Владимир Александрович Кухаришин (kibalchish75) wrote,
Владимир Александрович Кухаришин
kibalchish75

Categories:

Борис Кандидов о партизанском движении в Приморье и деятельности религиозных организаций

Из книги Бориса Кандидова «Японская интервенция в Сибири и церковь».

События гражданской войны в Приморье продолжались около 5 лет. Активнейшая роль здесь принадлежала японским интервентам. Без их поддержки местные белогвардейцы были бессильны. Лишь в интервентских штыках золотопогонники получали необходимую опору, чтобы удерживать власть, насильничать и грабить.
Краткий перечень важнейших событий покажет истинную роль японских оккупантов, нагло заявлявших о своем «невмешательстве» и одновременно пушками и пулеметами утверждавших свое господство.
Советская власть во Владивостоке установилась вскоре же после Октябрьской революции, в ноябре 1918 г. Контрреволюционный переворот в июле 1918 г. был произведен чехословацкими войсками при поддержке японцев. При этом японские войска захватили пороховые магазины. С этого времени японское командование начало продвигать войска в глубь Приморья. 6 июля вместе с чехословаками они занимают Н.-Уссурийск, 5 сентября помогают калмыковским бандам занять Хабаровск и 18 сентября захватили Благовещенск. Весь этот район и Забайкалье японские интервенты считали «своим» и установили здесь систему беспощадных расправ с рабочими и крестьянами...
[Читать далее]
В 1920 г. на всех других фронтах мы разбили врагов. Однако в Приморье вплоть до зимы 1922 г. господствовали японские оккупанты. Контрреволюционный меркуловский переворот 21 мая 1921 г. был организован при поддержке японцев. «Правительство» генерала Дитерихса тоже опиралось на японские штыки.
Японские оккупанты без всякого стеснения хозяйничали на территории Дальневосточного края, считая его своей будущей колонией. Бесцеремонно они расправлялись с арестованными партизанами, применяли утонченную систему пыток и убивали их. Японские войска сжигали целые села, расстреливали пленных, потоками крови заливали города и деревни.
В одном из партизанских воззваний 1919 г. говорилось:
«Японские войска ввели ужасный по своей жестокости способ огня тяжелой артиллерии без предупреждения, обращая в пепел целые деревни с целью уничтожения гнезд большевиков. Деревня Сахатин и Ивановка, близ Владивостока, были разрушены таким образом...».
Утверждая свою власть, японские оккупанты широко использовали белогвардейщину. На территории Приморья скопилось много белой эмиграции, выброшенной Октябрьской революцией и победоносным шествием Красной армии на эту далекую окраину нашего Союза. Среди белогвардейщины видную роль играла церковная свора, оказывавшая японским интервентам свое содействие. Ряд причин привел к тому, что именно здесь, так же как и в Забайкалье, подлая деятельность церковников была для японских интервентов особенно полезной. Дело в том, что партизанское движение не давало возможности японским оккупантам и белогвардейцам распространить свое владычество на многие сельские местности. Партизанское движение угрожало смести с территории Дальневосточного края японо-белогвардейцев. Свирепая расправа с крестьянами, реквизиции, расстрелы, сжигание сел — все это наглядно свидетельствовало крестьянству о действительном лице интервентов и их пособников. В этих условиях для японского командования было очень важно иметь своих шпионов среди населения. Вот эту-то миссию, так же как в Забайкалье, и выполняли попы, старообрядческие начетчики и баптистские вожаки.
Каждая церковь была агитационным пунктом японо-белогвардейщины. Отсюда распространяли контрреволюционную литературу, здесь изо дня в день велась агитация с призывами подчиниться «законной власти» белогвардейцев и оккупантов. В тех местностях, где власть принадлежала партизанам, духовенство стеснялось действовать открыто, зато под прикрытием японских штыков «отцы духовные» распоясывались без стеснения и шли на любую подлость...
Тов. Еременко в «Дневнике коммуниста» сообщает, что сельское духовенство руководило кулацким движением и попы являлись добровольными шпионами. Они неоднократно призывали белогвардейцев и японцев расправиться с крестьянами и собирали сведения о партизанском движении...
Ряд фактов, свидетельствующих о контрреволюционной и шпионской деятельности церковников, рассказывают видные деятели партизанского движения в Приморье тт. Титов и Илюхов.
Приводим их воспоминания, как свидетельства очевидцев.
«…И крестьянская хата, и церковный амвон, и любой перекресток улицы одинаково служили попу трибуной, с которой он, призывая все кары на головы смутьянов-подстрекателей, вел контрреволюционную агитацию.
Если здесь, на Сучане, среди попов не было таких талантов по организации погромов и травли революционных сил деревни, как поп Юлий Писарев в Забайкалье, прославившийся своими «подвигами» в 1918 г., тем не менее, как правило, у любого попа приморской деревни всегда были широко раскрыты двери, всегда готов был стол и дом для наезжавших офицерских банд. Отсюда белогвардейцы черпали точную информацию о ходе повстанческого движения, о главарях, о сочувствующих и т. д. Нашему Ревтрибуналу пришлось судить и приговорить к расстрелу попа Романа Терновского, который, помимо открытой реакционной агитации и усердных молебнов за Колчака, «за покорение под нози его всякого врага и супостата», иногда небезуспешно занимался доносами белогвардейцам. Партизанами были перехвачены его письма к белым с предложением скорей приехать и накрыть в его деревне небольшой партизанский отряд. Другой поп был захвачен партизанами у себя в доме во время попойки с наехавшей бандой офицеров. Группа партизан во главе с учителем И. И. Глубоковым (он раньше учительствовал в этой деревне) окружила поповский дом и захватила всю компанию, несмотря на оказанное ею сопротивление и стрельбу из окон по партизанам, в которой принял усердное участие и сам поп. Сдавшись в плен, «батюшка» передал победителям револьвер «наган», в котором все патроны были расстреляны...
Описанный нами махровый букет деревенских контрреволюционеров и реставраторов и интервенционных и русских золотопогонных палачей навалился на грудь рабочих и крестьян в период после нашего поражения. Одни выдавали партизан с головой, другие (пришельцы) оставляли их без головы. Все живое и революционное было загнано в подполье, в тайгу. Разгулу реакции, казалось, не будет конца. Семьи партизан каждый день и час находились под угрозой всяких ужасов со стороны врагов. Этот период знаменовал собою единый фронт всех элементов контрреволюции. Кулак, поп, баптист и прочие приспешники ее теперь распоясались вовсю и открыто стали на стороне вооруженного врага...»...
Мракобесы образовали единый контрреволюционный фронт для помощи японским интервентам и белогвардейцам. Занимая ту или другую местность, белогвардейцы и представители японского командования тотчас обращались к представителям религиозных объединений, к попам и сектантским вожакам, и получали от них нужную информацию. Бывало и так, что они занимали церкви в качестве своих опорных пунктов. В гор. Николаевске на Амуре во время сражения с партизанами японские войска захватили местный собор и поместили на нем пулемет для обстрела революционных частей.
Контрреволюционная роль религиозных организаций в борьбе с партизанским движением весьма характерно сказалась в монархическом движении, в связи с деятельностью так называемых несоциалистических съездов, состоявшихся в 1922 г., в меркуловщине, и поддержке генерала Дитерихса.
Белогвардейцы и японцы в агитации на каждом шагу говорили о защите религии. В газете «Путь», органе Приамурского областного комитета партии, в № 11 от 14 октября 1923 г. была напечатана статья «В тумане лжи и клеветы». Здесь говорилось:
«...Посмотрите любую белогвардейскую газету. Первое, что бросится в глаза, это постоянная неутомимая травля на Советскую Россию. Белогвардейская пресса, играя на суеверии русского крестьянина, изо дня в день трубит одно и то же:
«Большевики расстреливают священников...».
«Большевики обкрадывают церкви...».
Это так наводняет белогвардейскую прессу, что у темного читателя на первых порах может создаться впечатление, что в Советской России только тем и занимаются, что расстреливают священников и угнетают веру христианскую.
Цель у белогвардейских борзописцев и крикунов одна: навязчиво вдолбить читателю, что большевики преследуют христианскую веру, чтобы вызвать к ним гнев и ненависть народную».
В этой контрреволюционной агитации духовенство играло первую роль. При этом необходимо отметить, что мракобесы одновременно вели монархическую агитацию...
Редактор черносотенного «Слова» Н. А. Андрушкевич в одном из своих писем Маркову 2-му сообщал:
«…Монархическое настроение масс вполне определенно...
У нас теперь нет никаких сомнений, что прибытие на территорию Приамурья монарха или его наместника, или монарха лишь Приамурского государства и блюстителя престола всероссийского вызовет невиданный еще энтузиазм... Остановка лишь за кандидатом: кого избрать, и чтобы избранный имел желание и возможность приехать на Дальний Восток. В этом направлении мы и просим вас и Высший монархический совет помочь нам».
Заявление Андрушкевича о «монархическом настроении масс» было явной клеветой. Цель клеветы: монархическая агитация за границей. В действительности практика каждого дня показывала белогвардейщине, что рабочие и крестьяне питают жгучую ненависть к реставраторам... Вся эта переписка свидетельствовала о монархических стремлениях руководителей белогвардейского движения...
На свой «высокий» пост генерал Дитерихс был избран «земским собором»...
Избрав «правителем края» генерала Дитерихса, собор в заключение большинством 293 голосов против 19 принял решение о восстановлении в будущем власти Романовых.
Характеризуя правление генерала Дитерихса, бывший генерал Болдырев в своих воспоминаниях пишет:
«В публичных выступлениях правителя настойчиво звучал призыв к непримиримой борьбе с большевиками, конечной целью ставилось овладение Москвой и восстановление там «законного хозяина земли русской, помазанника божьего из дома Романовых».
Еще земский собор неоднократно посылал верноподданнические телеграммы живущим в Европе старшим представителям дома Романовых. Из-за границы во Владивосток ожидался генерал Лохвицкий, который ездил для связи с заграничными монархическими организациями и для взаимной ориентировки....
Настоящее государственное строительство намечалось на основах XVI в. — земский собор, рать и прочее. Основной ячейкой этого строительства устанавливался «церковный приход» из истинно верующих прихожан, причем самое избрание их становилось в зависимости от божественного начала и небесного благословения призываемого на избирательную урну. Не записавшиеся в церковный приход и не бывшие у св. причастия не допускались к участию в выборах...
Весь этот воинствующий мистицизм усиленно раздувался забывшей всякие границы правой прессой».
При Дитерихсе армия была переименована в «земскую рать», а Дитерихс назывался «воеводой земской рати».
Вот при этом-то черносотенце, по сообщению его министра внутренних дел генерала Бабушкина, «государственное строительство» намечалось на основе следующих положений:
«Только религиозные люди могут принять участие в строительстве Приамурского государства. За основание берется церковный приход. Каждый гражданин по вере его должен быть приписан при приходе своего вероисповедания.
Церковные приходы объединяются в совет церковных приходов города к земских районов. В жизни всего государства будет иметь исключительное влияние церковный собор. Соединения церковных приходов должны будут заменить собой то, что теперь называется городским и земским самоуправлением.
Все граждане должны приписаться к приходам. В назначенный день прихожане собираются в храме. После молитвы в церкви устанавливается урна, в которую прихожане опускают свои личные номера. Затем священник вынимает необходимое количество из них; таким образом составляется совет приходов. Во главе приходов будут стоять лица по назначению верховной власти.
Лица недостойные и несоответствующие будут заменяться следующими, получившими очередной жребий.
Благодаря этому в принцип будущих самоуправлений будут положены усмотрение и воля божья. Надо думать, что новые органы самоуправления будут вполне авторитетны в населении.
Никакой милиции вероятно не будет. Гражданам будет предоставлено право организации самообороны под контролем церковных приходов.
В основу строительства родины таким образом кладется принцип жертвенности; поэтому служащие и рабочие будут обеспечены только самым необходимым. И вообще основная мысль предстоящей реформы должна состоять в глубокой вере в промысел божий. А провести его в жизнь можно только через церковь».
Эту классовую, эксплуататорскую «программу» стоит сравнить с засильем мракобесов при Врангеле. Там тоже поповщине отводилось видное место в системе «государственного строительства». Однако генерал Дитерихс перещеголял даже Врангеля. Тут господство эксплуататорских классов целиком должно было базироваться на церковных организациях. Классовое содержание видеть нетрудно. Недаром говорилось, что согласно «принципу жертвенности» все «рабочие и служащие будут обеспечены только самым необходимым».
В этой «программе» надо отметить следующее: с одной стороны, приход, как низовая церковная организация, должен был служить, первичной ячейкой белогвардейской «государственности» и с другой — указывалось, что «во главе прихода» будет лицо, назначенное белогвардейским командованием. Таков был церковно-белогвардейский аппарат, основанный на духовной сивухе и «на твердой» черносотенной власти. Таким образом «воля бога» вполне отчетливо выражалась в белогвардейском кулаке, поддержанном японскими штыками.
В свою очередь «сам» Дитерихс в своих манифестах через два слова в третье говорил о боге, чудесах и т. д...
Уже после ликвидации белогвардейщины местные церковники все же пытались «раздувать» кадило контрреволюции. Благодаря этому в 1922 и 1923 гг. был ряд судебных процессов, установивших белогвардейскую деятельность духовенства.
История всей борьбы на территории Приморья как нельзя лучше говорит о роли местного духовенства, руководителей старообрядчества и сектантства. С первых же дней борьбы, продолжавшейся более пяти лет, черные силы религиозных организаций оказывали помощь белогвардейцам и служили интервентам.
Tags: Белые, Белый террор, Гражданская война, Интервенция, Попы, Церковь, Япония
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments