Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

А. В. Сушков о Ленинградском деле

Из книги Андрея Валерьевича Сушкова «Ленинградское дело»: генеральная чистка «колыбели революции». Выкладываю только заключение (представляющее собой общие выводы), для конкретики же и деталей нужно читать всю книгу.
К концу 1948 года у И.В. Сталина стало накапливаться недовольство в отношении «ленинградцев». В первые послевоенные годы по линии госбезопасности к нему поступала информация «о непорядках в ленинградском руководстве». Но, судя по отсутствию видимой реакции Сталина, можно предположить, что этих материалов было недостаточно для их рассмотрения Секретариатом ЦК или Комиссией партийного контроля при ЦК ВКП(б). Тем более что расследование по масштабному «делу скорпионов» завершилось судебным процессом и уголовным наказанием для уличённых в коррупции представителей ленинградских властных структур.
В середине 1948 года, ещё до смерти А.А. Жданова, работа управления кадров ЦК ВКП(б) под руководством ждановского ставленника А.А. Кузнецова подверглась критике, важное структурное подразделение в ЦК партии было ликвидировано. Кузнецов, тем не менее, сохранил обязанности секретаря и члена Оргбюро ЦК ВКП(б), что свидетельствует об определённом лимите доверия со стороны Сталина.
[Читать далее]
Спусковым механизмом в «деле» послужило поступление анонимного письма о фальсификациях результатов тайного голосования на состоявшейся в декабре 1948 года в Ленинграде областной и городской объединённой партийной конференции. К разбирательствам подключился второй секретарь ЦК ВКП(б) Г.М. Маленков, содержащиеся в анонимном письме сведения получили подтверждение. Повышенное внимание к этим нарушениям вполне объяснимо: введённые И.В. Сталиным в управленческую практику принципы выборов партийных органов являлись непременным условием функционирования партийно-государственной системы власти. Угроза для сталинской системы власти заключалась в том, что «ленинградцы» продемонстрировали способ свести на нет систему тайного голосования в партийных организациях.
Другим предметом разбирательств стали получившие известность разговоры А.А. Кузнецова и его приближённых, суть которых сводилась к необходимости создания партийного руководства РСФСР во главе с Кузнецовым. Истинный смысл своих желаний - стремление к власти - «ленинградцы» пытались завуалировать, преподнести как желание «облегчить», снизить нагрузку на ЦК ВКП(б), и чтобы у русского народа появились «партийные защитники». Близкий к «ленинградцам» председатель Совмина РСФСР М.И. Родионов ранее обращался к Сталину с предложением создать такой орган в виде структурного подразделения ЦК партии - бюро ЦК ВКП(б) по РСФСР, но поддержки его предложение тогда не получило. Содержание разговоров среди «ленинградцев» о создании российской компартии и её руководящих органов Сталин, оправданно либо неоправданно, воспринял всерьёз и лично разъяснил им негативные последствия подобных действий. Воплощение в жизнь идеи о создании руководящего партийного органа РСФСР, которую вынашивали «ленинградцы», осознавали они того или нет, повлекло бы за собой значительные подвижки в высшем руководстве СССР, перераспределение полномочий в высших органах власти и появление там одной из самых влиятельных фигур.
Вышеперечисленное в совокупности с обвинениями в нарушении государственной и партийной дисциплины (проведение Всесоюзной ярмарки), в «антипартийной групповщине», включая стремление «ленинградских вождей» непременно иметь «шефов» в высшем руководстве страны, и рвачестве, в нарушении принципов подбора кадров и создании атмосферы подхалимства, угодничества и самовосхваления привели к отставкам
А.А. Кузнецова, М.И. Родионова и руководителей Ленинграда и области. Но не к их аресту, что неизбежно бы произошло, будь на то воля Сталина. Такое решение появилось позже, с появлением новых компрометирующих сведений.
После смены ленинградского руководства в Москву стали поступать материалы об «антипартийном поведении» бывшего руководства города и области в годы войны и послевоенное время - коррупции, пьянстве и морально-бытовом разложении, а также дополнительные сведения о проявлениях парадности, самовосхваления, вождизма. Эти явления получили широкое распространение на всех уровнях ленинградского партийно-государственного аппарата, в низах копировали поведение вышестоящих. Ленинградские властные структуры, хозяйственные организации, различные учреждения и ведомства оказались опутаны разветвленной сетью патрон-клиентских связей, где не было места «чужакам». Пытающихся сопротивляться царившим в Ленинграде нравам изгоняли из системы власти, что впоследствии было квалифицировано как «зажим критики и самокритики» - нарушение одного из принципов функционирования сталинской системы власти.
Ленинградские выдвиженцы, судя по всему, аскетизмом не страдали, в «своих» регионах устанавливали «ленинградские порядки», стремились поддерживать связь с А.А. Кузнецовым и руководителями Ленинграда, демонстрировали почтение своему «цековскому шефу» и прочили ему большое будущее. На ближайшем партийном съезде многие кузнецовские выдвиженцы из числа руководителей областей должны были войти в составы членов или кандидатов в члены ЦК ВКП(б). Выдвижение руководящих кадров по принципу знакомства, личной преданности и приятельских отношений не могло не вызвать негативной реакции у Сталина. Расстановка «своих людей» на многих ключевых постах в партийно-государственном аппарате страны была интерпретирована как действия, имеющие своей конечной целью реализацию властных амбиций «ленинградцев».
Важное место среди обвинений заняли факты использования ленинградским начальством служебного положения в личных целях, разбазаривания продовольственных ресурсов. Подобные явления в первые послевоенные годы в различной форме и масштабах проявлялись во многих регионах страны. Как свидетельствуют архивные документы, коррупция приобрела колоссальный размах и высшее руководство позднесталинского СССР предпринимало решительные шаги по борьбе с ней. Разбирательства по «коррупционным делам», где основными фигурантами выступали руководители различных властных структур и хозяйственное начальство, не сходили с повестки дня заседаний Секретариата ЦК ВКП(б) и, в первую очередь, Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б). Вместе с тем подобные явления в Ленинграде вызывали наиболее резкую негативную реакцию со стороны центральных властных инстанций, ведь они, эти явления, имели место на фоне страшных бедствий, обрушившихся на город и область в военные и первые послевоенные годы. Пресыщенная жизнь высшего ленинградского начальства, материальное обогащение за государственный счёт на фоне ужасающей ленинградской повседневности вполне могли стать дополнительным фактором в принятии решения о жёстком наказании основных фигурантов «ленинградского дела».
Следует отметить отсутствие каких-либо доказательств того, что обвинения в коррупции были лишь поводом для расправы над «ленинградской группой». Длительная скрупулёзная работа сотрудников финансовых органов, партконтроля и госконтроля, партийно-государственного аппарата по выявлению и документированию финансовых нарушений и различных злоупотреблений в Ленинграде теряла всякий смысл, если бы перед верховной властью стояла единственная задача - любыми средствами получить от обвиняемых необходимые, обличающие их показания. С подобной «проблемой» самостоятельно и вполне успешно могли справиться органы госбезопасности путём применения к обвиняемым мер физического воздействия. К тому же следует иметь в виду то обстоятельство, что многие факты и детали «антипартийного поведения» ленинградских чиновников не были преданы огласке даже на партийных форумах. Тщательно задокументированные, они были сокрыты в недрах архивов ЦК ВКП(б) и МГБ СССР. И по сей день там остаются, являясь одной из самых охраняемых архивных тайн в постсоветской России.

Tags: Ленинградское дело
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments