, осуществлять которую был призван его брат, не связанный присягой сохранять незыблемость «самодержавия», что до него клялись делать наши Императоры при вступлении на престол.
Это выражение последней воли, можно сказать — политического завещания последнего Императора, не было ни понято, ни принято к исполнению Временным правительством. Напротив, оно, предлагая В. К. Михаилу проект отречения от завещанного ему трона, постаралось изгнать из текста отречения указания на взаимоотношения между новым правительством и Думой. В этом тексте не было указания на правление «в единении с Государственной Думой», это место, бывшее в отречении Императора, было заменено ничего не значащей фразой о передаче власти правительству, «по почину Государственной Думы» созданному. Таким образом, текст отречения В. К. Михаила передавал как бы всю власть целиком Временному правительству, делал его совершенно независимым от Думы, освобождал его от необходимости какого-либо с ней общения и сотрудничества в деле управления страной. Текст Государя вводил у нас не только конституционное, но и парламентарное правление, текст В. К. Михаила, написанный лицами, приглашенными для того Временным правительством, вводил режим «самодержавной» олигархии, передавал полноту власти небольшому числу лиц, ни пред кем не ответственных, ни на какие реальные силы в стране не опирающихся...
Кн. Львов вообще не был человеком борьбы, а на борьбу с левыми ни он, ни поддерживавшие его кадеты абсолютно не были способны. Упразднение Думы, установление собственного самодержавия пока что опасность этой борьбы устраняли. Они и пошли по этому наиболее легкому пути.
Тем самым они упустили момент для укрепления своей, да и вообще государственной власти, толкнули страну по скользкому пути революционного эксперимента, не использовали случай установить у нас режим парламентарного управления.
Таким образом, последний жест последнего Императора, коим он вводил в России парламентарный строй, был аннулирован теми, кои годами вели борьбу с «самодержавием» якобы ради установления этого парламентарного строя. Вместо последнего они попытались, хотя бы на время, ввести правление «самодержавной» олигархии.
Лишенные моральной поддержки Государственной Думы, которая все же была народным представительством, хотя и цензовым, но уже привычным и хорошо известным стране, они попали в положение узурпаторов, захвативших силой и хитростью власть, никем, по существу, не выбранных. А в то время только выборный принцип имел какой-либо престиж. В этом отношении совдепы имели пред Временным правительством громадное преимущество: они были собранием выборных людей, пусть самочинной и нелегальной, но все же выбранной кем-то организацией.
В середине лета 1917 г. результаты «великой и бескровной» стали ясны для всякого здравомыслящего обывателя. Развал в тылу был полный, фактически все органы правительственной власти были в параличе, администрация под мудрым управлением министра внутренних дел давно перестала существовать. Временное правительство после ухода Гучкова и вынужденной левыми отставки Милюкова существовало больше для видимости, оно решительно капитулировало пред революционной демократией, держалось только по милости последней.
Хуже всего было то, что процесс распада начал захватывать самую армию, под неослабным воздействием пропаганды социалистов всех мастей авторитет командного состава быстро падал, дисциплина разрушалась вконец. Правительство не реагировало. Правда, сперва пробовали «уговаривать» солдатню, посылали на фронт кое-кого из левых депутатов говорить никчемные речи, но скоро убедились, что ораторы большевиков и левых эсеров имеют над ними решительный перевес. Сам командный состав был бессилен, отмена смертной казни в разгар войны выбила у него аппарат воздействия, а без террора вообще воевать нельзя.
Лето смутного 1917 года. Дела на фронте шли отвратительно. Керенский, получивший в общежитии титул «Главноуговаривающего», окончательно провалился как глава правительства и особенно как военный министр. Начатое по его настоянию наступление в Галиции после мимолетного успеха у Галича превратилось в полный и позорный разгром, распропагандированная армия покатилась назад, бросая целые горы с таким трудом созданного снаряжения и вооружения.


Tags: Временное правительство
Subscribe

  • Чехословацкий легион в России

    Из статьи Д. В. Салдугеева «Чехословацкий легион в России». С началом Первой мировой войны среди чехословаков оживились никогда…

  • А. С. Ермолов о Рокомпоте. Часть II

    Из книги А. С. Ермолова «Неурожай и народное бедствие» . Помимо продаж на покрытие действительной потребности крестьян в покупных…

  • А. С. Ермолов о Рокомпоте. Часть I

    Из книги А. С. Ермолова «Неурожай и народное бедствие». Прежде всего нельзя не остановиться на рассмотрении вопроса о…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments