Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Ратьковский И.С. Крымские расстрелы зимой 1917–1918 гг. (по воспоминаниям их участников)

Взято отсюда.

Для первого периода советской власти был характерен отказ от применения смертной казни. Попытки ее введения в обход Постановления II Съезда Советов рабочих и солдатских депутатов о ее отмене, предпринимаемые другими органами власти и различными советскими деятелями, решительно пресекались вплоть до постановления «Социалистическое Отечество в опасности» от 21 февраля 1918 г. Вместе с тем на местах было сильное противодействие этой практике. Чаще всего это исходило из политических кругов более радикально настроенных, чем партия большевиков. Данное явление было характерно для новоявленных членов партии левых эсеров, например, М.А. Муравьева, и представителей различных анархистских групп (не всех). Так, М.А. Муравьев был причастен к январским 1918 г. расстрелам в Киеве, а ряд анархистов, наряду с представителями местной организации большевистской партии, к крымской расстрельной практике зимы 1917/1918 г.
[Читать далее]
С этой точки зрения большой интерес представляют воспоминания Василия Власьевича Роменец (1889–1957). Они достаточно подробно раскрывают крымские репрессии в конце 1917 г. – начала 1918 г. Это не случайно, т. к. он был одним из их главных инициаторов и руководителей. В 1955 г. он написал мемуары, впоследствии дополненные рядом материалов. Этот источник хранится в Центральном государственном архиве историко-политических документов Санкт-Петербурга...
Участвовал во взятии Зимнего дворца. Здесь проявилась его склонность к насилию. «В этом штурме я также участвовал со стороны Александровского парка. У Зимнего дворца здесь стояли ударные женские батальоны Керенского, прикрытием у них были дрова. На предложение сдаться морякам, эти ударницы поспешили открыть по нас из пулемета огонь. Тут некогда было разговаривать с этой ударной мразью, и они были уничтожены в течении нескольких минут, — не одну пришлось приколоть, да и вообще как приходилось некоторых прямо толчком, некоторые сдавались да некогда с ними было вообще огород городить… Все стремились скорее захватить временное правительство… этот час настал, но последовал приказ всех их забрать живыми, а желание у нас было другое»...
В декабре 1917 г. в Крыму проходил трибунал над участниками репрессий в период первой русской революции, в т.ч. над контр-адмиралом Н.Г. Львовым (судья П.П. Шмидта) и офицером Каракозовым, который, согласно автору воспоминаний, лично плевал перед казнью в лицо осужденному. Председателем трибунала был левый эсер Шашков. Всего было арестовано 65 человек. Трибунал приговорил некоторых на каторгу сроком на 12 лет, остальные получили другие сроки. Так, Ф.Ф. Карказ (Каракозов) оказался осужден на 10 лет. Данный приговор казался многим на Черноморском флоте чрезмерно мягким. В.В. Роменец указывал: «Революционная масса моряков в Севастополе была недовольна и требовала наказания такого, которого эти изверги заслуживали. Трибунал – медлил, пришлось мне приговор трибунала отменить, а всей этой банде указать место за Малаховым курганом в эту же ночь», – вспоминает Роменец...
В начале 1918 г. ситуация в Крыму становится более сложной. Налицо было продолжавшееся вооруженное противостояние революционного матросского Севастополя и внутреннего Крыма, который был центром сопротивления. «Черноморцам» противостояли Совет народных представителей (проукраинский центр сопротивления), татарский Курултай (опора на национальные татарские части (эскадронцы) количеством в 6 тыс. штыков и сабель) и Крымский штаб (формально около 2 тыс. офицеров, фактически 4 офицерские роты: всего 400 человек).
В январе 1918 г., согласно мемуарам В.В. Роменец, ситуация резко обостряется: происходит «татарское восстание» (выступление татарских вооруженных отрядов), а также усилилась работа белогвардейского подполья. К ним были применены суровые меры. Сам Роменец не указывает на обстоятельства этих событий... Возможно, что он не имел к ним прямого отношения, либо он предпочел их не упоминать. Однако Роменец указывает на февральские расстрелы 1918 г. «Явные виновники — организаторы татарского восстания и особенно украинская реакция, которая обосновалась в Севастополе, получили свое в февральские дни (21, 22, 23 февраля 1918 г.) и особенно в ночь на 22 февраля 1918 г. Такие крутые меры пришлось принять в силу того, что был раскрыт заговор Севастопольской Рады, и списки участников заговора в количестве 383, были доставлены мне М.М. Богдановым, который являлся секретарем этого секретного заседания, но был нашим человеком»...
Это было самосудное местное решение, никак не согласованное первоначально с Петроградом. Особенно недоволен указанным массовым расстрелом был советский нарком по иностранным делам Л.Д. Троцкий, который телеграммой потребовал от В.В. Роменец незамедлительно выехать в Петроград для разбирательства. Подобная реакция Троцкого возможно была связана с тем, сто подобный расстрел мог дать основание для Германии занять Крым для наведения порядка.
Тон телеграммы был резким и грозил применением самых суровых мер в отношении последнего: «Всем, всем, всем! Виновники кошмарного произвола и беззакония, учинившие самосуд и расправу в Севастопольском порту и крепости Революционным Комитетом будут расследованы и преданы суду. Народный Комиссар по иностранным делам ТРОЦКИЙ». Как писал сам мемуарист: «Я лично ехать в Центр очень трусил. Вначале я доложил об этом Дыбенко, а затем отдельно Раскольникову, а потом после этого было решено не идти к Троцкому, а пойти прямо к В.И. Ленину». При этом на встречу приехавший в Петроград Роменец пошел один. В.И. Ленин при состоявшейся встрече критиковал его за самоуправство, за несогласование своих действий с советским правительством. Сам В.В. Роменец оправдывался тем обстоятельством, что если бы согласовали все с Петроградом, то упустили бы время. Сначала надо было списки с пояснениями зашифровать, затем отправить по телеграфу в Петрограде, затем там было бы потрачено время на расшифровку и обсуждение, а затем опять зашифровка и оправка телеграмм и т.д. Поэтому руководство черноморских моряков приняли ответственность на себя. Роменец и впоследствии признавал лишь отдельные ошибки: «Принимая во внимание, что иного выхода не было, принимавшиеся меры в основном были правильные, за исключением отдельных моментов, когда были допущены отдельные случаи сведение личных счетов со стороны отдельных лиц»...
26 августа Новороссийск был захвачен частями генерала А.П. Кутепова. Архив Роменец был захвачен, но сам он спасся (за его голову было обещано 20 тыс. рублей золотом). Небольшие воспоминания о деятельности В.В. Роменец в Новороссийске также отложились в фондах ЦГА ИПД СПб. Бывший управляющий Народным банком в Новороссийске в 1918 г. А.С. Добровольский указывал, что Роменца боялись не только враги советской власти, но и ее сторонники. После упоминания его фамилии решения принимались быстрее. Мемуарист также приводил указанные сведения о обещанной награде, а также тот, момент, что после ареста белыми властями ему обещали простить все «его прегрешения», если он даст сведения, которые будут способствовать поимке Роменец.
Отметим, что в Новороссийске в эти дни состоялся массовый расстрел белыми войсками красноармейцев и моряков. Особенно преследовали черноморских матросов, которым припоминали все их действия в 1917–1918 гг., вне зависимости от личного участия в них. Количество уничтоженных в Новороссийске составило многие сотни людей. По данным Г.М. Ипполитова, в городе было расстреляно 400 раненых красноармейцев. На наш взгляд, это минимальные цифры и число погибших после занятия города было гораздо больше. Общее количество жертв в Новороссийске не установлено. В докторской диссертации Н.А. Сухановой упоминается о расправе над 7 тыс. ранеными красноармейцами (без указания количества казненных). Максимальные цифры новороссийского кошмара обнаруживается в работах историка А.А. Зайцева: до 12 тыс. раненых красногвардейцев, матросов, рабочих. Однако следует отметить, что в докторской диссертации Зайцева эти данные отсутствуют. Указанные Н.А. Сухановой и А.А. Зайцевым цифры представляются завышенными, но «новороссийский кошмар» имел место и стоил жизни нескольким тысячам человек. Значимая часть из них были черноморскими матросами. Маховик взаимных репрессий был давно уже запущен.
В.В. Роменец между тем скрылся в местные горы, где стал командиром партизанского отряда (комиссар В.Н. Толмачев). Его пребывание в отряде не было продолжительным. Жена Роменец ожидала рождения ребенка, поэтому он вернулся в родные края. Там, в городе Кролевец он оставил беременную жену, и вскоре был здесь арестован 12 декабря 1918 г. Он был петлюровцами приговорен 23 декабря 1918 г. к смертной казни, но бежал... 12 ноября 1940 г. произошла, согласно мемуарам Роменца, умышленная авария на шахтах Урала, в результате чего он стал инвалидом I группы...
Воспоминания Роменец о крымских событиях дополняют другие мемуарные источники. Несколько большие цифры расстрелянных в январско-февральские дни 1918 г. в Крыму приведены в воспоминаниях Михаила Алексеевича Петрова, написанных в 1932 г... Особенно подробно им освещен эпизод с гибелью в Евпатории местного председателя ревкома Давида Лейбовича Караева. Еще в конце декабря, согласно М.А. Петрова, против советской стороны в Крыму выступило русское офицерство и вернувшиеся с фронта вооруженные отряды татар. При поддержке матросов, прибывших на кораблях из Севастополя, удалось начать разоружение офицерских отрядов в ряде крымских городов, в т. ч. в Евпатории. Однако после ухода матросов из Евпатории ситуация в городе вновь обострилась. Предваряя возможное новое возвращение отрядов матросов и их десантирование в городе 12 января 1918 г. офицерами была захвачена береговая батарея. Это усложняло возможный десант черноморских матросов. Караев попытался вступить в переговоры с захватившими батарею офицерами, но был ими захвачен в плен. Некоторое время о его судьбе не было ничего известно.15 января 1918 г. его обезображенный труп (с переломанным позвоночником и головой, пригнутой к ногам) был обнаружен. По ряду данных, его после истязаний и пыток, еще живым, закопали в песок. Он был убит 13 января 1918 г. на следующий день после захвата в плен. Отметим, что казнь Д.Л. Караева носила нарочито традиционный «татарский» вариант: с переломанным позвоночником.
М.А. Петров уточняет роль отдельных белых офицеров в этом действии: «Когда Новицкий схватил Караева за воротник, втащили в штаб. Здесь начали всячески мучать, привязали ноги к голове. В груди у Караева образовалась две раны. Намучавшись вдоволь свою жертву белогвардейцы закопали на самом берегу моря засыпали песком, чтобы не осталось и следа. Как видно такую пытку и убийство провели ночью». Позднее его тело нашли напротив дачи Гира, зарытого в песке. Это было одним из многих событий, которые определили последующие массовые красные расстрелы в Евпатории: «Общим числом из белогвардейцев было изъято до 500 человек. Важно то, что был изъят глава всех белогвардейцев полковник Вигром. Кроме того: граф Манчук, граф Татищев, капитан Новицкий, Дубасов, Шишкин и другие…» В данном случае, воспоминания Петрова фиксируют массовые расстрелы в Евпатории в январе 1918 г., неупомянутые в воспоминаниях Роменца. Цифра в 500 человек, упомянутая Петровым как «изъятые», возможно достаточно точна. Так С.П. Мельгунов указывал на не менее 300 расстрелянных лиц в Евпатории 15–17 января.
Характерно, что расправа с Новицким, непосредственным виновником гибели Караева, была наиболее жестока. Существуют много ее описаний. «Ужаснее всех погиб штабс-ротмистр Новицкий… Его, уже сильно раненого, привели в чувство, перевязали и тогда бросили в топку транспорта “Румыния”. На берегу находились жена Новицкого и его 12-летний сын, которому обезумевшая от горя женщина руками закрывала глаза, а он дико выл». В данном описании есть элемент чрезмерной детализации и образности. Например, не понятен смысл закрывания глаз сыну Новицкому, если он стоял с матерью на берегу, а расправа была произведена в трюме судна. Однако сам факт жестокой расправы с Новицким можно признать. Очевидно, что матросам была известна его особая роль в расправе с Караевым, его личное участие в жестоких пытках над ним. К сожалению, практически все описания казни Новицкого в современных исследованиях не упоминают этого факта, тем самым искажая жестокую взаимосвязь указанных январских событий.
Между тем само описание указанных событий (расправ над Караевым и Новицким) достаточно полно и объективно изложено в автобиографическом романе «О, Юность моя!» известного российского поэта и прозаика И. Сельвинского, проживавшего в Евпатории в этот период. Роман неоднократно публиковался в СССР и данная информация считалась достоверной. Вот как описывается эпизод смерти Караева в романе: «Постойте! Вы кто такой? — спросил подошедший к ним начальник наружной охраны капитан Новицкий. — Я председатель Евпаторийского военно-революционного комитета. Новицкий растерялся. — Проводите меня к Выграну! — потребовал Караев. Капитан готов уже был подчиниться властному голосу, но в этот момент к ним подошел прапорщик Пищиков. — Это Караев! — закричал он в испуге.— Самый страшный большевик города. Бейте его! Пищиков с размаху ударил Караева в лицо. Новицкий бросился на подмогу. — Бей его! Чего стоишь? — закричал он часовому. Часовой вздрогнул, потоптался на месте, крякнул, матюкнулся и принялся действовать прикладом. Караев лежал на боку. Он тихо стонал. Изо рта пузырилась кровь. Капитан ногой опрокинул его на спину. Теперь стало видно, что у Караева выхлестнут глаз и выбиты зубы. Очнувшись, он стал надрывно кашлять, захлебываясь кровью. Капитан, тяжело дыша от усталости, вдруг увидел сторожа Рыбалко, обслуживавшего “Виллу роз”. — Мешок принеси! Живо! И веревку! Капитан и прапорщик накинули на шею Караева петлю, притянули голову к ногам, скрутили и, надев на него мешок, Поволокли к пляжу. По дороге Новицкий, достав лопату, изо всех сил врезал ее в свою жертву. В мешке что-то хрустнуло. Когда притащили Караева к морю, он еще дышал. Стали рыть могилу. Караева бросили в мокрую яму и засыпали живого. — Нет, вы подумайте! — возмущенно говорил капитан прапорщику на обратном пути.— Посмел явиться! Лично! Важная птица! А? Только подумайте! Наглость какая!.. Ему было стыдно перед Пищиковым». Ярким в романе было и описание казни Новицкого. «В кают-компании курить не положено, но сейчас курили все. Табак самсун лежал золотисто-рыжей коппой на газете, и каждый брал столько, сколько хотелось. — Ты самолично видел, как Новицкий убивал Караева? — спросил председательствующий матрос. — Самолично,— уверенно и печально ответил Рыбалко. — Правду он говорит? — обратился председатель к Новицкому, — Правду. — Ну что же, товарищи. Дело ясное. Какой будет приговор? — Колосник — и в воду! — Кто «за»? — Еще имею добавить,— сказал Рыбалко.— Когда уже Караева запихнули в мешок, этот Новицкий ка-ак дасть ему заступом! Ей-богу! Вот вам истинный крест! Я и сейчас слышу… как оно там хрустнуло. Эта подробность всех потрясла. — А зачем же вы так? — тихо и страшно спросил председатель Новицкого.— Ведь он и без того был искалеченный. Новицкий молчал. — И закопали они его еще живущего,— снова добавил Рыбалко, грустно качая головой. — Видали зверюгу? — сказал матрос и, глубоко затянувшись, тяжело выдохнул дым из ноздрей.— В топку его! У Новицкого подкосились ноги, и он попытался ухватиться за Рыбалко. Старик брезгливо отстранился. Два матроса подхватили офицера под руки и увели из каюткомпании. — Вам чего, ребята? — спросил гимназистов председатель. Ребята стояли зеленые от страха. Здесь пугало все: и чудовищное злодеяние офицера, и не менее ужасная месть матросов.
В постсоветский период описание И. Сельвинским казни Караева считались авторским вымыслом, опровергалось априори: капитан Новицкий показывался невинной жертвой красного террора. Это встречалось и в опубликованных воспоминаниях о январских событиях в Евпатории. В этом отношении характерным является описание указанных событий в воспоминаниях А.Л. Сапожкова. Отмечая, что капитан Новицкий оказал сопротивление при аресте и отстреливался до последнего патрона («выведя из строя несколько своих преследователей»), автор тем не менее указывает далее: «кто убил Караева, тогда никто не знал, никакого следствия не было, да, наверное, в тех условиях и быть не могло. Сельвинский же утверждает, что его физическим убийцей являлся капитан Новицкий. Пусть это лежит на совести писателя: я же уверен, что ни Выгран, ни Новицкий такой уголовщиной лично не занимались». На наш взгляд воспоминания М.А. Петрова свидетельствуют в пользу Сельванского, а не Сапожкова и именно на совести последнего искажение информации и неправомерное обвинение Сельванского.
Отметим, что Караев не был первой и единственной жертвой этих дней. Например, 9 января 1918 г. при взятии белыми Мордвиновского дворца в Крыму (Ялта) и был захвачен и зарублен большевик Э. Кин. Вместе с ним в дворце была казнена целая группа его соратников. В ходе военных действий в Ялте погибло с обеих сторон до 150 человек. Впоследствии в Ялте также были массовые расстрелы.
Интерес представляет и другие сведения, упомянутые в мемуарах М.А. Петрова...
Характеризуя мартовский расстрел 19 членов евпаторийской парторганизации 1919 г., он указывает, что после того как их высадили на ст. Семиколодцев «для того чтобы они не убежали их связали проволокой и потом расстреляли»...
Упомянута им и расправа лета 1920 г. над пленными красноармейцами в Крыму, чему он был свидетелем: «Когда Жлоба наш красный командир был разбит под боями Токмоком, взят в плен отряд в Колтеске до 300 человек, то пленные были направлены в Евпаторию. Среди них была взята в плен сестра милосердия, которая начала выдавать белогвардейцам коммунистов и командный состав. По указанию ее белогвардейцы забранных расстреливали. Сколько мы не старались потом изловить эту предательницу сестру, поймать ее не могли, она бесследно исчезла». Общее количество расстрелянных в Евпатории автор не упоминает, но указывает, что позднее подпольщики пытались освободить оставшихся в живых 200 красноармейцев. Тем самым в городе расстреляно было около 100 человек. Евпаторийские расстрелы 1918 г. не были отдельным эпизодом гражданской войны в Крыму, впоследствии дополняясь новыми карательным акциями с обеих сторон.


Tags: Белые, Белый террор, Красный террор, Крым, Смертная казнь
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments